Испытание Богов - Валькирия Амани

Тихие всхлипы сумели вырваться из моих губ, и глаза горели, когда я сдерживала слезы от боли. Он отпустил мое лицо, и когда я наконец снова открыла глаза, он исчез.

Я лежала на холодном полу, мое зрение оставалось затуманенным, и я боролась, чтобы оставаться в сознании. Слабая девчонка. Маркус был прав.

Пара черных сапог направилась ко мне. Я едва смогла поднять глаза достаточно, чтобы встретить взгляд Ксавиана. Его высокая фигура наклонилась ко мне, и его сильные руки осторожно подняли меня с земли. Я больше не могла бороться и почувствовала, как глаза закатываются.

Глава 4. Айла

Мягкая ткань обвивала мое лицо, окутывая теплом. Волосы скользнули по глазам, когда я застонала и глубже уткнулась в поверхность.

Голова гудела, воспоминания нахлынули — путешествие, встреча с королем, жгучая боль… и затем — ничто. Это ничто мне нравилось больше всего.

Комната, в которой я оказалась, была прекрасной. Величественной. Очевидно, не покои слуг, как я ожидала. Широкое окно тянулось вдоль левой стены, открывая вид на утесы, окружающие замок. Совсем не удивительно, что небо снаружи было по-прежнему серым. Королевство, где солнце никогда не светит. Неудивительно, что люди здесь не очень приятны.

Опершись на локти, я подождала, пока пульсация в голове утихнет, прежде чем встать. Последний беглый осмотр комнаты заметил то, что я пропустила раньше — маленькую, почти скрытую дверь возле окна.

Я поднялась и подошла к ней, резкий порыв холодного воздуха ударил в лицо, когда она открылась. Балкон был узким, огороженным каменными балюстрадами. Я вышла и положила руки на шероховатые перила. Ветер подхватил мои юбки и оттянул их за мной.

Видения моего королевства пронеслись в моем сознании. Я скучала по солнцу, озерам, их цвету и теплу. Я вскарабкалась на край балкона, сердце колотилось от осознания, что один неверный шаг или внезапный порыв ветра могут сбросить меня вниз.

Я устремила взгляд на мрачное небо. Голова пульсировала, и у меня закружилось. Облака прямо над моей головой слегка расступились, открыв узкую полоску света — но недостаточно.

Я оставалась там, превозмогая боль, пока все мое тело не ощутило огонь. Затем, наконец, золотой луч пробился сквозь небеса и пролился на меня.

Жар распространился по моим конечностям, успокаивая. Он напомнил мне о доме. О детстве. О пальцах моей матери, расчесывающих мои волосы.

Если я закрывала глаза, я могла слышать ее голос: Свет — самый важный элемент в жизни, и однажды настанет твоя очередь принести его в этот мир.

Я представляла себе разочарование на ее лице, если бы она видела меня сейчас — сражающуюся, лишь чтобы очистить уголок неба. У меня не было времени оплакать их обоих. Не по-настоящему. Не до того, как все в моей жизни погрузилось в хаос.

В большинстве дней, если я не бегала по горам или не плавала в озерах, я следовала за отцом. Он любил быть со своим народом — и часто замораживал озера, чтобы дети королевства могли играть.

Моя мать находила покой в сельской местности, где солнечный свет никогда не угасал, а дикие цветы покрывали холмы. Она предлагала составить мне компанию в горах, и я всегда отказывалась. Говорила, что хочу побыть одна. Жаль, что я не согласилась. Жаль, что у нас было так мало времени.

Я никогда не верила, что навязанный брак может сложиться. Как это возможно? Ты в ловушке. Но затем я увидела своих родителей. То, как отец смотрел на мать — будто она и есть само солнце. Их тихие прогулки по садам замка, их смех, раздававшийся далеко за полночь… что-то изменилось во мне.

В детстве я мечтала найти такую любовь. И однажды думала, что нашла. Но я была молода и наивна. Возможно, сейчас я просто стала старше и осталась все такой же наивной.

Тепло исчезло так же внезапно, как и появилось, поглощенное смыкающимися облаками. Присутствие подкралось сзади, заставив воздух замереть. Я резко обернулась, но нога поскользнулась, и тело наклонилось за пределы балкона.

Рука обвилась вокруг моей талии, резко стащив меня вниз. Я ударилась о густой темный мех и ахнула, пытаясь устоять. Я подняла взгляд, только чтобы увидеть пару глубоких зеленых глаз, наблюдающих за мной. Ксавиан.

— Отпусти меня, — запротестовала я, прижав руки к его груди в слабой попытке оттолкнуть его. Он не отпускал.

— Почему ты такая безрассудная? — Его хватка на мне только усилилась. — Что, если бы меня не было здесь, чтобы поймать тебя?

— Ты за мной следил? — Я снова попыталась оттолкнуть его.

— Теперь это моя обязанность — по крайней мере, пока. Приказ короля. — Он звучал скорее раздраженно, чем что-либо еще. Нас было двое таких.

— Значит, он все-таки говорит, — сказала я. Он, должно быть, просто не хотел говорить со мной. Прелестно.

Его взгляд оставался приклеенным ко мне, пока он говорил.

— Да, говорит. Просто немного.

Я заерзала в его хватке, и он наконец отпустил меня. Я повернулась обратно к перилам и провела пальцами по каменным углублениям.

Затем последовало тяжелое молчание, прежде чем он спросил:

— Как все прошло?

Я вздохнула. Он знал, как все прошло. Это он нашел меня на полу.

— Король ненавидит меня? — спросила я, повернувшись к Ксавиану, выискивая ответ на его лице, но, как обычно, он ничего мне не дал.

— Тебя волнует, если это так?

— Конечно волнует. Теперь он мой единственный шанс вернуться в Галину. Сомневаюсь, что он просто отпустит меня, — я глубоко вздохнула. — Если он не любитель слов, как насчет даров? Я могла бы предложить ему восемь тысяч солдат по прибытии. Уверена, он нашел бы им применение.

Он слегка пожал плечами.

— Может, он рассмотрит это.

Я посмотрела на бескрайние просторы страданий, простирающиеся насколько хватало глаз.

— Надеюсь.

Он облокотился на перила, глядя вниз на крутой обрыв. Так много вопросов в моей жизни остались без ответов. Может, в этот раз будет иначе.

— В детстве я слышала истории о других королевствах. Я всегда спрашивала у наставников, почему мы не можем все жить вместе в гармонии. Но они никогда не отвечали мне, когда я спрашивала почему. Так что я спрошу тебя. Почему, по-твоему, мы не можем, Ксавиан?

Он бесстрастно заявил:

— Твое королевство было единственным, благословленным Богами. Остальным пришлось брать силу любыми доступными средствами. Полагаю, можно сказать, другие королевства завидовали твоему из-за этого.

— А как насчет остальных? Из того,