Жестокие сердца - Ева Эшвуд
Прежде чем мы вернемся в квартиру, я смотрю на парней.
– Могу я вам кое-что показать?
– Конечно, ангел. Все, что угодно, – говорит Рэнсом.
– Хорошо. Нам придется кое-куда поехать для этого.
Взгляд Мэлиса встречается с моим в зеркале заднего вида.
– Что?
– Увидишь.
Слегка наклонившись вперед, я показываю Мэлису дорогу, указывая ему на одно место в городе – место, где я на днях кое-что нашла, пока рылась в сети.
Это склад, большой и просторный, недавно построенный. И он выставлен на продажу.
Мы останавливаемся у входа, и я быстро выхожу из машины. Парни следуют за мной, переводя взгляд со склада на меня.
– Что это? – спрашивает Виктор.
– Я хочу, чтобы у вас было место, где вы сможете восстановить то, что потеряли, – тихо говорю я. – Место, которое может стать домом для всех нас. Там Рэнсом сможет работать со своими мотоциклами, а у Вика будет целый кабинет для его компьютеров, а у Мэлиса – домашний тату-салон. Мы будем жить все вместе, совсем как вы раньше. Может, вам уже и не нужно делать все эти «распилы», но я знаю, что вы скучаете по прежним временам. По той обстановке, что раньше вас окружала.
Я чувствую, как в парнях зарождаются чувства, и после того, как я замолкаю, на долгое время воцаряется тишина.
Затем Вик делает шаг ко мне.
– Ты хочешь купить этот склад, – тихо подтверждает он. – И жить здесь с нами. Всегда.
– Да.
Я прикусываю нижнюю губу, ожидая услышать, нравится им эта идея или нет. И получаю ответ примерно через секунду – все трое подхватывают меня на руки. Я не уверена, как им это удается, но мои ноги болтаются в воздухе, а тело оказывается зажатым между ними.
– Надеюсь, ты понимаешь, во что ввязываешься, красавица, – поддразнивает Рэнсом, целуя меня в висок.
– О да, – рычит Мэлис. – Потому что мы никогда тебя не отпустим.
– Ну и отлично. – Я ухмыляюсь, пока Вик утыкается лицом мне в шею. – Потому что я больше нигде не хочу быть, кроме как с вами.
41
Виктор
Спустя несколько недель после таинственного исчезновения Оливии все уладилось.
Мы с Уиллоу отправляемся за покупками, чтобы купить все необходимое для нового дома. Это стало вроде как нашей фишкой, тем, что мы любим делать вместе. Мэлису и Рэнсому вообще на такое плевать, а нам с Уиллоу нет.
За годы, проведенные за просмотром шоу по благоустройству дома, она стала невероятно сведущей в подобных вопросах. Мы обсуждаем то, что хотим изменить. Это забавно, ведь сначала я ничего не понимал в этих шоу, но теперь чувствую, что научился кое-чему.
Как создать что-то из ничего.
Не только в физическом плане, но и в более глубоком смысле.
Мы с Уиллоу и братьями не просто обустраиваем склад. Мы строим дом. Совместное будущее. Выбор, который мы делаем, касается не только цвета краски или материала для мебели. Он касается выстраивания фундамента нашей жизни.
Я думаю о будущем, представляю Уиллоу, лежащую в гостиной, младенца в колыбельке в углу.
– Что думаешь об этом? – спрашивает Уиллоу, показывая образец краски. Мы с ней ходим по огромному магазину товаров для дома. – Для кухни.
– С тем фартуком? – Я поджимаю губы и наклоняю голову набок. – Тебе не кажется, что они не будут сочетаться?
– Не должны, поскольку у них обоих холодные тона. Но на всякий случай нам нужно подобрать несколько вариантов.
Она задумчиво морщит носик, и я не тороплю её – пусть размышляет сколько угодно. Каждый раз, когда её выбор падает на что-то, что мне по душе, я одобрительно киваю. Хотя, если честно, даже если бы Уиллоу вдруг захотела выкрасить всю кухню в ядовито-розовый – я бы только улыбнулся и согласился. Мои братья, без сомнения, поступили бы точно так же. Да что там – мне бы понравился любой её выбор, просто потому что это её выбор. Но куда интереснее наблюдать, как она взвешивает все «за» и «против», спорит сама с собой о сочетаемости оттенков и том, как это будет выглядеть.
Мы проводим это время вместе, и это всегда было моим любимым занятием.
Склад находится в стадии разработки, превращается в жилое пространство, и дела идут очень хорошо. Мэлис и Рэнсом взяли на себя большую часть работ по строительству, пока мы занимаемся обустройством.
В конце концов, мы уходим с несколькими банками краски и делаем заказ, чтобы в ближайшее время нам доставили еще кое-что. Покончив с этим, мы возвращаемся к машине.
Уиллоу настаивает на том, чтобы понести пакеты с самыми легкими покупками, хотя ее беременность теперь уже очевидна.
У нее небольшой животик, и каждый раз, когда я смотрю на него, на меня что-то накатывает. Я и не думал, что могу испытывать что-то более сильное, чем то, что я уже испытываю к Уиллоу, однако меня переполняет невероятно теплое чувство, когда я думаю о маленькой жизни, растущей внутри нее.
Мы с братьями, по сути, уже усыновили этого ребенка. В нашем сознании он наш. Имя Троя больше даже не упоминается, и наш ребенок никогда его не услышит.
Когда я загружаю вещи в машину, Уиллоу наклоняется, чтобы помочь мне. Ее рука касается моей, и этого легкого прикосновения достаточно. Я притягиваю ее к себе, нежно прижимаю к машине и целую.
Просто потому, что могу.
Потому что когда-то это казалось почти невозможным.
Уиллоу целует меня в ответ, ее пальчики скользят по волосам у меня на затылке так, что я мгновенно возбуждаюсь. Она улыбается мне в губы, после чего нежно проводит ногтями по моей шее, заставляя меня вздрогнуть.
– А это за что? – спрашивает она.
– Спасибо, что любишь меня, – тихо отвечаю я. – Таким, какой я есть.
Ее рука скользит по моей щеке и линии подбородка, прекрасные карие глаза теплеют.
– Вик, для меня ты идеален. Любым.
Я снова целую ее, и, хотя мог бы трахнуть ее прямо здесь, на этой парковке, лучше бы отвезти ее домой. Я закрываю багажник машины, и мы выезжаем.
Войдя на склад, Уиллоу принимается распаковывать вещи, которые мы купили, пока я готовлю для нее обед. Я провел множество исследований о том, что ей лучше есть, чтобы это было вкусно и полезно для нее и ребенка. А еще морально готовил себя к сохранению невозмутимого выражения лица, когда в будущем у нее возникнут особые желания, и она станет
