Война 1812 года - Сергей Юрьевич Нечаев
22 октября 1812 года Мале и аббат Лафон тайно бежали из клиники доктора Дюбюиссона. При этом, перелезая через стену, аббат подвернул себе ногу, а потом он, воспользовавшись этим, благополучно улизнул из Парижа. А Мале направился к дому, где его жена заранее приготовила оружие и генеральскую униформу. Затем он пошел к казармам, расположенным на улице Попенкур.
Около четырех часов утра 23 октября генерал Мале явился к майору Габриелю Сулье, командиру 10-й когорты национальной гвардии, представился генералом Лямоттом и предъявил документы, «подтверждавшие» смерть Наполеона, якобы убитого 7 октября в Москве, и учреждение Временного правительства с президентом Лазаром Карно, бывшим членом Директории и бывшим военным министром, во главе. Генерал Моро в этом правительстве был назван вице-президентом. Кроме него в правительство были включены также такие известные люди, как вице-адмирал Трюге, ярый республиканец, ушедший в отставку после установления империи, сенаторы Волнэ, Ламбрехт, Дестю де Траси и Гара, бывшие сенаторы Бигонэ и Флоран-Гюйо, виконт Матьё де Монморанси, граф Алесис де Ноай, префект Фрошо (всего пятнадцать человек).
Все было разыграно как по нотам. В документе, переданном майору Сулье «генералом Лямоттом» и подписанном «командующим войсками Парижского военного округа генералом Мале», говорилось, что 10-я когорта должна арестовать архиканцлера Камбасереса, министра полиции генерала Савари, военного министра Кларка и командующего Парижским гарнизоном генерала Юлена. В то же время сам Сулье был произведен в генералы. Ошеломленный этими новостями, Сулье отдал необходимые распоряжения.
А потом генерал Мале повел солдат к тюрьме Ля Форс, где были заключены еще два необходимых для заговора человека. Это были генералы Виктор-Клод-Александр Фанно де Лаори и Эмманюэль-Максимильен-Жозеф Гидаль. Они были освобождены, а вместе с ними – еще и некий корсиканец Жозеф Боккечиампе, тут же назначенный генералом Мале префектом полиции. Гидалю же Мале приказал взять часть 10-й когорты и арестовать военного министра Кларка, тогда как генерал Фанно де Лаори должен был арестовать министра полиции Савари, ставшего за четыре года до этого герцогом де Ровиго.
Солдаты, производившие арест Савари, на его возмущенные крики ответили, что просто выполняют приказ. А министр заявил, что генерал, который ими командует, – это самозванец и опасный заговорщик. Но ничего не понимавшие солдаты ему не подчинились.
Вслед за герцогом де Ровиго был арестован Пьер-Мари Демаре, его начальник службы безопасности. А вот барон Пакье, с октября 1810 года префект Парижской полиции, куда-то предусмотрительно исчез и появился лишь когда заговор был подавлен.
* * *
К половине девятого утра заговорщики, не встречая нигде никакого сопротивления, заключили в тюрьму всех главных полицейских Парижа, и генерал Фанно де Лаори занял пост министра полиции.
В сотрудничестве с охотно поверившим в смерть императора префектом департамента Сена Николя Фрошо для встречи членов Временного правительства быстро было приготовлено помещение в городской Ратуше.
Поддельные бумаги, подтверждающие смерть императора, работали безотказно. Самым удивительным было то, что никто не казался опечаленным этой смертью. Нигде не слышались возгласы «Да здравствует император!» Никто даже не поднял вопроса о регентстве, об императрице Марии-Луизе и о сыне Наполеона.
Париж постепенно переходил в руки заговорщиков. Генералу Мале уже доложили о захвате банка и казначейства. После этого Мале и верные ему солдаты направились к Вандомской площади, где располагался штаб Парижского гарнизона. Дойдя до места, Мале приказал молодому офицеру доставить портфель с распоряжениями к полковнику Дусэ, адъютанту начальника штаба гарнизона. Сам же Мале направился к дому генерала Пьера-Огюстена Юлена, командовавшего Парижским гарнизоном.
* * *
Удивительно, но генерал Юлен оказался практически единственным, кто не поверил в смерть Наполеона. Он отказался сдать оружие, и тогда Мале выхватил из-за пояса пистолет и выстрелил ему прямо в лицо, раздробив сомневающемуся челюсть. Командующий Парижским гарнизоном рухнул на ковер, истекая кровью. Теперь он был не опасен.
Христиан Август Шварц. Портрет генерала Пьера-Огюстена Юлена. 1805
Потом Мале отдал приказ полковнику Раббу, командующему полком национальной гвардии Парижа, привести войска в боевую готовность.
Таким образом, управляя одной лишь 10-й когортой национальной гвардии, Мале получил все необходимые документы и печати для того, чтобы принять командование над всем столичным военным округом. После подчинения полковника Рабба под контролем генерала Мале оказались бы почти все военные силы Парижа.
* * *
Как потом выяснилось, старый полковник Дусэ тоже заподозрил в Мале заговорщика. Он получил от Мале документы, в которых говорилось о смерти Наполеона и указе Сената об учреждении Временного правительства. Согласно этим документам, полковник Дусэ должен был принять меры к занятию ключевых пунктов Парижа. Но он знал, что начиная с 7 октября, даты, которая была объявлена датой смерти Наполеона, император несколько раз писал военному министру Кларку и генералу Юлену, и что Сенат вообще не заседал ночью 22 октября. Таким образом, Дусэ понял, что не существовало никакого указа Сената об установлении временного правительства.
По пути к Дусэ генерал Мале размышлял о ходе действий. Он уже представлял себя выступающим на балконе перед восхищенной и послушной толпой. Солдаты горячо приветствовали бы его, а он…
При входе в здание штаба он спросил, как ему пройти к полковнику Дусэ, и поднялся по лестнице. Войдя в кабинет, он заметил, что Дусэ и не подумал подчиняться его приказам. Более того, в кабинет ворвались верные Дусэ капитан Лаборд, инспектор полиции Фавье и солдаты.
Арестованного и связанного генерала вывели на балкон, где полковник Дусэ объявил, что Наполеон жив, а Мале – самозванец.
– Да здравствует император! – неуверенно закричали солдаты.
Затем полковник Дусэ приказал обескураженной 10-й когорте возвратиться назад в казармы. Деятельный Лаборд отправил гонца в тюрьму Ля Форс с приказом срочно освободить министра полиции и его чиновников. Савари и Демаре были тут же выпущены на свободу.
Итак, «в 9 часов утра заговор был закончен. Оставалось арестовать отдельных заговорщиков. Все, что было запланировано на протяжении четырех лет, рассыпалось в один момент»346.
Архиканцлер Камбасерес созвал в Тюильри экстренный совет министров. Министры Кларк и Савари начали упрекать друг друга за неосмотрительность, но Камбасерес резко прервал их:
– Сейчас не время для подобного ребячества. Эта попытка государственного переворота должна быть наказана примерно и быстро. Отсутствие мгновенной и суровой реакции может вызвать ощущение, что заговорщики были правы, и может начаться паника. Нужно действовать, а не заниматься взаимными обвинениями.
По результатам заседания был создан военный совет, приступивший к допросу захваченных заговорщиков.
* * *
Наполеон в это время находился в районе Дорогобужа, и он узнал о том, что
