Форвард - Айли Фриман

– Она сильно похожа на меня? – спросила тогда Вика.

Девушка действительно походила на нее внешне, но голос сильно отличался.

Когда новая вокалистка запела «Гореть и жить» в своей манере, которая совсем не вязалась со смыслом этой песни, Вика не сдержалась и заплакала. Мне самому с трудом удалось сдержать рвущиеся слезы. Песня «Гореть и жить» принадлежала моей Вике и никому другому.

– Что можно сделать, чтобы вернуть ее тебе? – спросил я ее.

– Ничего, – ответила она сквозь слезы.

– Я в это не верю. Мы что-нибудь придумаем.

Звонок продюсера выбил Вику из колеи. Выяснилось, что тот просто поставил ее перед фактом, что заедет к ней через два часа.

* * *

– Она не будет это подписывать, – ознакомившись с документом, который привез продюсер по имени Вениамин, я пренебрежительно вручил папку обратно мужчине.

Вика была уже готова подписать непонятную бумажку, но после того, как я несколько раз прочитал текст соглашения вдоль и поперек, понял, что без подписи Вики сохранялся небольшой шанс вернуть права на песню.

Я вытолкал продюсера из дома, когда он начал давить на Вику, требуя отказаться от всего, что когда-то связывало ее с группой «Пламенный рассвет».

– Верните Виктории права на ее последнюю песню, – процедил я сквозь зубы. – Вы должны понять, насколько сильно она нуждается в ней. Эта песня – ее творение, и ничье больше. Она ослепла, но слова этой песни помогают ей гореть. И жить.

– Я все понимаю, молодой человек, но я в первую очередь бизнесмен, а в бизнесе дела так не делаются. Права на песню принадлежат мне, она сама подписала соответствующий документ. Это громкий хит. Я ни за что от него не откажусь.

– Я готов выкупить ее у вас.

– Боюсь, что она не продается.

– В вашем мире бизнеса все продается.

– Не в этом случае, юноша. Что ж, я вернусь чуть позже. Вика должна подписать этот документ, не вздумайте в следующий раз препятствовать.

– Они не заберут у тебя эту песню, – пообещал я Вике, когда вернулся в дом.

– Мне уже все равно.

– А мне нет.

Вика сказала, что хочет поспать, и ушла в свою комнату. Но когда я чуть позже поднялся следом, то услышал, как она тихо плачет. Она не готова была терять свою песню.

Глава 37

Артем

Последние две недели в доме тренера казались мне настоящим раем. Каждое утро мы с Викой просыпались в объятиях друг друга, чаще всего обнаженные. А потом вспоминали, что скоро должна прийти домработница, которая наводила в доме порядок, и в бешеном темпе одевались и устраняли следы нашей страстной ночи.

Каждый день Вика давала мне уроки игры на электрогитаре, и в эти моменты она казалась такой живой. Моя техника заметно улучшилась. Она начала сочинять новую песню, которая определенно меня трогала.

Пока Вика пыталась подбирать аккорды, через ее тело словно проходил сильнейший эмоциональный поток. Она казалась нереальной в моменты творчества, свидетелем которых мне посчастливилось стать. Музыка для Вики была убежищем от тьмы, дарила ей чувство покоя, придавала сил. Страшно было представить, что совсем недавно она пыталась от нее отказаться, разбив свою любимую гитару. Как хорошо, что моя старенькая Yamaha смогла вовремя выручить.

Еще во время одного из моих плановых осмотров в медицинском центре я наконец-то получил разрешение не носить голеностопный бандаж на протяжении дня, а использовать его только во время сильных нагрузок.

Ноябрь закончился, выпал снег. Наш футбольный клуб должен был принять участие в еще двух матчах, а затем вернуться на зимние каникулы.

– Как там моя Вика? Тебе удалось хоть немного поднять ей настроение, Артем? – спросил меня тренер во время одного из звонков.

«О, вы даже не представляете насколько, особенно вчера, когда она громко стонала», – подумал я про себя.

– Она в порядке, – ответил я вслух, стараясь не выдать волнения. – Думаю, мы смогли найти общий язык, мы занимаемся с ней музыкой.

Любовью. Мы занимаемся с вашей дочерью любовью. Ох уж этот мозг.

– Музыка – это очень хорошо, – сказал Евгений Михайлович. – Спасибо тебе, Артем. Как твоя нога?

– К сезону будет как новенькая.

– Я очень жду твоего скорейшего возвращения в команду, капитан. Ты нам нужен на поле. На самом деле, мы смогли пройти так далеко только благодаря тебе.

– На последних турнирах вы играли без меня – эти победы полностью ваша заслуга.

– Вот тут не скромничай, Артем. Ты каким-то чудом замотивировал всю команду, дал им установки на победу, ты… ты дал мне Матвея, в конце концов! Я не знаю, что ты для этого сделал, но наш Гордеев просто отжигает на воротах!

– Просто он на своем месте. – Я улыбнулся, обрадовавшись, что тренер заметил старания и успехи Матвея.

– Артем, у меня к тебе будет еще одна небольшая просьба. У Вики скоро день рождения. К сожалению, я не успеваю вернуться, чтобы поздравить ее. Я заказал ей цветы, курьер должен будет доставить букет в этот день с утра. Я хочу попросить тебя устроить ей небольшой праздник, может быть, сводить ее куда-нибудь, например, в ресторан, заказать торт или… в общем, сделать что-то, чтобы она смогла хоть немного порадоваться.

– Да, Евгений Михайлович, я обо всем позабочусь.

Попрощавшись с тренером, я мысленно отругал себя. Я ведь и не догадывался, что у Вики скоро день рождения, даже не задумывался об этом! Нужно будет сделать этот день особенным. Все, что в моих силах.

– Почему ты не сказала, что у тебя на следующей неделе день рождения? – с легким упреком спросил я вечером, когда мы уже забрались в постель и приготовились ко сну. – Что ты хочешь в подарок?

– То единственное, чего я хочу, никто не в силах мне подарить. – Вика грустно вздохнула и прикрыла глаза. – Так что я не хочу никаких подарков. И праздновать совсем не хочу, настроения нет. Так что просто забудь, что у меня день рождения.

– Ни за что, – ответил я, а затем наклонился и поцеловал ее.

Этой ночью мы снова не могли насытиться друг другом. Но я так до сих пор и не услышал от нее ответных слов любви, и это заставляло мое сердце сжиматься от грусти.

* * *

Я нервничал из-за того, что мне пришлось уехать. Я попросил Елисея на время моего отсутствия