Маалик - Мелани Джейд

Они не умрут быстрой смертью.

Такеши схватил бессознательного вампира, и они оба исчезли.

Маалик повернулся, его терпение теперь было уничтожено, и он хищно направился обратно к перепуганным пленникам, проходя вдоль ряда, пока не прочёл мысли каждого, а затем выпрямился.

— Этого. Его нужно сохранить и обучить нашим обычаям, и ты можешь определить его в любой клан в России, какой сочтёшь подходящим, — сказал Маалик, глядя на Димитрия, который раздражённо хмуро смотрел на новообращённого вампира. — Остальных убить, — сказал Маалик без малейшего раскаяния.

Он почувствовал, как в кармане завибрировал телефон, когда повернулся и пошёл обратно вверх по ступеням возвышения, чтобы снова сесть на трон. Он увидел номер Романа и быстро ответил:

— Я слегка занят, брат.

— Михаил проснулся. Уже несколько часов как, — сказал ему Роман.

— И ты только сейчас мне это говоришь? — раздражённо рявкнул Маалик.

— Ему… понадобилось время, чтобы смириться с тем, что произошло. Но теперь он спокойнее и готов рассказать нам, почему пал, — вздохнул Роман.

— Я сейчас приду, — ответил Маалик и повесил трубку.

— На сегодня мы закончили. А ты, — Маалик пригвоздил Димитрия строгим взглядом, — будь милым.

Он смотрел, как Димитрий оттолкнулся от стены, закатив глаза.

Маалик попытался не улыбнуться, наблюдая, как Виллар и Каллиас ухмыляются, стараясь не рассмеяться.

— Казнить пленников и защищать королеву. Меня недолго не будет, — сказал Маалик Шугоша, прежде чем телепортироваться прочь.

Маалик появился в фойе особняка своего брата, повернулся и пошёл на голос Романа, найдя его сидящим за чёрным мраморным столом. Его шаги дрогнули, когда взгляд столкнулся со взглядом Михаила. На миг мелькнул образ тела Архангела, лежащего в кратере, его крыльев, меняющихся с того прекрасного белого на чёрный цвет падших. Маалик даже не мог представить, через что ангел проходил сейчас.

Приспособление после падения было… тяжёлым.

— Михаил, — Маалик кивнул ангелу, занимая место рядом с Романом.

— Маалик, прошло много времени, — темноволосый ангел кивнул в ответ.

— Действительно много, — ответил Маалик, гадая, будет ли Архангел теперь считать его мерзостью, а не своим собратом-ангелом.

— Михаил как раз собирался объяснить, почему Всевышний… выгнал его с Небес, — печально сказал Роман, снова поворачиваясь к своему другу.

Михаил кивнул, его взгляд задержался на Маалике чуть дольше, словно он знал, о чём Маалик думал. Михаил читал мысли по прихоти на Небесах… мог ли он всё ещё делать это теперь?

Маалик напрягся, когда губы Михаила дрогнули в призраке ухмылки, прежде чем тот освободил Маалика от своего взгляда и снова посмотрел на Романа.

Что ж, полагаю, это «да».

— После вашего падения Всевышний дал нам, Архангелам, строгие указания. Мы не должны были вступать ни в какой контакт ни с кем из падших, и мы не должны были вмешиваться в ваши новые жизни, иначе навлечём его гнев и будем наказаны. Как вы можете представить, многие из нас не соглашались, но нас заставили смотреть, как вы все пали, и стать свидетелями событий, которые последовали, — сказал им Михаил с измученным выражением лица.

Роман скрестил руки на груди, откидываясь на спинку стула.

— Значит, нашего падения было недостаточно в качестве наказания? Нас нужно было отрезать от всех, кого мы знали. Всех, кого любили?

Михаил просто кивнул.

— Я пытался, в те первые несколько дней, преклонял колени перед Всевышним, умолял и просил разрешить мне помочь вытащить из Ада тех, кого смогу, доставить вас всех в безопасность, но он этого не допустил. Поэтому я следовал приказам, как и все остальные, и был вынужден наблюдать издалека.

— Что изменилось? Если ты следовал его велениям, почему ты теперь здесь? — спросил Роман, нахмурившись.

Маалик собирался задать тот же вопрос. Его сжигало любопытство узнать, что, блядь, творилось там, наверху.

Михаил провёл руками по волосам, выглядя разбитым.

— Я ослушался. Я всегда наблюдал за тобой, Роман. Слышал каждую твою мольбу, чтобы я ответил тебе, показался, помог, — начал Михаил, и теперь его лицо исказилось страданием. — Мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы не прийти к тебе. Но когда пошли шёпоты и до нас дошла весть, что Люцифер выйдет, я не мог стоять в стороне и позволить этому случиться. Я-я… нашёл способ помочь.

Маалик нахмурился, склонив голову набок, пока смотрел на Михаила, перебирая все события, произошедшие за последний год. Но не было ни одного случая, который он мог бы точно определить как момент, когда Архангел мог им помочь.

— Помочь? Как? — Маалик смотрел, как Роман задаёт вопрос, на лице его брата отражался такой же растерянный хмурый взгляд, как у него самого.

Михаил снова пригвоздил Маалика тем тревожащим взглядом.

— Как ты думаешь, почему в тот день, все те месяцы назад, у тебя возникло такое всепоглощающее чувство, что с Шарлоттой что-то не так?

Маалик выпрямился, его хмурый взгляд стал глубже, когда мысли вернулись к тому дню, когда он нашёл Шарлотту и Турэля одних на кухне. Когда он впервые вошёл, ему показалось странным, что Турэль был с ней, но не настолько, чтобы встревожиться. Чёрт, тогда он ещё не знал о предательстве Турэля и доверял ему так же, как доверял остальным своим падшим братьям. Но затем всплыло воспоминание о волне тревоги, накрывшей его, почти задушившей. Он знал, его ударило непоколебимой уверенностью, что что-то не так. Что Шарлотта умрёт. Он просто действовал: разрезал себе запястье, спрятал свою кровь в её кофе — второй шанс, страховка, что она не умрёт.

— Это сделал ты? Заставил меня почувствовать всё это? — Маалик не понимал, как, блядь, Михаил мог заставить его чувствовать эмоции. Или предсказать то, что должно было случиться.

Михаил покачал головой. Казалось, он потерялся, был где-то далеко, в каком-то воспоминании или хаотичной мысли.

— Не я, но я попросил кое-кого помочь мне. Я заключил сделку, такую, которая должна была предупредить тебя, что она в опасности, что ей суждено умереть. Я предвидел исход. Люцифер проходил через те врата, и весь Ад последовал бы за ним, — сказал он, его взгляд снова сфокусировался на Маалике. — У меня не осталось выбора. Всевышний не оставил мне иного выбора.

Сделку?

— С кем? С кем ты заключил эту сделку? — спросил Михаила Роман, его лицо было напряжено от тревоги.

Михаил снова вздохнул, откидываясь на спинку стула.

— С богиней. Подробности никого из вас не касаются. Это была не единственная сделка. Когда я подумал, что мне удалось избежать последствий, что Всевышний не узнал, я осмелел и заключил ещё одну. Ту, которая отправила жрицу к твоему порогу.

Брови Маалика поднялись,