После развода с драконом. Будешь моей в 45 - Анна Солейн
Несмотря на то, что в Ирии открыли месторождение золота, доставлять его сюда было бы дорого, так что предпочтительнее все-таки…
Я не смог сосредоточиться на расчетах, потому что мысли тут же снова уплыли к Элли.
Что она наговорила сегодня утром Лорейн, из-за чего обычно покладистая дочь была сама не своя?
И… и, мать его, чем сейчас занята Элли?
С ней все в порядке?
— Медленно соображаешь, Ферли, — усмехнулся его величество.
Я разозлился.
Почему мои мысли до сих пор, как и каждую минуту жизни с того момента, как мы встретились, крутятся вокруг Элли?!
Это она не захотела идти со мной сюда, предпочла оставаться в бальном зале.
Это она отказалась выйти за меня замуж, в конце концов!
И, если Элли попадет снова в беду, то это будут исключительно ее проблемы, она это выбрала.
Я больше не собираюсь ее спасать!
— Ответственно отношусь к вопросу вашего величества, — подался я вперед. — Видите ли, себестоимость сократить можно, но не нужно. Сейчас расскажу, почему.
— Давай, Ферли. Убеди меня уже выбрать твои порталы,
— Но ваше величество… — влез Фокс.
Я победно ухмыльнулся, и тут дверь Оранжевой гостиной распахнулась.
— Папа, ты должен пойти со мной прямо сейчас!
Обернувшись, я увидел Лорейн, и мой рот открылся сам собой. Во-первых, она была в очках. Во-вторых, какой-то растрепанной. В-третьих, в руках у нее была огромная мешковатая сумка.
Не то чтобы я разбирался в женской моде, но на балу это все в совокупности выглядело как-то странновато.
— Юная леди, вы перепутали королевский прием и женский будуар? — поднял брови его величество. — Извольте молчать, пока вас не спросили, и покиньте гостиную!
— Папа!
— Лорейн, сейчас не время. Подожди меня снаружи.
Что на нее нашло?
За спиной Лорейн маячил бледный Тео. Поймав мой взгляд, он виновато кивнул и сжал локоть Лорейн.
— Пойдем, видишь же, сейчас не время. Иде…
— Нет! — вдруг с непривычной злостью рявкнула Лорейн. — Вы двое, хоть раз в жизни меня послушайте! Это очень важно!
“Хоть раз в жизни?”
Я замер, переваривая этот выпад, а его величество тем временем неприязненно нахмурился.
— Юная леди! — процедил он, вставая. — Раз вас не учили слушаться отца? Немедленно покиньте…
— И вам, ваше величество, тоже стоит меня послушать! И не нужно затыкать мне рот! Ваша дочь может быть в опасности, она…
— Лорейн! — рявкнул я. — Да что на тебя нашло! Тео, немедленно выведи ее. Ваше величество, я прошу прощения…
— Мама пропала!
Вставая, я замер на половине движения.
— Что ты сказала?
— Мама пропала! И я думаю, она может быть…
Бросив взгляд на Фокса, я перебил:
— Поговорим в другом месте.
— Но…
— Идем! — рявкнул я, едва не споткнувшись о ножку стула.
Понаставили!
— Ферли, ты издеваешься надо мной? — язвительно прошипел его величество мне в спину. — Ты сейчас пойдешь на поводу у какой-то девчонки? Она должна знать свое место! Должна слушаться отца!
Лорейн вздрогнула, как будто ее ударили и пробормотала:
— Но мама… Пап, она…
Я разозлился.
— Идем.
— Если ты сейчас отсюда выйдешь — можешь не возвращаться! Я не собираюсь отдавать деньги короны кому-то, кто даже собственную дочь не может воспитать!
— Пап, — умоляюще протянула Лорейн. — Это правда очень, очень важно. Это…
— Я сказал — на выход. Поговорим в другом месте.
Едва мы вышли за дверь Оранжевой гостиной, как Лорейн затараторила:
— Папа, я не могла ждать. Ты понимаешь, мама пропала, а она…
— Давай с начала, — едва справившись со страхом, приказал я и отвел Лорейн подальше от стражников, которые охраняли Оранжевую гостиную. — С чего ты взяла, что мама пропала. Тео?
— Да Лорейн наверняка снова подняла бурю в стакане, — закатил глаза Тео. — Уверен, мама просто ушла сплетничать с подружками в одну из гостиных. Лорейн, конечно, дурочка, но она…
— Еще раз назовешь меня дурочкой — я перекинусь во вторую ипостась и тебя сожгу пегасу в задницу! — пригрозила Лорейн. — Маму уже один раз похищали! И теперь…
— Маму похищали? — удивился Тео. — Когда?
Я сжал зубы.
Конечно, мы с Элли не рассказывали об этом детям. В нашей истории о том, как мама и папа полюбили друг друга, начисто отсутствовала страница с тем, что мама едва не погибла в процессе.
Элли решила, что им не нужно об этом знать. А я…
— Конечно, похищали! — выпалила Лорейн и полезла в сумку. — Вот!
Перед моими глазами оказалась пожелтевшая от времени газета, на первой полосе которой было мое собственное лицо образца двадцати трех лет. Рядом со мной, прячась от камер, стояла Элли.
Ее лицо и волосы были в крови, она жалась к моему боку и отворачивалась от камеры.
Вздрогнув, я потянулся к газете.
“Сын лорда Ферли разгромил полицейский участок и помог преступнице сбежать”.
Ну-ну. Я потом эту газетенку еще и за клевету привлек.
Кажется, в тот момент в моей двадцатилетней голове впервые появилось понимание того, что мне есть, кого защищать. Элли. Именно тогда гулянки остались в прошлом.
— Откуда у тебя это?
— Взяла в городском архиве.
— Ты украла газету из архива? — ахнул Тео.
— Это все, что тебя волнует? — огрызнулась Лорейн. — Смотри! Тут написано!
Она резким движением вырвала газету у меня из рук — с каких пор она вообще что-то делает резким движением и огрызается?! — сунула ее Тео под нос и ткнула пальцем в какое-то место на первой странице.
— Глава полицейского управления Корбейн Сноу по кличке Череп… — пробормотал Тео. — Ну и что? Лорейн, ты…
— Да что же ты такой тугой! Подержи!
Она дала в руки Тео газету и снова полезла в сумку.
— Не обижай брата! — только и успел сказать я. — И ты расскажешь наконец, что с мамой, или мы так и будем…
— Я и пытаюсь рассказать! А вы мне мешаете!
Я поднял брови, и тут Лорейн вытянула из своей огромной мешковатой торбы очередную газету.
— Ага! Вот оно.
Я без труда узнал этот выпуск. В нем сообщалось о том, что Корбейн отправился на каменоломни. Произошло это спустя два года, судебный процесс получился
