Академия контролируемой магии - Ольга Арунд
Так и не найдя выхода, я раздраженно отбросила карандаш и пошла на завтрак, даже не надеясь, что на меня снизойдет озарение.
– Доброе утро, моя аурика, – пропел Рик, присаживаясь рядом со своим подносом.
– Еще раз так меня назовешь – и снова станешь розовым и хвостатым, – пообещала я, потеряв аппетит от созерцания его физиономии.
– Понравились цветы? – не стал обострять боевик, хотя куда уж больше!
Я и так с трудом сдерживалась, чувствуя, как на нас скрестились взгляды большей части студентов, находящихся в столовой.
– Они прекрасно смотрелись на фоне рыжей второкурсницы, которая их забрала.
Испортить ему настроение такой мелочью? Вряд ли.
– Ты жестока, моя белая роза! – пафосно заявил Шалинберг, и я в последний момент расцепила пальцы, намертво скрюченные для самого эффективного заклинания в моем арсенале.
Девицам с боевой магии понравилось.
– Признайся честно, – тяжело вздохнула в попытке сохранить остатки спокойствия, – ты хочешь не дожить до выпуска?
– Признаюсь, – Рик наклонился ко мне, демонстрируя крайнюю степень откровенности, – я хочу представить тебя родителям, но подозреваю, что эта затея тебе не понравится.
У проходящей мимо выпускницы с бытовой магии, отчетливо слышавшей каждое его слово, с грохотом упал поднос, а я не сдержала стон. Через час об этом будет знать вся академия!
– Шалинберг, за последние пару дней ты достал меня больше, чем за предыдущие шесть лет! – резко поднялась я, осознавая, что хуже уже не будет.
Ни одну из всех своих многочисленных пассий боевик не знакомил с родителями, а я даже в их список не входила! Настроение, и так не отличающееся оптимизмом, окончательно испортилось, и, чеканя шаг, я стремительной походкой направилась к выходу. Чтобы столкнуться с ректором.
– Извините, ректор Оллэйстар, – потирая ушибленный лоб, повинилась я.
Впрочем, без особого раскаяния. У него там что, под сюртуком железная пластина с наградами?
– У вас точно все нормально, лиерра Грасс? Последнее время вы совсем не смотрите под ноги.
– Все в порядке, еще раз извините! – Я аккуратно обошла ректора с проректором и целенаправленно отправилась к главной лестнице, стремясь как можно быстрее попасть в зимний сад.
Хотелось остановиться и спокойно обдумать происходящее, но одно все время накладывалось на другое. Дурацкое приглашение боевика, циничная подлость Корсы и ультиматум ректора. Пусть вежливый, тактичный и якобы предоставляющий выбор, но какое там…
И разбираться со всем этим придется мне!
И шаргх с ним, с Риком – его желания не волновали меня вовсе, но Корса! Внутри терпение заскрежетало от ярости, но… и эта стерва могла чувствовать себя в безопасности. Временно. Потому что для начала нужно развязаться с заданием ректора, и чем быстрее, тем лучше.
Беспокойные мысли, роящиеся в голове, не позволили сосредоточиться на чтении, и я перевела взгляд за окно, но там, кроме снега и резвящихся первокурсников, никого не было. Студенты постарше предпочитали в долгие зимние месяцы отсиживаться в стенах академии.
– Рик, ну не будь букой! – невозможно не узнать капризный голос Корсы.
– Лира, не приставай, я тебе уже все объяснил! – Голос Шалинберга отдавал раздражением, видимо, и правда объяснял. У боевиков тоже окно или просто с посещаемостью проблемы? – И какая тебе разница, кого я позвал на Зимний бал? Помнится, после того поцелуя мы зареклись повторять печальный опыт. Или ты передумала?
Вот это подробности! Совершенно лишние для моих неискушенных ушей, но выбора нет – уйти незамеченной уже не удастся. Оставалось надеяться, что они не дойдут до последнего поворота, после которого отлично просматривалось мое убежище.
– Вот еще! – фыркнула Корса, и ей удалось обмануть Шалинберга, но не меня.
Так, значит, вот он – счастливчик, которому не пришлось попробовать «Глаза с поволокой»? И не из-за него ли она решила меня подставить?
– Сильно сомневаюсь, что за это время ты научился целоваться! – Откровенной провокации боевик то ли правда не заметил, то ли не захотел замечать. – Просто я не понимаю, почему из сотен девушек академии ты выбрал именно Грасс? Что, никого достойней не нашлось?
– Прекрати, Лира! – В голосе Шалинберга прорезалась непривычная сталь. – Мы, конечно, давние друзья, но не лезь в то, что тебя не касается! Особенно если хочешь, чтобы друзьями мы и остались.
Вот это да… Я, похоже, пропустила момент, когда боевик вырос из заносчивого спесивого мальчишки в парня с принципами.
– Как это не касается? Рик! – Что происходило за поворотом, мне не было видно, но, похоже, кто-то из них начал нервно расхаживать перед скамейкой – слышалось шуршание гравия в такт шагов. – Да очнись ты! То, что ты пригласил Аурелию на Зимний бал, еще можно списать на вашу нелепую вражду! Якобы ты сделал это специально, чтобы на Грасс набросились остальные студентки, но с каждым следующим шагом ты все больше становишься похож на влюбленного идиота! И главное – в кого! В главную ледышку академии! Да и та твоя фраза о знакомстве с родителями… лорда Виерда и леди Олиену удар хватит, если до них дойдут слухи о том, что ты увлекся безродной сироткой!
Удивляюсь я, сколько жара и пафоса в ее монологе. Но есть в нем и пара интересных моментов – мне понравилось внезапное прозвище, в отличие от мнения Корсы о моей невзрачной персоне. И оно не задело, нет, но досаду я прочувствовала, и главным образом на себя – столько времени общаться бок о бок с этой стервой и не разглядеть ее ко мне истинного отношения! Давно не замечала за собой такой слепоты.
– Ты забываешься! – отрезал Шалинберг. – Мне не шестнадцать, и я давно вышел из того возраста, когда терпел чужие нотации. Особенно по поводу своей личной жизни!
– Рик! – У Корсы приступ паники? – Ты же не всерьез?..
Боевик не ответил, и она жалобно продолжила:
– Рик, прости, я действительно переборщила, но ты мой друг! Я переживаю за тебя! И то, что ты… – даже с такого расстояния я услышала ее судорожный вздох, – влюбился в Аурелию – не повод впадать в крайности. Просто она отличается от других девушек… – Судя по тону Корсы, далеко не в лучшую сторону. – Вот увидишь, мы закончим академию, окунемся в настоящую жизнь, и через неделю ты и думать забудешь о том, что существовала какая-то Аурелия Грасс!..
Ответом ее не удостоили, и по звуку удаляющихся шагов я поняла, что Шалинберг просто ушел.
Стоит чувствовать себя польщенной? Наверное, да,
