Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том I - Александр Савицкий

— Может, хохлы затрофеили, а тут их вальнули, — предположил он. — История об этом умалчивает…

Просидев в засаде до вечера и ничего толком не увидев, мы забрали все, что насобирали в один большой мешок, и пошли на свои позиции. Когда мы шли назад, я вдруг вспомнил, как утром перед выходом, мой солагерник Миша Виларт усадил меня перед собой, включил фонарик и стал читать молитву за мое здравие. Закончив читать из молитвослова, он закрыл его и, глядя вверх с очень серьезным лицом, добавил от себя: «Прошу Тебя, Господи! Убереги раба Твоего Парижана от всяких бед и благослови его на эту разведку». Мне в тот момент, с одной стороны, было приятно, что он проявил свою заботу обо мне, с другой — я чувствовал себя неловко, не зная, как себя вести в подобной ситуации. В конце я просто сказал ему спасибо и пожал руку. «Нужно будет еще раз поблагодарить его, когда вернусь. Обязательно», — мысленно поставил я галочку.

После возвращения, Альдерга доложил о результатах разведки Сапалеру и Гонгу, а я передал пацанам шестьдесят заряженных магазинов, РПГ и два ящика гранат Ф-1.

— Раз вы ничего не видели, значит, они ротацию через дома делают, — предположил Сапалер, глядя на Гонга.

— Возможно… Нормально вы сходили! — удивился Гонг. — Как в магазин. Завтра отдыхайте. А это что? — увидел он АК-12.

— Нашли.

— Хорошая штука.

— Дарю, — протянул я его Гонгу. — Только там с затвором что-то.

— Спасибо, — обрадовался он автомату, как новой игрушке.

Я хотел рассказать и про тепловизор, но встретившись глазами с взглядом Альдерги, закрыл рот и промолчал.

Несколько часов мы с пацанами отмывались, чистили амуницию и автоматы от грязи, и смогли лечь только в четыре часа утра.

Утром я проснулся от громких разговоров и хохота в соседней комнате. Выбравшись из спальников, которыми я обмотался как гусеница, я выполз в коридор и увидел своего приятеля, с которым копал окопы до приезда на передок.

— Здорово, Ростон! — обрадовался я. — Ты откуда?

— Парижан, братуха, здорово! — обнял он меня. — Я после госпиталя. Школу, когда штурмовали… Там, конечно, жесть была. Меня ранило легко. Вот обратно. С вами на штурм иду.

— Что там за штурм? — не понял я.

— Завтра же штурм! Через трешку. Вы тоже идете, ты не в курсе?

— Нам же пообещали, что мы отдохнем…

— Видимо, не судьба, — пожал плечами Ростон. — Про Орчипа знаешь?

— Да. Ему в голову прилетел ВОГ, он сразу умер.

А еще через час я узнал, что Миша Виларт ночью попал под АГС, когда выносил трехсотого, и погиб.

77. Цепь. 1.0. Птицелов

— Цепь, — обратился ко мне Флир, с которым мы сидели на одном лагере и вместе попали в разведвзвод, — ты же на птичника учился?

— Да, но Гонг меня поменял на вэшника. Ты же сам меня тогда в гранатометчики забрал.

— Это да… Вэшник этот не может работать. Говорит, зрение плохое, ничего не видит.

— А зачем он вообще с таким зрением на войну пошел?

— Хз… — ехидно улыбнулся Флир, — короче, я с Гонгом поговорил, он не против. Забирай у этого чувака ружье антидроновое и будешь опять птичником.

— Флир, они не работают. Гонг опять злиться будет.

— Это работает, мы проверяли. Говорят, денег стоит, как вертолет. Попробуй, — посмотрел он на меня.

— Хорошо… Но, если что, я вас предупредил. Я переживать как в прошлый раз не хочу, что меня в ДРГ запишут.

Когда к нам в краснодарскую зону приехал Пригожин, я послушал его и понял, что это хоть какой-то шанс выйти отсюда быстрее. Хотя шанс был, как и у всех, пятьдесят на пятьдесят. Но сомнений у меня было мало. После того, как закончилось обращение, я тут же пошел и записался в «Вагнер». Здоровье и молодость у меня были, достаточная доля безумия и авантюризма тоже, а всему остальному они обещали нас научить. Мне хотелось на волю, пусть даже это будет воля на войне. С собой из зоны я взял всего две вещи: записную книжку, в которой писал заметки все четыре года, пока сидел в лагере, и икону Николая Чудотворца. Все остальное я не стал никому завещать и раздавать. Я просто оставил всю прошлую жизнь вместе со своими вещами и уехал в тренировочный лагерь с остальными пацанами и мужиками. Книжку я сжег через пару недель, просто бросив ее в костер, который горел там постоянно…

— Цепь — Магнусу?! — услышал я свой позывной, лежа на последнем этаже Дома культуры на позиции Сапалера, где я обитал последнее время.

— На связи.

— Выручай! У меня птицу уводят. Можешь ее зацепить? — по-свойски попросил меня командир зеленых.

— Давай, попробую, — пообещал я и улыбнулся, вспоминая, как случайно перепутал нашу птицу с украинской и уронил ее. — Где она?

Получив точные координаты, по которым я вычислил коптер Магнуса, я захватил сигнал и стал держать птицу, не давая ее увести. Через десять минут у нее сел аккумулятор, и она упала где-то в районе парка на нейтральной территории.

— Готово! — вышел я на связь с Магнусом. — Можешь забирать ее. Видел, где упала?

— Примерно. Но я разберусь. Спасибо.

— Обращайтесь, — мысленно кивнул я ему.

Магнус был прикольный мужик. Он был всегда собранным, немного жестким, как и большинство командиров тут, но во всех его движениях и в том, как и что он говорил, чувствовалась многолетняя выучка. При этом он был прост в общении и никогда не показывал, что он старший офицер.

В этот же вечер он привел свою ротацию на ДК, и мы пересеклись с ним лично.

— Ну как птица? — поинтересовался я. — Можно сказать, моя крестница теперь.

— К сожалению, погибла, — грустно ответил Магнус. — Хохлы расстроились, что не забрали ее и накрыли то место, куда она села, из минометов.

— Хорошо живут. Минометами птиц расстреливать, это сколько же припасов нужно иметь?

— Это да… Снабжение у них сейчас хорошее, но и у нас уже не хуже.

— Вот и мне ружье получше дали. Первое время пищаль какая-то двухметровая была оранжевого цвета, — улыбнулся я.

Я на автомате стал вспоминать, как после приезда из лагеря обучения на позиции в пещеры я дней пять отработал в группе эвакуации, и Гонг, узнав, что у меня отличные слух и зрение, отправил меня учиться на птицелова. Новый формат войны с применением дронов породил новые военные специальности: операторов дронов, помогающих вести разведку, спецов, умеющих убивать противника при помощи сбросов, и тех, кто боролся с операторами дронов. Любое новшество в деле уничтожения себе подобных тут