Алгоритм любви - Клаудиа Кэрролл
– Бриттас-Бэй? – фыркнула Бетти. – Уиклоу? Не так уж далеко он тебя везет, а? Я думала, ты скажешь Париж, но Уиклоу? Это же в двух шагах от нас. Хотя, думаю, на его фургоне далеко не уедешь, да?
– О, фургон вовсе не его, милая, – уверила ее Конни, вовремя ставя ее на место, пока она снова не начала атаку. – Он принадлежит его другу Барни. Ронни просто время от времени помогает ему по выходным, вот и все.
Затем она сделала паузу и мечтательно добавила:
– Такой вот он душка. Мужчина, готовый на все ради тебя. Он даже, может быть, поможет тебе здесь с уборкой, если у тебя завал?
Бетти предпочла проигнорировать это предложение.
– Хмм, – только и произнесла Бетти, словно бы хорошенько все обдумывая. – Уиклоу. Боюсь, я знаю там только отель Powerscourt, пятизведочный, как ты понимаешь. Мой Найджел устроил там для меня спа-выходные в честь моего дня рождения. Стоит целое состояние, конечно, но стоит каждой потраченной копейки. Вряд ли вы остановитесь там, да? Твоему Ронни пришлось бы продать целый вагон картошки, чтобы оплатить хотя бы одну ночь в отеле Powerscourt.
– Это секрет, где мы остановимся, – загадочно улыбнулась Конни. По ее мнению, это была вполне безобидная ложь. Правда состояла в том, что Ронни пригласил ее на выходные в караван-парк, где у его друга Барни был дом на колесах, который тот ему одолжил. Но если бы она призналась Бетти, что едет в караван-парк, Бетти припоминала бы ей это до конца жизни. К тому же ей бы не хотелось, чтобы Бетти начала болтать направо и налево, что Ронни и его друзья – бродяги.
– Ронни просто велел предоставить все ему, – продолжила она, – а он обо всем позаботится. Не могу передать тебе, как это приятно, когда тебя балует такой мужчина – очень рекомендую.
– Да уж, тебе такое точно неведомо было, – сострила Бетти.
– Попомни мои слова, Бетти. Чем скорее ты попробуешь это приложение для знакомств, Analyzed, тем скорее и ты себе кого-нибудь найдешь. О, Бетти, ты просто не узнаешь себя – ты даже не представляешь, как это волшебно, после стольких лет, снова влюбиться в кого-то! Ты помнишь это чувство бабочек в животе, когда мы были подростками? Оно всегда оставалось с нами, ты знаешь. Это самое удивительное. Я чувствую, как будто мне снова семнадцать, и это прекрасно.
– Боюсь, что у таких рабочих лошадок, как я, просто нет возможности тратить бесценное время на сидение в интернете и поиски случайных мужиков с фургонами с едой, – кисло процедила Бетти, терпение которой было уже на исходе. – А теперь, прости, конечно, но, боюсь, мне нужно вернуться к моим дебетам и кредитам.
– Само собой, – ответила Конни. – Не переживай, что ничего не продала мне, я рада была заскочить. К тому же, честно говоря, вряд ли у тебя здесь есть что-то подходящее для нашего с Ронни путешествия. Не хочу обидеть сестер милосердия и все такое, но тряпки монашек – это точно не то, что захочешь надеть на такой уик-энд, как наш с Ронни.
Бетти вспыхнула от гнева, а Конни послала ей воздушный поцелуй на прощание и была такова.
Она чувствовала себя королевой мира. А почему бы и нет? Не так уж часто ей удавалось поставить шах и мат Бетти Дарси, правда же? ***
– Это, конечно, не Ритц-Карлтон, ничего такого, – сказал Ронни, когда они с Конни ехали по шоссе N11 на его маленьком «ниссане». На зеркале заднего вида болтался освежитель воздуха в виде елочки, на фоне играло какое-то «Ретро FM», по которому передавали милую и успокаивающую песню группы Simon and Garfunkel «I’m a rock». Что очень совпадало с тем, как чувствовала себя сама Конни этим теплым пятничным вечером.
– Это всего лишь маленький домик на колесах, – продолжал объяснять Ронни, – вот и все. Там есть крошечная кухонька, двухъярусная кровать и все. Я лягу на верхнем ярусе, чтобы тебе не нужно было карабкаться по лестнице с твоим больным коленом. Но мы отлично отдохнем там, правда, милая? И не потратим ни пенни.
– Ты слишком хороший, – светилась Конни, глядя на него с любовью с пассажирского места. Хотя, по правде говоря, она была бы не против разделить с ним и одну кровать, пусть бы и пришлось потесниться. Тот выходной, который она представляла в своей голове, включал в себя и бесценный сон. Разве зря она потратила всю свою недельную пенсию, чтобы найти в Marks&Spencer подходящее белье комплектом? Они с Ронни целовались, много раз, но, боже мой… И Конни тяжело вздохнула, чувствуя, возможно, впервые за много лет, как ее накрывает горячий прилив. Как бы она хотела большего. От одной мысли о мускулистых, загорелых руках Ронни, крепко держащих ее в постели, она заливалась краской и краснела до корней волос. У нее даже ладони начали потеть при мысли о том, как соприкасаются их обнаженные тела. Ей пришлось начать обмахиваться выпуском Racing Post[28], который валялся у нее в ногах, и приоткрыть окошко, чтобы немного остыть.
Спустя чуть больше часа они добрались и по прибытии обнаружили, что домик на колесах просто фантастический. Это была, скорее, настоящая маленькая однокомнатная квартирка, чем тот дом на колесах, к которому Конни морально готовилась. Там было чудесное пространство для посиделок, с телевизором, который даже показывал Sky News, и крошечная кухонька рядом, в которой, однако, можно было найти абсолютно все что нужно, вплоть до настоящей духовки. Рядом с кухней находилась ванная с душем, а в задней части дома – одна-единственная спальня. Снаружи находилась залитая солнцем зона настила, которая примыкала к соседним участкам и с которой открывались великолепные виды на море.
Не успели они зайти в дом, как то-то из соседей уже начал стучать в их заднюю дверь, чтобы поздороваться и предложить присоединиться к остальным выпить позднее этим вечером.
– Чтобы мы все могли вас тепло поприветствовать «по-уиклоусски», – объяснила женщина по имени Маржори. На вид ей было столько же лет, как Конни, ее загорелая кожа сияла здоровьем, а одета она была в белый хлопковый костюм, который, должно быть, стоил целое состояние. Завершало ее образ массивное замысловатое ожерелье цвета морской волны. На этой Маржори все это выглядело потрясающе, но Конни хорошо знала, что она в таком будет выглядеть нелепо. Как трансвестит на
