Измена: Заполярный Тиран - Магисса
— Сейчас! — скомандовал Тихон.
Игнат, как пантера, выскользнул из траншеи, короткими перебежками достиг столба со щитом. Несколько быстрых, отработанных движений — и он вернулся обратно.
— Готово, — прохрипел он, тяжело дыша. — Если повезет, сектор обесточен. Минут на пять, не больше, пока они не сообразят и не переключат на резерв.
Действительно, несколько прожекторов, освещавших наш участок, мигнули и погасли, погрузив часть периметра в густую тень.
— Вперед! — Тихон был уже у забора.
Кусачки, которые предусмотрительно захватил Игнат, легко перекусили ржавую проволоку. Образовался узкий лаз.
Тихон первым скользнул внутрь, за ним я, потом помогли пролезть Платону, последним — Игнат, который быстро замаскировал пролом ветками и снегом.
Мы были внутри. На вражеской территории. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Мы прижались к темной стене какого-то склада, пытаясь отдышаться и сориентироваться.
Вокруг было тихо, если не считать отдаленных криков и шума с восточной стороны, где наши ребята устроили переполох. Но эта тишина была обманчивой, зловещей.
Из-за угла склада медленно, вразвалочку, шел охранник. Он явно не ожидал увидеть здесь кого-то, лениво позевывал, поправляя ремень автомата. Он был всего в нескольких шагах от нас. Если бы он повернул голову…
Я замерла, боясь даже дышать. Тихон среагировал молниеносно. Прежде чем охранник успел что-либо понять, Тихон метнулся вперед, одним резким движением зажал ему рот рукой, а другой — свернул шею. Короткий, глухой хруст — и тело обмякло в его руках.
Тихон осторожно опустил его на землю, затащил в тень. Его лицо было суровым, но в глазах не было ни тени сомнения. Это была война, и здесь не было места сантиментам.
Мы двинулись дальше, стараясь держаться в тени зданий, перебегая от одного укрытия к другому. Наша цель — центральное здание, где, по предположению Тихона, находился кабинет Родиона и, возможно, серверная.
Внезапно из-за поворота вынырнул еще один патруль — двое. Они увидели нас почти одновременно с тем, как мы увидели их.
— Стоять! Кто такие⁈ — рявкнул один из них, вскидывая автомат.
Времени на раздумья не было. Тихон и Игнат открыли огонь одновременно. Короткие, точные очереди. Охранники дернулись и упали, не успев сделать ни одного ответного выстрела. Но шум… шум выстрелов был услышан.
Где-то вдалеке завыла сирена. Вспыхнули дополнительные прожекторы, заливая территорию мертвенно-ярким светом. Послышались крики, топот бегущих ног.
— Обнаружили! — крикнул Игнат. — К главному зданию! Быстро!
Мы рванулись вперед, уже не заботясь о скрытности. Теперь решали секунды. Подбежали к тяжелой металлической двери центрального корпуса. Заперто.
— Платон! — Тихон указал на электронный замок рядом с дверью. — Сможешь?
Платон, дрожа от холода и напряжения, но с лихорадочным блеском в глазах, достал из кармана какие-то проводки и маленькую отвертку, которую Игнат дал ему еще в котельной. Его пальцы, неловкие, замерзшие, принялись ковыряться в замке.
Я стояла рядом с Тихоном, он прикрывал меня своим телом, его карабин был направлен в сторону, откуда могли появиться преследователи. Я слышала их приближающиеся крики, топот сапог. Они были совсем рядом.
— Ну же, Платон, ну же… — шептала я, как молитву.
Щелк. Тихий, едва слышный щелчок. Зеленая лампочка на замке загорелась.
— Есть! — выдохнул Платон, отступая от двери.
Тихон рванул тяжелую дверь на себя. Мы влетели внутрь, в темный, гулкий коридор, и захлопнули ее за собой, подперев изнутри каким-то металлическим штырем, найденным у стены.
Глава 25
Вертолет
Тяжелая металлическая дверь захлопнулась за нами с гулким, почти похоронным стуком, отрезая от хаоса снаружи, но погружая в новую, неизвестную опасность.
Мы оказались в длинном, тускло освещенном коридоре, пахнущем холодом, металлом и чем-то еще — едва уловимым, знакомым до тошноты ароматом дорогого одеколона Родиона. Его незримое присутствие ощущалось здесь повсюду, в каждой детали этого стерильного, бездушного пространства.
— Сюда! — прошептал Тихон, указывая на неприметную дверь в конце коридора. — Если я правильно помню план здания, который мельком видел у него на столе, это должно вести к административному крылу. Кабинет и серверная, скорее всего, там.
Мы двинулись вперед, стараясь ступать как можно тише, хотя наши шаги гулко отдавались от бетонных стен. Фонари мы почти не использовали, полагаясь на тусклый аварийный свет, горевший под потолком через равные промежутки.
Снаружи доносились приглушенные крики, стук в дверь, которую мы заперли — люди Родиона пытались прорваться. Время играло против нас.
В административном крыле было тише, но напряжение висело в воздухе плотной, почти осязаемой пеленой. Длинные ряды одинаковых дверей, таблички с ничего не говорящими названиями отделов. Где-то в глубине коридора послышались шаги, приглушенные ковровой дорожкой. Мы замерли, прижавшись к стене, в тени массивного цветочного горшка с каким-то полузасохшим растением.
Мимо прошел охранник, лениво поглядывая по сторонам, его автомат небрежно висел на плече. Он явно не ожидал встретить здесь кого-то, кроме своих. Когда он скрылся за поворотом, Тихон жестом приказал двигаться дальше.
Мы почти добрались до нужной двери, когда из бокового прохода вышли еще двое охранников. Они увидели нас одновременно.
— Стоять! — рявкнул один, вскидывая автомат.
Игнат, шедший чуть впереди нас с Тихоном, среагировал мгновенно. Он не стал стрелять — шум привлек бы еще больше внимания. Вместо этого он рванулся вперед, как разъяренный медведь, сбивая одного из охранников с ног, прежде чем тот успел нажать на курок. Второй охранник растерялся на долю секунды, и этого хватило Тихону.
Он метнулся к нему, коротким, точным ударом приклада карабина в висок вырубая его. Игнат уже заканчивал со своим противником, душа его ремнем от автомата. Все произошло за считанные секунды — тихо, быстро, смертоноснo.
Я стояла, прижав руку ко рту, чтобы не закричать. Платон за моей спиной тяжело дышал, его глаза были расширены от ужаса. Это была не та война, которую он видел в кино. Это была грязная, жестокая реальность.
— Быстро, убираем их, — прошипел Тихон, и они с Игнатом затащили тела в ближайший пустой кабинет, задвинув дверь.
* * *
Дверь в кабинет Родиона была массивной, из темного дерева, с блестящей латунной табличкой. Заперто, разумеется. Электронный замок.
— Платон, твой выход, — сказал Тихон.
Ученый, все еще дрожа, но с какой-то отчаянной решимостью в глазах, подошел к замку. Его пальцы, неловкие от холода и пережитого, снова взялись за проводки и отвертку. Я стояла рядом, чувствуя, как Тихон прикрывает нас, его напряженная спина была моей единственной защитой. Каждая секунда казалась вечностью. Снаружи, в коридоре, снова послышались шаги — кто-то шел в нашу сторону.
— Быстрее, Платон, — прошептал
