Как достать Кощея - Ольга Олеговна Пашнина
На душе было и радостно, и почему-то тревожно. Кощей шагал молча, его лицо снова стало привычно мрачным. Шли мы недолго, и вскоре показалась бурная река с водами темными, а над ней…
– Калинов мост! – воскликнула я. – Мне бабушка о нем сказки сказывала! А это, значит… река Смородина! Невероятно!
Кощей остановился.
– Ну все, Чудище. Шагай. Прямо по мосту. Перейдешь – и лес увидишь, тебя там кот встречать должен.
Я уставилась на него.
– Как это «шагай»? А ты?
– А я остаюсь. – Кощей пожал плечами. – Я нарушил клятву. Ступил в Навь. Обратного пути для меня нет. Таков был уговор, условие развода: если я ступлю во владения Мораны, то останусь в Нави.
Внутри у меня все оборвалось.
– То есть ты… останешься тут? Навечно? Из-за меня?
– Не драматизируй, – буркнул он. – У Мораны скучновато, но библиотека приличная. Допишу мемуары, через мост перекину, издадите. Только над дизайном Поповичу работать не давайте, он за что ни возьмется – все баня получается.
– Нет! – Я вцепилась ему в рукав, словно боялась, что он сейчас же растворится в тумане. – Я без тебя не пойду! Я тогда тоже остаюсь! Буду тут с тобой! Поселимся рядом с Мораной, будем жизнь ей портить. Я кучу пакостей теперь знаю… А, ну хотя от тебя и знаю, так что ничего нового… Но все же! Я без тебя не пойду!
Кощей посмотрел на меня с неподдельным изумлением.
– Ты совсем рехнулась? Иди! Пока мост тебя помнит как живую!
– Не пойду! – уперлась я, чувствуя, как по щекам текут предательские слезы. – Одна не пойду, и все! Что я бабушке скажу? А Баюну? А Лихо? Ты о Лихо подумал?
– Ну выплати ему три оклада, что теперь.
– А горынычи и василиски? Кто их воспитывать будет?
– Королевичу подари. Будет батя драконов. Захватит трон и соблазнит какую-нибудь симпатичную блондинку. Откуда я знаю, кто их будет воспитывать? Ты совсем ничего не понимаешь? Нельзя нарушать слово, данное в Нави! Вдвоем сгинем. Ничего со мной не будет. Столько веков тут жил, еще столько же проживу. Подумаешь, жена стерва? У некоторых вон, братец – козел!
Мы стояли у начала моста, словно два упрямых осла, а вокруг сгущались тени Нави. Казалось, сама Морана наблюдает за нашим дурацким спором и посмеивается.
И вдруг в воздухе зазвучал знакомый шелест. Рядом с нами, извиваясь, возник змей. Его гладкая кожа мерцала в сумраке.
– Спор бесполезный, – прошелестел он. – Закон Нави суров. Но у всех законов есть лазейка.
Мы повернулись к нему.
– Какая? – хором спросили мы.
– Калинов мост считает мертвых и живых, – объяснил Змей. – Но для него не важно, сколько тел пересекает его. Важно, сколько душ. Если две души станут одной… мост признает их за одного путника.
Я смотрела на змея, ничего не понимая. Кощей нахмурился, потом его бровь изумленно приподнялась.
– Брак? – произнес он с таким видом, будто ему предложили съесть тарелку смузи из крапивы. – Ты предлагаешь нам… пожениться? Прямо сейчас?
– Помолвиться, – поправил змей. – Помолвка поможет. Заключенная здесь, на границе. Этого будет достаточно. Мост ощутит вашу связь. Но помните – только искренняя.
Я покраснела так, что, наверное, еще немного – и слилась бы с гроздьями калины на покрытых льдом ветках. Кощей выглядел так, словно его ударили скалкой по голове.
– Ну… – Я прочистила горло. – Это… вполне себе решение. Кощей! У тебя кольцо есть? Женись на мне!
Кощей смерил меня взглядом.
– Представляешь, совершенно случайно есть! Только это Мораны кольцо, я его на всякий случай прихватил. Вернуть хотел, да забыл ненароком.
– Сойдет! – Я ничуть не смутилась и протянула руку, растопырив пальцы. – Надевай!
– Чудище, ты с ума сошла?
– Ты как невесту законную называешь?!
– Василиса, это не шутки! И не вранье, чтобы перед королем отмазаться. Клятвы, данные в Нави, священны. Придется жениться!
Я лишь отмахнулась. Нашел чем пугать красну девицу, женитьбой! Да такого только Баюн боится, и то – исключительно в марте.
– Да не парься ты, потом разведемся! Что ты на меня так смотришь? Ты же один раз уже разводился. Два брака за плечами – еще не крест на мужчине.
– Ты ли это, Василиса…
Кощей даже огляделся, будто ждал, что из кустов Морана выпрыгнет да злодейским смехом разразится.
– А ты что думал? Я в столице выросла. Там развестись проще, чем терем купить. Давай скорее, Кощей! Холодно, зуб на зуб не попадает!
И словно в доказательство я так чихнула, что даже змей, безмолвно наблюдавший, вздрогнул.
Медленно, как будто нехотя, Кощей извлек из кармана кольцо с огромным красным камнем. Безвкусное, если честно, кольцо, в столице с таким предложение делать – все соседи засмеют! Но если вы собираетесь улизнуть из Нави, то репутация помолвки отходит на второй план.
– Ну что, Чудище… – Он посмотрел мне прямо в глаза, и в его взгляде не было ни ехидства, ни насмешки. Была только странная, непривычная серьезность. – Готова стать моей… нареченной? А потом развестись?
Сердце стучало так, что, казалось, его слышно даже у Мораны во дворце. Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.
Он надел кольцо на мой палец. Оно было теплым.
– Ладно, – выдохнул он. – Идем.
Он взял меня за руку, и мы ступили на Калинов мост. Острые ветви под ногами дрожали, но не ранили. Я шла, не дыша, ожидая, что мост вот-вот рухнет или Морана, узнав о нашем обмане, кинется остановить.
Но ничего не произошло. Мы просто шли. И с каждым шагом мост под нами становился чуть прочнее, а черная вода Смородины, казалось, светлее. И вскоре превратилась в обычную речку.
И вот под ногами уже не острые ветки, а знакомая мягкая земля. Запах хвои, влажной листвы и… горячих пирогов?
Мы обернулись. Калинов мост и река Смородина исчезли, растворившись в привычных буйных красках осеннего сказочного леса.
Мы стояли на опушке. А перед нами, с раскрытыми ртами, круглыми глазами и полными руками всякой всячины, стояли ВСЕ.
Баюн с книгой и воблой в лапах. Аленка с топором (куда же без него). Лебедяна с корзинкой, полной тех самых, с пылу с жару, горячих пирожков. Алеша Попович, почесывающий затылок.
Воцарилась тишина, которую нарушил Баюн, обронив воблу.
– Василисушка? Кощей? – пропищал он. – А мы… А мы уж думали…
– Думали, вы на том свете остались, – мрачно закончила Аленка, опуская топор. – Некоторые поминать начали.
Баюн спешно воблу подхватил и спрятал за спину.
– Не серчай, хозяйка,
