Война 1812 года - Сергей Юрьевич Нечаев
ОСКАР ЙЕГЕР, немецкий историк и педагог
Еще в ноябре Наполеон получил известие о заговоре генерала-республиканца Мале, бежавшего из тюремной больницы и объявившего о смерти императора в Москве. Это был для французского полководца опасный симптом – следствие его долговременного отсутствия в Европе. 23 ноября (5 декабря) он прибыл в Сморгонь, где продиктовал печально известный последний («погребальный») 29-й бюллетень Великой армии. В нем он впервые вынужден был сказать об отступлении (это стало невозможно отрицать), а также дать свою трактовку неудачам в России, свалив все на влияние зимних холодов. В то же время он принял решение об отъезде в Париж, полагая, что в сложившейся ситуации он может «внушать почтение Европе только из дворца в Тюильри».
ВИКТОР МИХАЙЛОВИЧ БЕЗОТОСНЫЙ, российский историк
Академик Жан Тюлар по этому поводу высказывается несколько иначе: «Кто стоял за спиной Мале? Талейран и Фуше? Маловероятно. Нотабли? Конечно же, нет. Скорее всего, речь шла об уже наметившемся на юге сближении роялистов, объединившихся в Общество рыцарей веры (хотя они и действовали еще чрезвычайно осторожно), и горстки неисправимых республиканцев»352.
Такое объяснение кажется более справедливым. Несмотря на различия во взглядах, роялисты и республиканцы вполне могли найти общий язык, чтобы объединить свои усилия во имя свержения Наполеона, узурпировавшего власть в дорогой им всем Франции.
Но дальновидный Наполеон сразу понял, что ему было выгодно утвердить версию о том, будто бы генерал Мале был лишь психически больным одиночкой, ведь только безумец мог бы покуситься на власть императора.
Военные действия на Пиренейском полуострове
В это время в Испании продолжалась осада Бургоса, и 8 октября генерал Дюбретон предпринял успешную вылазку, сумев уничтожить все результаты подготовительных работ осаждавших. К тому же начался проливной дождь, заливавший окопы. Плюс у британских пушек осталось так мало боеприпасов, что артиллеристы вынуждены были искать французские пушечные ядра и использовали их повторно. Веллингтон тогда писал: «Это вообще самая трудная работа, которую я когда-либо выполнял с такими мизерными средствами. Дай Бог мне еще хоть немного больше времени»353.
Франсуа Жозеф Гейм. Защита замка Бургос генералом Дюбретоном от нападения британских и португальских солдат во время Испанской войны в 1812 году. 1813
18 октября генерал Суам, принявший командование Португальской армией вместо страдавшего от ран Клозеля, получил подкрепления из приграничных гарнизонов (примерно 10 тыс. человек), начал контрнаступление и деблокировал Бургос. Союзники вынуждены были снять осаду.
Мужественная оборона Бургоса полностью сорвала планы Веллингтона, потерявшего там 550 человек убитыми, 1550 ранеными и три орудия. Французы потеряли 304 человека убитыми и 323 ранеными, а 60 человек попали в плен354.
Осада Бургоса длилась тридцать пять дней, и бесстрашие генерала Дюбретона и его гарнизона свело на нет все усилия врага, который потерял там почти 2500 человек, большей частью из английских войск. У французов было выведено из строя не более 600 человек убитыми или ранеными.
АБЕЛЬ ГЮГО, французский историк
Вместе с массой людей и времени Веллингтон потерял еще и инициативу, а также престиж, завоеванный в результате предыдущих побед.
С этого момента положение Веллингтона стало весьма опасным. С северо-востока на него шла 45-тысячная армия генерала Жозефа Суама, а с юго-востока – 56-тысячная объединенная армия под командованием Жозефа Бонапарта. В этой ситуации «железный герцог» принял решение отступить к Саламанке, приказав генералу Хиллу, стоявшему в Мадриде, также отступить в случае невозможности оборонять город.
30 октября войска генерала Хилла без всякого сожаления оставили Мадрид, узнав о том, что Центральная и Андалузская армии французов уже находятся всего в 30 километрах.
Военные действия в Северной Америке
В Северной Америке президент Мэдисон поставил перед генералом Уильямом Генри Харрисоном задачу отвоевать Мичиган. Ему были выделены 6500 солдат. «Наши лучшие надежды в этой кампании, – писал президент Джефферсону, – связаны с Харрисоном, и, если не произойдет бедствия, он отобьет Детройт, а возможно, добьется и большего»355.
Но Джеймс Мэдисон просчитался. Генерал Харрисон не начал кампанию по освобождению Мичигана. Он разделил армию на три части, ни одна из которых не сумела закрепиться даже на занятых территориях (в январе 1813 года авангард его армии будет разбит в сражении у Френчтауна).
Генерал Харрисон начал организовывать базы снабжения на севере Огайо. Он также отправлял небольшие отряды пехоты для защиты американских фортов, которым угрожали британцы и союзные им индейцы.
Чуть восточнее до октября не предпринималось никаких наступательных действий. Командовавший там американскими войсками генерал Генри Дирборн должен был оказать содействие Уильяму Халлу активным наступлением в направлении на форт Ниагара, но он почему-то бездействовал. Это дало возможность Айзеку Броку сосредоточить свои войска на подступах к Детройту, нанести поражение Халлу, а затем вернуться обратно к Ниагаре.
Против Куинстона, занятого английским гарнизоном численностью в 300 человек, действовал американский отряд (5206 человек) генерала Стивена ван Ренсселера, отделенный от вражеского города рекой Ниагарой.
5206 человек – по сути, это была целая армия. По-видимому, американцы решили проникнуть в Верхнюю Канаду любой ценой. А если к этому числу добавить еще и артиллеристов, то у Стивена ван Ренсселера было в общей сложности 6300 человек. Из этих войск 1650 регулярных солдат под командованием бригадного генерала Смита находились в Блэк-Роке, а 900 регулярных солдат и 2270 ополченцев – в Льюистауне, на расстоянии 28 миль от Блэк-Рока. Таким образом, вдоль границы протяженностью 36 миль было сосредоточено 3650 солдат регулярных войск и 2650 ополченцев. Чтобы противостоять этим силам, Айзек Брок, чья штаб-квартира находилась в Форт-Джордже, имел под своим непосредственным командованием часть 41-го и 49-го полков, несколько рот ополченцев, составлявших почти половину этих регулярных войск, и от 200 до 300 индейцев – всего около 1500 человек, – но они были разбросаны по разным местам356.
Ночью c 10 на 11 октября ван Ренсселер пытался перейти реку, чтобы атаковать Куинстон, однако у него ничего не получилось.
Стивен ван Ренсселер отправил приказ Смиту привести его бригаду в Льюистон для подготовки к атаке «со всей возможной скоростью». Бригада Смита выступила в путь сразу после получения письма, однако из-за плохой погоды дорога в Льюистон была настолько плохой, что можно было увидеть брошенные повозки, застрявшие на дороге. Из-за такой же непогоды люди ван Ренсселера промокли в Льюистоне, ожидая погрузки на корабль. Утверждается, что офицер, командовавший лодками, уплыл на своей лодке и дезертировал, забрав с собой большую часть весел. К тому времени, когда
