Академия контролируемой магии - Ольга Арунд
Нечего, как же! Только если забыть о непонятном стихийном даре, умении видеть заклинания и способности эти же заклинания составлять не хуже имперских заклинателей. Вот только те передавали знания из поколения в поколение, а мне повезло.
Если можно назвать везением то, что даже сегодняшнее заклинание для Арисы в случае чего обойдется мне допросом с последующим арестом. А оно одно из самых простых, мной придуманных.
Но безупречная репутация Оллэйстара снова играла со мной дурную шутку. И даже то, что на дворе практически ночь, преподавательский корпус наверняка пуст, а я нахожусь наедине с сильнейшим магом в академии, не пугало. За свою честь я точно не боялась, а вот за здоровье и жизнь очень даже.
И не то чтобы в самом крайнем случае мне нечем было его удивить, но вряд ли после этого я доучусь до диплома.
– Хорошо, ректор Оллэйстар.
А что делать, повернуться и бежать? Тогда никаких сомнений в моей виновности у него точно не возникнет, а уж в чем обвинять, Оллэйстар выяснит потом.
– Посмотрите на шкаф с книгами по правую сторону от вас и скажите, что вы видите.
Более странного предложения мне еще не делали. Перед поступлением нас проверяли на артефакте, которого нужно было коснуться, но никак не обычным книжным шкафом.
– Ничего не вижу.
Даже врать не пришлось, потому что вряд ли ректора интересовали корешки фолиантов, и так находящихся в полном его распоряжении. Знать бы еще, что я такого должна увидеть или не увидеть, чтобы вопросы ко мне отпали все и разом.
– А так?
И все бы ничего, но колыхание воздуха за спиной и вкрадчивый голос у самого уха заставили вздрогнуть. И пусть мне еще не страшно, но уже очень и очень нервно. Собираясь развернуться и спросить хоть что-то, пока придумываю выход из ситуации, я не ожидала, что Оллэйстар крепко удержит меня за плечи.
Я спокойна, я спокойна, я спокойна.
– Ничего.
Видеть не вижу, но чувствую, как опаска, волнение и непонимание будят огонь, которому запрещено просыпаться рядом с Оллэйстаром.
Подзадоренный непонятным поведением ректора, пульс участился, а мысли начали путаться, и я готовилась прочувствовать всю силу знакомых симптомов. Неудивительно, если за твоей спиной стоит мужчина и маг, превосходящий тебя по всем статьям. Чувствуя, как просьба отойти застряла в горле, а паника становится все ощутимее, я все же подняла взгляд на злополучный шкаф.
И замерла, забывшись, не в силах оторваться от светящегося чуда.
В жизни не видела ничего подобного! В библиотеке были синие линии охранок, были желтые, заклинаний иллюзий, когда наши профессора хотели что-то скрыть или, наоборот, нарастить. Опять же недавние истерички, бросающиеся красными атакующими, но чтобы все сразу, да еще в комплекте с черными линиями?!
И как же это невероятно… Наверняка опасно, тревожно, но красиво.
Восторженно выдохнув, не заметила, как ректор предостерегающе придержал меня за локоть, когда я подалась вперед.
– Что вы видите, лиерра Грасс?
Мне конец. Но какой же потрясающий…
Наверное, у меня и правда что-то не то с головой, потому что страх исчез, словно его не было. Хотя бояться стоило – как минимум того, что один свой дар я перед ректором раскрыла самым идиотским образом.
– Он искрится. – Все еще не веря собственным глазам, я попыталась сделать шаг, и мне это удалось. – Десятки линий! Синие, желтые, фиолетовые. А еще зеленые, красные и черные.
Последние меня особенно заинтересовали, и, плохо отдавая отчет в собственных действиях, я протянула руку, собираясь их коснуться. Неожиданный рывок заставил очнуться, растерянно посмотреть на ректора, и только через несколько мгновений осознать, что он крепко держит меня за плечи.
– Черные – это заклинания, несущие мгновенную смерть, и с вашей стороны, лиерра, глупым и безрассудным было решение рассмотреть именно их. – Ректор Оллэйстар отпустил меня и отошел к окну. Помолчал задумчиво. – Градация заклинаний по цвету. Откуда вы ее знаете?
От Присли, который тащил в свою библиотеку все книги подряд, руководствуясь только их стоимостью и экзотичностью. И пара из них очень мне пригодилась, когда я поняла, с чем именно столкнулась.
– Я много времени провожу в библиотеке.
– Ночью и в преподавательской секции? – насмешливо хмыкнул ректор и повернулся, глядя на меня в упор. – Вы в курсе, что обычный маг не видит эти линии?
– Я… – Как же велик соблазн соврать! – Подозревала.
И дело не в моей честности или страхе перед Оллэйстаром, нет. Просто где гарантия, что поблизости у него нет активированного артефакта правды? А то, что фиксировали эти штуки, в качестве доказательств примут хоть суды, хоть сам император.
Да, выставить меня воровкой Корсе не удалось, но то, что происходило сейчас, в сотни раз хуже! Ректор – не воспылавшая ненавистью шестикурсница, стоит ему понять, какие именно вопросы задавать, и уже сегодня ночью я окажусь в антимагических кандалах. До выяснения всех обстоятельств.
А их у меня столько, что хватило бы на десяток лишений магии.
– Что именно вы видите? – Пожалуйста, пусть у него вот сейчас, в это самое мгновение не будет артефакта правды!
– Линии… иногда. – Осталось как-то выдержать испытующий взгляд ректора. Подошедшего ближе ректора.
– Давно?
– С одиннадцати лет.
Осознанно точно с одиннадцати. И это без поправки на то, сколько времени у меня ушло, чтобы разобраться в непонятном, являющемся далеко не всегда радужном нечто.
– Вы меня обманываете, Аурелия? – Ректор вернулся к своему столу и показательно достал куб из черного кианита. Характерные светлые прожилки не давали спутать его с другими минералами. Вот он, артефакт правды. – Почему вы удивились количеству линий? – Резкий вопрос застал врасплох, и я ответила чистую правду:
– Потому что я не знала, что так можно. Что я могу видеть столько заклинаний одновременно.
Кианит так и остался непроницаемо черным.
От такого везения начала кружиться голова. Стоило Оллэйстару достать кианит чуть раньше, и пришлось бы признаваться, что просто линиями дело не ограничивалось. Потому что видела я не только их, мне доступна любая схема любого наложенного в этом кабинете заклинания. И хоть пробовать еще не приходилось, но уверена, я смогла бы как усилить любое из них, так и развеять, потянув всего за одну ниточку.
– Каким образом вы попадали в преподавательскую секцию?
Я все больше ощущала себя стихийником на допросе, и в каком-то смысле так оно и было.
Кожа под длинными рукавами вмиг покрылась мурашками, а внутренности похолодели. Совру, и камень на столе ректора станет прозрачным. Выбора нет. Вздохнув, мне оставалось лишь виновато опустить глаза:
– Мне подарили схемы охранок…
