Лишняя в его семье - Диана Рымарь
Разворачиваюсь и отхожу подальше, усаживаюсь на банкетку в углу. Хочу написать Алмазу, что задержусь, но тут ко мне подсаживается Дима.
— Ты что, места другого не нашел? — раздраженно машу рукой в сторону свободных банкеток. — Иди сядь на прошлое место, чего пришел?
— Тонь, ну прекращай уже. — В его голосе появляются жалобные нотки. — Ты мне все доказала, я все понял…
— Что ты понял? — скептически поднимаю бровь.
— Что неправ был. — Он наклоняется ближе. — Тонь, я скучаю по тебе, очень… И малой наш, я его очень даже хочу и хотел! Я ошибся, признаю, смалодушничал перед матерью. Но теперь все, баста… Я больше не позволю матери рулить моей жизнью. Давно было пора…
На секунду мне даже становится его жаль. Но неужели он раньше этого не понимал? Неужели потребовался развод, чтобы он наконец прозрел?
— Ты сначала от мамы бы съехал, а потом уж…
— Я уже, Тонь! — с энтузиазмом восклицает он, и глаза его загораются. — Снял квартиру, перевез вещи!
Я удивленно на него смотрю. Дима съехал от мамы? Этого я точно не ожидала.
А-а, вот почему отощал, пришел в неглаженом.
— Хорошая квартира, двухкомнатная, — продолжает он, размахивая руками. — Я там навел красоту, краны починил, все дела. Только вот тебя очень не хватает…
И тут меня как прорывает:
— Действительно не хватает, кому же хочется одному платить за квартиру, когда Тоня могла бы отдавать половину. Заодно прибирать, готовить еду и прочее. Тоня очень нужна…
А? Что? Я сказала это вслух? Не хотела же провоцировать.
— Тонь, ты чего, я бы не заставил тебя платить! — возмущается он.
Я не выдерживаю:
— А что же так? Раньше, не стесняясь, распределял почти всю мою зарплату!
— Деньги не проблема, — замахал он руками. — Я нашел шабашки, вот постоянную работу уже ищу. Я машину продал! Чтобы штрафы погасить, то-се. Могу тебе половину стоимости кредитов выплатить, да хоть завтра, хочешь? А если согласишься вернуться, и всю сумму со временем. Тонь, я даже готов простить тебе роман с Бабаяном! Давай не будем разводиться, давай я тебя просто заберу сейчас домой и все, что скажешь?
Ишь ты, шустрый какой, заберет он меня. И главное — «простить тебе роман»! Как великодушно! Особенно если вспомнить, из-за чего этот роман вообще начался.
Я уже не понимаю, как могла любить этого мужчину.
Он мне чужой, и его попытки до меня достучаться ничего, кроме досады, не вызывают.
И тут Дима настырно лезет обниматься, тянет руки к моему лицу. Еще чего не хватало! Кое-как его отпихиваю:
— Отстань от меня!
— Не отстану… — настырно отвечает он.
Положение спасает грозная служащая загса, которая выглядывает из кабинета. Полная женщина в строгом костюме с начесанными волосами громогласным голосом вопрошает:
— Рудковские тут? Ваше время!
Ура! Алмаз, наверное, договорился, поэтому нас вызывают вне очереди.
Я тут же подскакиваю и, игнорируя попытки Димы меня остановить, спешу в заветный кабинет.
* * *
Уже через десять минут я выхожу из загса свободной женщиной. В руках свежее свидетельство о расторжении брака, пахнущее типографской краской. На улице дует холодный ветер, но мне почему-то легко и светло.
Дима уныло плетется сзади, что-то бормочет себе под нос, но я уже не обращаю на него никакого внимания. Он остался в прошлом, как и вся та жизнь.
Спешу к Алмазу, который стоит возле машины, прислонившись к капоту. Увидев меня, он распрямляется, и на лице появляется облегченная улыбка.
— Ну что, все? — спрашивает он, открывая мне дверцу.
— Все, — киваю я и забираюсь в теплый салон.
Алмаз помогает мне устроиться, потом садится за руль.
— Открой бардачок, — говорит он, заводя машину. — Там влажные салфетки, достань.
Я открываю бардачок, а там на самом верху, прямо на упаковке влажных салфеток, лежит синяя бархатная коробочка. Маленькая, изящная.
Оглядываюсь на Алмаза, а тот довольно щурится, кивает, мол, это тебе.
С замирающим сердцем достаю коробочку, открываю.
На белой атласной поверхности поблескивает кольцо с увесистым квадратным сапфиром, окруженным бриллиантами. Камень переливается в лучах солнца всеми оттенками синего — от нежно-голубого до глубокого индиго. Не могу сдержать восхищенный вздох.
— Я очень ждал момента, когда смогу его тебе подарить, — говорит Алмаз. — Теперь, когда ты в разводе, хочу сделать официальное предложение. Тонечка, ты примешь кольцо? Выйдешь за меня?
— Я же уже согласилась выйти, не помнишь разве? — улыбаюсь я, но кольцо все равно достаю.
— Тогда ты была в подавленном состоянии, и вообще не стоило мне в тот момент напирать, — качает он головой. — Но сейчас, после того как ты пожила со мной, лучше меня узнала, ты хочешь этого? По-настоящему… Мне очень важно знать.
Меня трогают его слова.
Ему правда важно, вижу это по тому, как он на меня смотрит, как сжимает руль. Явно нервничает! И это мой грозный, уверенный в себе Алмаз.
Передо мной калейдоскопом проносится пусть недолгая, но такая яркая жизнь с ним. В доме Диминой матери я всегда чувствовала себя чуточку лишней, а может и не чуточку вовсе. Дима был вечно чем-то занят, а свекрови я всегда была поперек горла.
Зато в семье Бабаянов все по-другому. Они живые, добрые, шумные, не прячут эмоции под искусственными улыбками, а еще они оказались очень рады моему появлению. Его мама и сестры хотят со мной дружить, проводить время. Ашхен Ваановна поочередно познакомила меня с кучей родственников — тетями, двоюродными братьями, сестрами, их детьми. Было множество походов в кафе, по магазинам, в салон красоты.
В общем, тут я на своем месте, можно сказать принята в клан.
А Алмаз… Он такой суровый и твердый с остальным миром, вместе с тем такой нежный со мной, заботливый, преданный. А как умопомрачительно целуется! Мне приятно заботиться о его доме, получать ласку за свои старания, живое внимание с его стороны. У нас каждый вечер особенный.
Кажется, я его люблю. Нет, не кажется — точно люблю.
— Согласна, — киваю я и чувствую, как в глазах выступает влага.
— Я счастлив, Тонечка, — говорит Алмаз, и его лицо светлеет. — Сыграем свадьбу и заживем! Ты у меня будешь самой красивой невестой.
Он осторожно берет кольцо из коробочки и надевает мне на палец.
Любуюсь тем, как оно смотрится, и мечтаю о будущем.
Эх, знала бы я, чем закончится та свадьба…
Глава 33. Свадьба
Тоня
Наверное, каждая невеста в день свадьбы страшно волнуется.
Я — не исключение.
Просыпаюсь на рассвете с
