Развод. Временное перемирие - Лия Латте

— Вы думали, что нашли папика, — жестко сказала я. — А нашли уголовника.

Я встала.

— Я не буду подавать на вас в суд. Живите. Рожайте, если хотите. Но денег вы от меня не получите. Ни копейки.

— Но как же я буду жить⁈ — взвыла она. — Меня выгоняют из квартиры!

— Идите работать, — посоветовала я. — Это помогает.

Я развернулась и пошла к выходу.

— Вы бессердечная сука! — крикнула она мне в спину. — Поэтому он и ушел ко мне! Потому что вы — ледышка!

Я остановилась. Обернулась.

— Он не ушел к вам, Жанна, — сказала я с улыбкой. — Он просто использовал вас. Так же, как пытался использовать меня. Разница лишь в том, что у меня хватило мозгов это понять. А у вас — нет.

Глава 47

Следующие две недели слились в один бесконечный рабочий день.

Я приезжала в офис к восьми, уезжала за полночь. Аудит, увольнения, встречи с банками, переговоры с подрядчиками. Моя жизнь превратилась в череду таблиц, графиков и жестких решений.

Дмитрий был рядом. Всегда.

Он стал моим голосом, когда я уставала говорить. Моей памятью, когда я забывала цифры. Моим щитом, когда на меня наседали журналисты или недовольные акционеры.

Мы почти не говорили о нас. На это просто не было сил. Но каждый взгляд, каждое случайное прикосновение в коридоре, каждая чашка кофе, которую он молча ставил мне на стол, напоминали о той ночи. И о том, что она была не сном.

— Катя, ты должна это увидеть, — Дима вошел в мой кабинет без стука. Было уже одиннадцать вечера. Офис был пуст, только уборщица гремела ведром в коридоре.

Я подняла голову от монитора. Глаза слезились.

— Что там? Очередная дыра в бюджете? Или Игнатьев передумал и отзывает поручительство?

— Нет. Это проект.

Он положил передо мной папку.

— Я нашел это в старых файлах. Проект, который твой отец хотел запустить, но не успел. А Кирилл положил его под сукно.

Я открыла папку. «Жилой комплекс „Новый Горизонт“». Эскизы, расчеты, земельный участок на набережной.

— Я помню это, — тихо сказала я. — Папа мечтал об этом комплексе. Он хотел построить не просто «человейник», а настоящий город-сад. С парком, школой, набережной. Но потом… потом он заболел. А Кирилл сказал, что это нерентабельно. Сказал, что земля слишком дорогая для «социалки».

— Кирилл врал, — Дмитрий сел на край моего стола. — Я пересчитал смету. Это рентабельно. Да, маржа меньше, чем на точечной застройке, но это имиджевый проект. Это то, что вернет компании лицо.

Я смотрела на эскизы. Красивые, светлые дома, деревья, дети на площадках. Это было так далеко от грязи последних недель.

— Ты предлагаешь разморозить его? Сейчас? Когда у нас каждый рубль на счету?

— Я предлагаю сделать это нашим флагом, — он наклонился ко мне. — Мы объявим о запуске «Нового Горизонта». Мы скажем, что возвращаемся к истокам. К ценностям Алексея Измайлова. Это успокоит инвесторов. Они увидят, что мы не просто латаем дыры, а смотрим в будущее.

— Это риск, — я потерла виски. — Огромный риск. Нам нужен инвестор. Банки сейчас не дадут под это деньги.

— Я нашел инвестора.

Я удивленно посмотрела на него.

— Кто?

— Шмидт.

— Немцы? — я рассмеялась. — Дима, они только что чуть не разорвали с нами контракт из-за скандала. Они не будут вкладываться в новый проект.

— Будут. Я отправил Шмидту презентацию вчера ночью. Сегодня утром он ответил. Ему нравится концепция. Эко-квартал, европейские стандарты… Это его тема. Он готов войти в долю. 50 на 50.

Я смотрела на Дмитрия и не верила своим ушам. Пока я тонула в текучке, он строил мост в будущее.

— Ты… ты гений, — выдохнула я.

— Я просто люблю свою работу, — улыбнулся он. — И своего босса.

Он протянул руку и коснулся моей щеки. Нежно, едва ощутимо.

— Поехали домой, Катя. Ты устала. У тебя синяки под глазами размером с блюдца.

— Не могу, — я кивнула на стопку бумаг. — Мне нужно закончить с кадрами. Я еще не утвердила нового главбуха.

Дмитрий вздохнул, обошел стол и развернул мое кресло к себе.

— Кадры подождут до утра. А ты — нет.

Он наклонился и поцеловал меня. Мягко, успокаивающе. Как целуют самого дорогого человека.

— Поехали ко мне, — шепнул он мне в губы. — Я закажу пиццу. Мы будем смотреть дурацкое кино и не говорить о работе.

— Пицца и кино? — я улыбнулась. — Звучит как идеальное свидание.

— Это не свидание. Это спасательная операция.

Мы вышли из офиса, держась за руки. Охранник на входе сделал вид, что ничего не заметил, но я видела, как он улыбнулся в усы.

В машине, пока мы ехали по ночному городу, я вдруг поняла, что готова.

— Дима, — позвала я.

— М?

— Завтра пятница.

— И?

— Давай сделаем это завтра. Объявим о «Новом Горизонте».

Он на секунду сжал руль сильнее.

— Ты уверена? Это значит — выйти к прессе. Отвечать на вопросы про Кирилла, про арест.

— Я готова, — я пожала плечами. — Я больше не боюсь вопросов. У нас есть ответы. И у нас есть план.

Дмитрий посмотрел на меня с гордостью.

— Я подготовлю зал. И пресс-релиз.

— Спасибо.

Мы подъехали к его дому. Он заглушил мотор, но не выходил.

— Катя, — его голос стал серьезным. — Ты знаешь, что будет непросто. Сплетни не утихнут еще долго.

— Я знаю.

— Но я не отвернусь. Никогда.

— Я знаю, — повторила я.

Он поцеловал мою руку.

— Пошли есть пиццу. Нам нужны силы для новых свершений.

Глава 48

Следующий день начался с хаоса, но это был хороший, рабочий хаос.

Офис, который еще вчера напоминал склеп, ожил. Люди бегали по коридорам с папками, телефоны разрывались, кофемашины работали на износ. Сотрудники больше не жались по углам. Они увидели цель.

Проект «Новый Горизонт» стал той самой искрой, которая зажгла всех.

Я сидела в переговорной, заваленной чертежами и сметами. Напротив сидели архитекторы — молодые, амбициозные ребята, которых Кирилл хотел уволить за «излишнюю креативность».

—