Ленд-лиз для СССР: Экономика, техника, люди (1941—1945 гг.) - Ирина Владимировна Быстрова

Общей тенденцией динамики ленд-лизовских поставок было сохранение «остатков» обязательств по предыдущим протоколам и переход их на период нового протокола. «Хвост» недовыполненных обязательств тянулся вплоть до последнего Четвертого протокола. Потерянные в ходе транспортировки изделия (самолеты, танки и др.) американская сторона зачастую отказывалась возмещать.

В связи с этим следует отметить специфику понимания американцами самого понятия «выполнение обязательств». Это была не конечная доставка товаров в СССР, а согласно тексту Третьего протокола, Военный департамент считал выполнившим свои обязательства, если товар по данному обязательству был поставлен советской стороне в лице ПЗК для отправки в порт.

Одной из существенных проблем при осуществлении советских заказов являлась проблема стандартов производства различных изделий в промышленности США и СССР. Это влекло за собой одну из ключевых проблем в поставках военной техники — хронических недопоставках по ленд-лизу запасных частей для танков, самолетов и других видов техники.

Существенные различия в стандартах производства влекли за собой большие трудности и задержки в размещении заказов СССР по самым разнообразным видам промышленного оборудования. Представитель Администрации ленд-лиза объяснил такую постановку вопроса тем, что «американские фирмы и инженеры (а число последних ограничено) сильно заняты выполнением важных проектов и не в состоянии в настоящее время заниматься разработкой нестандартных для американской промышленности проектов»[970].

Посылая самолеты, работникам ПЗК необходимо было посылать и инструменты. По их словам, «если мы захотим отвернуть гайку нашим ключом, то ни один наш ключ не подойдет, ибо американская система — в дюймах…»[971].

При поставках самолетов и танков сказывалась разница в организации производства. В СССР выпускались самолеты, полностью укомплектованные, готовые к боевым действиям. В Америке самолеты производились неукомплектованные. Имелся ряд наименований, так называемых правительственных деталей (приборы и оборудование, винты, пулеметы, бомбодержатели, показатели скорости, кислородное оборудование и др.). При этом на основании заказа заводы выпускали самолеты без какого-либо оборудования.

Важнейшую роль в усовершенствовании процесса поставок ленд-лизовской техники в СССР играла «обратная связь» с советской стороной, выполнение технических усовершенствований американской техники по требованиям СССР. При этом Инженерное управление НКВТ подвергло определенной критике квалификацию соответствующих советских военных органов и их отношение к поставляемой по ленд-лизу технике. Было, в частности, указано, что «отношение Бронетанкового управления к импортируемым машинам ожидает быть лучшим. Ответственные работники […] не могут определенно сказать, какие машины им требуются, какие машины завоевали признание и каких машин больше не следует завозить»[972]. При заказе импортной техники наблюдался разнобой в потребностях между различными органами и управлениями Красной армии.

В пятой главе исследована «человеческая сторона» деятельности ПЗК: роль человеческого фактора и личных контактов, повседневная жизнь, работа советских инженеров на американских фирмах, предприятиях, базах, сбор ими технической информации.

Большое значение для реализации поставок по ленд-лизу имели личные контакты и взаимоотношения советских работников с представителями американских органов. В своей повседневной деятельности работники ПЗК контактировали с целям рядом организаций, работали американцы и в самой ПЗК. В числе важных партнеров с американской стороны следует выделить руководителей Администрации ленд-лиза (администраторы ленд-лиза Э. Стеттиниус, Д. Варнеке, заместитель администратора Дж. Хазард, затем руководитель Администрации внешней экономики Л. Кроули, старший заместитель администратора генерал-майор армии США С. М. Уэссон), Военно-промышленной комиссии — Д. Нельсон (председатель), У. Батт (заместитель председателя, Вице-президент Военно-промышленной комиссии), Комитета по распределению военных материалов (управляющий генерал-майор Дж. Бернс), Военного министерства США (министр Г. Стимсон), видов Вооруженных сил США. Дональд Нельсон, отражавший интересы крупного бизнеса, по мнению работников ПЗК, должен был балансировать между интересами крупных монополий и интересами армии и флота США (генерал Сомервелл, командующие армии, ВВС армии, а также флота США), эмиссарами которых в ВПК выступал Ф. Эберштадт. Советские работники же балансировали между этими фигурами с одной целью — обеспечить полное и первоочередное выполнение советских заказов. В случае трудностей и задержек председатель ПЗК пускал в ход угрозу обратиться выше — к руководителю Комитета по советским протоколам Г. Гопкинсу, а через него и к президенту Рузвельту.

С течением времени работники ПЗК приобрели высокую квалификацию в деле «выбивания» из американцев выполнения обязательств по поставкам, пуская в ход все средства — от угроз обратиться к вышестоящему начальству до использования обычных методов личного общения с американскими представителями. Улучшению взаимоотношений, как правило, способствовали контакты полуофициальные, неофициальные, дружеские (завтраки, обеды, ужины, «коктейл-партии»), раздача подарков ведущим американским работникам. В ходе неформальных встреч применялись и методы морального воздействия на американцев — демонстрация советских фильмов, книг о Москве и т. д., которые также возымели свое действие.

Советские работники делили американцев, с которыми приходилось иметь дело, на «своих» и «чужих» по принципу их отношения к советским поставкам. Скажем, «адмирал Лэнд и его подручные из Морской комиссии и Военно-транспортной администрации — м-р Дуглас, м-р Киттинг и м-р Макфирсон» — в отношении этой группы советские представители высказались очень определенно: «Из всех организаций, имеющих отношение к ленд-лизовским поставкам, Морская комиссия и Военно-транспортная администрация, возглавляемая Лэндом, является наиболее реакционными в отношении поставок Советскому Союзу. От перечисленных лиц зависит своевременный подбор пароходов, предоставляемых Американским правительством под советские грузы, упорядочение работы портов, ремонт советских пароходов и другие вопросы, связанные со своевременной погрузкой пароходов… Как правило, Лэнд и его заместитель м-р Дуглас, Морская комиссия встречают в штыки даже те минимальные требования на предоставление нам пароходов, которые исходят из Белого дома от Гопкинса или от Бернса… Пароходы ставятся под погрузку со значительным опозданием; планы постановки пароходов под погрузку меняются большое количество раз». Как можно понять, именно от этой группы американских военных чиновников во многом зависела пресловутая проблема тоннажа, тормозившая поставки по ленд-лизу в СССР.

Наиболее положительную оценку у советских представителей получила следующая группа: «Мак и другие работники Отдела снабжения финансового департамента являются наиболее отзывчивыми и наиболее добросовестными в выполнении ленд-лизовских поставок. Министр финансов Моргентау проявляет большой интерес к ходу поставок и состоянию дел по тем товарам и оборудованию, которые поставляются [нам] Финансовым департаментом»[973].

С редкими американцами, которые знали русский язык (таковым был, например, представитель Администрации ленд-лиза Дж. Хазард) можно было наладить особый контакт. Именно Хазарда Беляев и Лукашев считали «центральной фигурой в Ленд-лизе», его «мозгом», но при этом — «главным саботажником при решении принципиальных вопросов размещения заказов, удовлетворения наших заявок… Хазард пишет ответы на все наши письма, приезжает в Комиссию по поручению Стеттиниуса и Бернса, посещает Белый дом, особенно когда речь идет о наших заказах»