Форвард - Айли Фриман

– Он не может осилить баррэ, – вставила я с улыбкой.

– Даже боюсь спрашивать, что такое «баррэ», – хмыкнул папа, обнимая меня за плечи.

– Я учу Артема играть на гитаре, – пояснила я. – Он все очень быстро схватывает, кроме этого приема.

– Да, я услышал, как вы играли, – прозвучал теплый голос отца. – У Артема здорово получается. Сколько же в нем дарований! Простите, что я прервал ваш урок.

– Мы очень рады вашему возвращению, Евгений Михайлович, – улыбнулся Артем.

– Эх, Королев, ты столько всего пропустил. Но все наверстаешь, будешь весной бороться за путевку на чемпионат мира, ладно? А теперь накрывайте поляну, будем ужинать и праздновать! Там, в кухне, я поставил пакеты с едой из ресторана.

Артем

– Ну, как она? – спросил тренер после ужина, пригласив меня в кабинет. – Мне показалось, что у Виктории хорошее настроение. Когда я уезжал, она была совсем сломлена, а сейчас прямо светится изнутри. Я также говорил с ее психологом, и она призналась, что ты определенно смог встряхнуть Вику и вернуть интерес к жизни. Что ты с ней сделал, Артем?

Я в растерянности посмотрел на Евгения Михайловича. Я был готов признаться, что люблю его дочь, но Вика взяла с меня обещание держать наши отношения в секрете. Тяжело смотреть в глаза тренера, которого я искренне уважал, и обманывать его. Но то, что я ему сказал, было чистой правдой:

– Я просто вернул в жизнь Вики музыку, которая делает ее живой.

– Я знаю, – тихо согласился Евгений Михайлович. – Музыка для Вики очень многое значит. Спасибо тебе, Артем, что сделал это для моей дочери. Это именно то, что было нужно…

– Внутри нее целая музыкальная вселенная, – улыбнулся я. – Я лишь слегка подтолкнул ее, с остальным Вика справилась сама, потому что она создана для того, чтобы пылать.

Сказав это, я резко замолчал. Не говорил ли я сейчас как влюбленный? Не выставил ли напоказ свои чувства, которые пока нужно прятать?

Тренер подошел ко мне и положил руку на плечо.

– Я хочу, чтобы ты продолжил с ней занятия музыкой. Знаешь, я вас послушал, прежде чем зайти в комнату. Вика была так счастлива, пока учила тебя играть. Она… она смеялась. Я давно не слышал ее смеха. – Я заметил, что у тренера увлажнились глаза. – Артем, прошу тебя, если тебе не сложно, пусть она и дальше будет обучать тебя этому самому «баррэ». Хотя бы раз в неделю. Приходи в любое время, договорились?

– Конечно, – ответил я, с грустью думая о том, что мой срок пребывания в раю рядом с Викой подошел к концу. Пришло время вернуться в общежитие.

– Спасибо, Артем. – Евгений Михайлович вдруг обнял меня. – Знаешь что? Я был бы счастлив иметь такого сына, как ты. И прости, если я кричу или ругаю тебя на тренировках. Это ничего не меняет, тренеру так положено, так ведь? – Он рассмеялся, выпуская меня.

– Евгений Михайлович, вы отличный тренер.

– Но скоро у тебя будет другой тренер. – Он растянул губы в какой-то нервной улыбке, внимательно глядя на меня. – У меня потрясающие новости, Артем. Тебя рассматривают для перехода в национальную сборную, которая будет представлять страну на чемпионате мира. Ты продемонстрировал высокий уровень игры и соответствуешь всем необходимым критериям. Что скажешь, Артем?

Национальная сборная. Чемпионат мира.

Это слишком громко.

– Молодежная сборная? – решил уточнить я.

– Нет, Артем. Основная.

Я закрыл глаза, собираясь с мыслями. Передо мной открывалась невероятная перспектива. Это очень важный этап в футбольной карьере, о котором мечтает каждый футболист. Но сейчас я мог думать только о Вике, и все мои мечты были связаны только с ней и ее благополучием.

– Ты рад, Королев?

– Да, – выдохнул я, чувствуя, как от волнения перехватило в груди. – Но это неожиданно.

– Остались только формальности и твое согласие. Допуск от врача скоро получим и начнем оформление.

– Спасибо, тренер, – произнес я. Я хотел радоваться невероятной возможности, но понимал, что, отдаляясь от клуба «Тор», рискую отдалиться и от Вики тоже. Клуб, его команда и тренер – все это уже стало моей настоящей семьей.

– Но на весенний сезон ты еще мой, Королев! – вдруг воскликнул Евгений Михайлович, прерывая поток невеселых мыслей, одолевших меня. – Нам предстоит взять кубок и медали. Чем черт не шутит, авось дойдем до финала в Лиге чемпионов?! Будем к этому стремиться, Королев. Обещай мне, одиннадцатый.

– Обещаю. – Я улыбнулся тренеру. – Мы не снизим темп.

Мы еще немного поговорили о футболе, об игровых эпизодах, которые пришлось пережить нашей команде, а затем я сказал, что мне пора складывать вещи для отъезда.

– Соберешь их завтра, Артем. Сегодня можешь остаться у нас. По плану я вообще должен был приехать завтра, так что никто тебя впопыхах не выгоняет. Сегодня ночуешь здесь, даже не обсуждается.

Таким образом, мне пришлось остаться, только на этот раз я спал в холодной одинокой постели, вместо того чтобы нежиться в ставших уже такими привычными объятиях Вики.

Вика

Перед сном я выплакала все глаза. Завтра Артем уедет, и у нас больше не будет волшебных дней и марафона необузданной взаимной страсти, останутся лишь воспоминания. Во мне горело опустошающее желание вновь оказаться в его объятиях.

Артем говорил, что готов во всем признаться моему отцу и даже официально попросить у него разрешения встречаться со мной. Он хотел поступить честно и, опять же, был до невозможности милым. Идеальным.

Я представила лицо отца, когда он узнает, что все эти дни мы с Королевым трахались как кролики под влиянием гормонов, и поняла, что пока наши отношения стоит держать в секрете. Мне удалось убедить Артема в своей правоте.

К тому же я переживала, что это может отразиться на его футбольной карьере, которая стремительно шла на взлет. Я не хотела, чтобы его нежная привязанность ко мне превратилась в страшного монстра, который просто заживо сожрет его футбольную мечту. Я ни за что не поступлю так с ним. Он готов был спасать меня, но кто спасет его, когда это потребуется?

Меня переполнила радость, когда я узнала, что Артема пригласили в сборную России. Это было заслуженное признание его таланта и упорного труда, ведь он был достоин представлять нашу страну на международной арене.

Сегодня посреди ночи он пробрался в мою комнату. Я спала, когда услышала едва слышный скрип открываемой двери. А через несколько секунд ощутила на плечах руки Артема, и его губы, целующие меня.

– Что ты делаешь? – прошептала я.

– Не смогу уснуть, пока ты меня не поцелуешь, –