Квалификационный экзамен на должность судьи суда общей юрисдикции - Александр Николаевич Чашин

присяжными заседателями, обвинялся не только в совершении при отягчающих обстоятельствах похищения и убийства потерпевшей С. Н., но и в сокрытии ее трупа, который, по версии обвинения, Б. с осужденным С. с целью сокрытия убийства вынесли из автомашины, перенесли в находящуюся рядом канаву, закрыли находящимися рядом множественными обломками древесно-стружечных плит. Б. в судебном заседании вину в убийстве не признал, пояснил, что, когда он вышел из автомашины, чтобы позвонить по телефону, С. убил потерпевшую, что для него явилось неожиданностью, он осознал непоправимость происшедшего и принял участие в захоронении трупа. Из сформулированных председательствующим вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, их вердикта, следует, что в них нашли отражение лишь обстоятельства обвинения похищения и убийства. Указанные в обвинении обстоятельства обвинения Б. по его действиям по сокрытию трупа потерпевшей С. Н., позиции подсудимого в этом отражения не нашли, несмотря на поданные адвокатом предложения о постановке вопроса об участии Б. в сокрытии трупа, и, соответственно, не было получено ответа от присяжных заседателей. С учетом изложенного Судебная коллегия находит, что председательствующий отказал подсудимому и его защитнику в постановке вопроса о наличии по уголовному делу фактических обстоятельств, влекущих за собой ответственность подсудимого за менее тяжкое преступление – укрывательство, и это нарушение уголовно-процессуального закона является в данном случае безусловным основанием отмены приговора суда, при этом в полном объеме в отношении Б. и С., так как их действия по обвинению взаимосвязаны (Определение Верховного Суда РФ от 21.11.2007 № 5-о07-191сп[383]).

В случае заявления сторонами устных замечаний по содержанию и формулировке вопросов и предложений о постановке новых вопросов, эти замечания отражаются в протоколе судебного заседания. Если замечания и предложения были заявлены сторонами в письменной форме, они приобщаются к материалам дела, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания (абз. 3 п. 27 ПП ВС РФ № 23).

На время обсуждения и формулирования вопросов присяжные заседатели удаляются из зала судебного заседания (ч. 3 ст. 338 УПК РФ).

Согласно ч. 4 ст. 338 УПК РФ, с учетом замечаний и предложений сторон, судья в совещательной комнате окончательно формулирует вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, и вносит их в вопросный лист, который подписывается им.

При окончательном формулировании вопросного листа в совещательной комнате председательствующий не вправе внести в него вопросы, которые не были предметом обсуждения с участием сторон (абз. 4 п. 27 ПП ВС РФ № 23).

В соответствии с ч. 5 ст. 338 УПК РФ вопросный лист оглашается в присутствии присяжных заседателей и передается старшине присяжных. Перед удалением в совещательную комнату присяжные заседатели вправе получить от председательствующего разъяснения по возникшим у них неясностям в связи с поставленными вопросами, не касаясь при этом существа возможных ответов на эти вопросы.

Не оглашение вопросного листа является основанием к отмене постановленного приговора (см. Определение Верховного Суда РФ от 12.03.2009 г. № 44-О09-7СП[384]).

Согласно ч. 1 ст. 339 УПК РФ по каждому из деяний, в совершении которых обвиняется подсудимый, ставятся три основных вопроса:

1) доказано ли, что деяние имело место;

2) доказано ли, что это деяние совершил подсудимый;

3) виновен ли подсудимый в совершении этого деяния.

В вопросном листе возможна также постановка одного основного вопроса о виновности подсудимого, являющегося соединением вопросов, указанных в части первой настоящей статьи (ч. 1 ст. 339 УПК РФ).

В абз. 3 п. 28 ПП ВС РФ № 23 разъясняется, что при идеальной совокупности преступлений, когда одно действие (бездействие) содержит признаки преступлений, предусмотренных двумя или более статьями УК РФ, перед присяжными заседателями ставится один вопрос, поскольку они в соответствии с полномочиями, определенными ст. 334 УПК РФ, устанавливают лишь фактическую сторону деяния, юридическая оценка которого дается судьей в приговоре.

Ошибки в формулировке вопросов имеют серьезные последствия, вплоть до отмены приговора.

Так, в вопросном листе, представленном на обсуждение присяжным заседателям и провозглашенном судьей, в деянии, имеющем отношение к Н., вопрос № 14 поставлен таким образом: «Виновен ли Ш. в совершении действий, указанных в 6 вопросе?», хотя 6 вопрос поставлен в отношении действий Ш., направленных против М.

Вопрос 30 поставлен: «Виновен ли Р. в совершении действий, указанных в 28 вопросе?», а 28 вопрос гласит «Заслуживает ли Ш. снисхождения?»

Вопрос 33 поставлен: «Виновен ли И. в совершении действий, указанных в 31 вопросе?», а 31 вопрос гласит: «Заслуживает ли Р. снисхождения?»

Вопрос 36 поставлен: «Виновен ли Р. в совершении действий, указанных в 34 вопросе?», а 34 вопрос гласит «Заслуживает ли И. снисхождения?» (т. 7 л. д. 181, 184, 192, 183, 194, 195).

Таким образом, в вопросном листе присяжными заседателями не даны ответы на один из трех основных вопросов – на третий вопрос: «Виновен ли подсудимый в совершении этого деяния?»:

Ш. в деянии по завладению квартирой Н., похищении его и незаконном лишении его свободы;

Р. в лишении жизни Н.;

И. в лишении жизни Н.;

Р. в укрывательстве трупа Н.

Таким образом, судом были нарушены требования уголовно-процессуального закона – ст. 338, 339 УПК РФ, а это в силу ч. 2 и п. 2 ч. 1 ст. 379 УПК РФ явилось основанием к отмене приговора (Определение Верховного Суда РФ от 31.01.2007 № 35-о06-7бсп[385]).

В соответствии с ч. 3 ст. 339 УПК РФ после основного вопроса о виновности подсудимого могут ставиться частные вопросы о таких обстоятельствах, которые влияют на степень виновности либо изменяют ее характер, влекут за собой освобождение подсудимого от ответственности. В необходимых случаях отдельно ставятся также вопросы о степени осуществления преступного намерения, причинах, в силу которых деяние не было доведено до конца, степени и характере соучастия каждого из подсудимых в совершении преступления. Допустимы вопросы, позволяющие установить виновность подсудимого в совершении менее тяжкого преступления, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

В Определении Верховного Суда РФ от 25.07.2006 № 64-о06-27сп[386] говорится, что частные вопросы направлены на улучшение положения подсудимого.

В пункте 30 ПП ВС РФ № 23 разъясняется следующее. В случае обвинения подсудимого в совершении неоконченного преступления (покушения) председательствующий судья должен в понятной формулировке поставить перед присяжными заседателями вопросы, предусмотренные ст. 339 УПК РФ, в том числе о доказанности причин, в силу которых деяние не было доведено до конца. При этом данный вопрос должен содержать описание фактической причины, лишившей подсудимого возможности осуществить свои намерения (сломалось лезвие ножа при нанесении удара, потерпевшему удалось выбить из рук подсудимого оружие, потерпевшему была своевременно оказана квалифицированная медицинская помощь и т. д.), а не просто ссылку на таковую.

При постановке частных вопросов об обстоятельствах, которые уменьшают степень виновности либо влекут освобождение подсудимого от ответственности, в вопросном листе недопустима постановка вопросов о виновности других лиц, не привлеченных к уголовной ответственности.