Темный Лорд устал. Книга Vlll - Тимофей Афаэль

Лилит задержалась. Я слышал, как она заговорила с той интонацией, которая заставляла людей слушать.

— Вы всё видели, — её голос разносился над притихшим рынком. — Блокада Империи — это их проблема, а не наша. Лорд закладывает фермы и сады прямо внутри периметра. Мясо, молоко и хлеб будут здесь, и их будет в достатке. Ваша задача — заниматься своими делами. Снабжение — его забота.

Я услышал шелест купюр и голос Лилит, обращённый к продавцу:

— Забираем всё, что он отложил. Вот аванс, остальное получишь при доставке. Адрес — теплицы Эдема.

Через минуту она догнала меня у выхода из павильона.

— Неплохо, Котик, — сказала она, и в её голосе был интерес. — Ты только что накормил их надеждой и помидорами.

— Помидоры важнее.

— Циник.

— Реалист.

Я толкнул дверь и вышел на улицу. Солнце светило сквозь кроны деревьев, которые еще вчера были в два раза меньше, и воздух пах зеленью, свежестью, жизнью.

Позади, в павильоне, люди всё ещё стояли у прилавка с чудесными овощами. Я слышал их возбуждённый шёпот, восклицания, чей-то смех.

— «Сказал — сделал», — негромко произнесла Лилит, прислушиваясь. — Вот что они там шепчут. «Сказал — сделал».

— Хорошо. Пусть запомнят.

Мы направились к машине. День только начинался, и у меня было ещё много дел.

* * *

Кофейня называлась «Уголок» и полностью оправдывала своё название — крошечное заведение, втиснутое между аптекой и парикмахерской на углу двух улиц. Четыре столика внутри, два снаружи, стойка с кофемашиной и хозяйка — пожилая женщина с седым пучком и фартуком.

Я выбрал столик на улице. Отсюда открывался вид на перекрёсток, и я мог наблюдать за потоком людей, не привлекая лишнего внимания. Лилит устроилась напротив, закинув ногу на ногу и вытянув лицо к солнцу.

Хозяйка принесла нам кофе через пару минут. Эспрессо для меня, капучино с корицей для Лилит. Я сделал глоток и поморщился — зёрна были пережаренными, вода слишком жёсткой, а помол неравномерным, но ничего лучше не нашлось. В моей любимой кофейне кофе закончился.

— Так что передать нашей Коалиции? — Лилит достала планшет и положила его на стол между нами. — Волконский уже третье сообщение прислал. Бедняжка совсем извёлся.

— Кто у него в группе?

— Двое депутатов из фракции промышленников, один замминистра транспорта, несколько военных интендантов среднего звена и банкир, который финансирует половину их операций. Люди не первого эшелона, но с доступом к ресурсам.

Я кивнул. Волконский собрал именно тех, кого нужно — тихих функционеров, через чьи руки проходят реальные материальные потоки. Правильный подход.

— Как я и говорил, передай им… — я отставил чашку и посмотрел на Лилит. — … Чтобы никакой самодеятельности и громких заявлений. Пусть сидят тихо и делают вид, что ничего не происходит.

Лилит печатала, не отрывая глаз от планшета.

— Это всё?

— Нет. Их задача сейчас — не воевать, а копить ресурс. Пусть скупают лучшие семена, которые смогут найти. Племенной скот — коров, коз, овец, кур. Племенной, не мясной. Мне нужна генетика, а не туши. Оборудование для переработки молока и зерна. Ветеринарные препараты. Всё это переправлять сюда через Артиста.

— Артист справится с таким объёмом?

— Справится. У него четырнадцать человек и налаженные каналы через северную границу. Пусть работает.

Лилит закончила печатать и посмотрела на меня поверх планшета.

— А когда им можно будет высунуться из нор?

— Опять же, как и говорил, когда Империя сломает зубы о мой Барьер.

Я сделал ещё глоток кофе. На перекрёстке остановилась женщина с коляской, разглядывая дерево, которое вчера было уродливым обрубком тополя, а сегодня превратилось в раскидистого великана с густой кроной. Она трогала листья, качала головой, потом достала телефон и начала фотографировать.

— Как ты понимаешь, Брусилов очень скоро приведёт сюда танки и авиацию, — продолжил я. — Они попытаются пробить периметр, но не смогут. Будут бомбить и использовать магию, но это будет бесполезно. С каждым днём неудач давление на Совет будет расти. Пресса начнёт задавать вопросы, военные будут требовать больше ресурсов, политики — искать виноватых. Мы же будем подливать масла в огонь народного гнева, показывая изменения, которые вскоре наступят.

— И тогда?

— И тогда в столице начнётся хаос. Кланы передерутся между собой, каждый будет спасать собственную шкуру. Вот тогда наша Коалиция выйдет на сцену. Они покажут себя не бунтовщиками, а голосом разума. Они будут предлагать переговоры, торговые соглашения, мирное урегулирование и попутно станут нашими официальными снабженцами, через которых мы получим доступ к ресурсам всей Империи.

Лилит отложила планшет и посмотрела на меня с выражением смеси восхищения и лёгкой оторопи.

— Ты не собираешься воевать с Империей… — сказала она медленно. — Ты собираешься её купить?

— Война — это бесполезный расход ресурсов. А торговля — это их приобретение. Я всегда предпочитал второй вариант.

— А если Брусилов всё-таки прорвётся?

— Не прорвётся.

— Ты так уверен?

Я допил кофе и поставил чашку на блюдце.

— Барьер вокруг этого региона — не просто стена из деревьев. Это живой организм, который питается от планетарной энергосети и регенерирует быстрее, чем его можно разрушить. Брусилов может привести сюда хоть всю армию Империи — результат будет один. Они измотают себя в бессмысленных атаках, пока мы не сделаем то, что и собирались.

Лилит молчала несколько секунд, глядя на меня поверх своей чашки.

— Иногда ты меня пугаешь, Котик, — сказала она наконец. — А иногда — восхищаешь. И я не могу понять, что чаще.

— Отправь сообщение Волконскому. Пусть успокоится и займётся делом.

Она кивнула и склонилась над планшетом.

Империя подарила мне время и изоляцию, необходимые для великого эксперимента. Иногда враги оказываются полезнее союзников.

Я отодвинул чашку с недопитым кофе и достал из машины росток яблони. Жалкий прутик, который продавец собирался выбросить. Кора была сухой и серой, почки выглядели мёртвыми, на тонких корешках ещё держались комья земли.

Лилит оторвалась от планшета и проследила за моими руками.

— Это что, тот дохлик с прилавка?

— Он не дохлый. Просто ослабленный.

Я взял пустой бумажный стаканчик из-под её капучино и аккуратно поместил туда росток, присыпав корни остатками земли. Стаканчик был мятым, с коричневыми разводами от кофе на стенках. Не самая подходящая ёмкость для саженца.

Лилит наблюдала за мной с выражением вежливого недоумения.

— И что ты собираешься…

Она осеклась, когда я обхватил стаканчик ладонями.

Я не делал пассов, не произносил заклинаний, не чертил руны в воздухе. Просто держал этот жалкий картонный цилиндр с умирающим ростком внутри и позволял силе течь — мягко, осторожно, как тёплая вода сквозь