Двуликая жена. Доказательство любви - Мария Шарикова

-Фрея,- прошептал он одними губами, пробуя её имя на вкус в этом новом, невероятном контексте.

Она пошевелилась во сне, крепче прижимаясь к нему, и что-то пробормотала. Лусиан затаил дыхание, но она не проснулась. Только вздохнула глубоко и снова затихла.

Он лежал, глядя в потолок, и чувствовал, как внутри него разливается что-то, чему он не мог подобрать названия. Это было не просто счастье. Не просто удовлетворение. Это было чувство возвращения домой после долгих лет скитаний по ледяной пустыне. Чувство, что он наконец-то там, где должен быть.

Мысли, тяжелые, привычные, попытались пробиться сквозь эту теплоту. О болезни. О будущем. О том, что он не имеет права на это счастье, потому что скоро… Но он быстро отогнал их. Не сейчас. Сейчас он позволит себе просто жить. Просто чувствовать.

Фрея пошевелилась снова, и на этот раз её глаза открылись. Сначала мутные со сна, они сфокусировались на его лице, и в них вспыхнуло узнавание, а за ним - такая теплая, такая открытая улыбка, что у него перехватило дыхание.

-Доброе утро,-прошептала она хриплым от сна голосом.

-Доброе утро,-ответил он, и его голос прозвучал незнакомо - мягко, почти робко.

Она потянулась, как кошка, и тут же поморщилась, тихо засмеявшись

-Кажется, я открыла для себя новые мышцы, о существовании которых не подозревала.

Он не сдержал улыбки - той самой, редкой, которую она так любила.

-Я сожалею, что доставил тебе…- начал он, но она приложила палец к его губам.

-Не смей. Ни о чем не смей сожалеть. Это была самая прекрасная ночь в моей жизни.

Он поймал её палец губами, поцеловал, и она замерла, глядя на него с удивлением и нежностью.

-Ты даже не представляешь, что ты для меня сделала,-сказал он тихо.-Ты дала мне то, чего я никогда не надеялся получить. Ты… Ты вернула меня к жизни, Фрея.

Её глаза заблестели от слез, но она улыбалась.

-Я ничего не делала,-возразила она. - Я просто была с тобой.

-Этого было достаточно.

Они лежали так, глядя друг на друга, и время остановилось. Он гладил её волосы, перебирая пряди, пропуская шелк сквозь пальцы. Она водила кончиками пальцев по его груди, очерчивая линии мышц, касаясь шрамов, словно пытаясь запомнить его на ощупь.

-Ты спал?-спросила она вдруг, поднимая на него глаза.

Лусиан задумался. И понял, что не знает ответа. Он не помнил, чтобы проваливался в забытье, но и не помнил, чтобы лежал с открытыми глазами, как обычно. Была только темнота и тепло, и её дыхание рядом.

-Кажется, да,-сказал он удивленно.-Я не знаю. Я… Я просто был с тобой.

Она улыбнулась, и в этой улыбке была такая гордость, такое счастье, что у него сжалось сердце.

-Значит, я твое лекарство,-прошептала она.-Самое приятное лекарство в мире.

Он притянул её к себе и поцеловал. Долго, глубоко, вкладывая в этот поцелуй все, что не мог выразить словами. Она ответила, прижимаясь к нему всем телом, и он почувствовал, как желание снова вспыхивает в нем, горячее и неудержимое.

-Фрея,-выдохнул он, отрываясь от её губ.-Я не знаю, что со мной происходит. Я никогда не чувствовал ничего подобного.

-Это называется счастье, Лусиан,- ответила она, глядя на него сияющими глазами.-Просто счастье. Ты имеешь на него право.

-Имею ли?-вырвалось у него прежде, чем он успел подумать.

Фрея нахмурилась, и в её глазах мелькнула тревога.

-Не начинай,-твердо сказала она.-Не начинай снова сомневаться. Только не сегодня. Не после этой ночи.

Он закрыл глаза и кивнул.

-Ты права. Прости. Это просто… Дурная привычка.

-Тогда меняй привычки,любимый,-улыбнулась она, касаясь губами его подбородка.-У тебя теперь есть я. Я буду напоминать тебе, что ты достоин счастья. Каждый день. Каждую ночь.

Он открыл глаза и посмотрел на неё. В её синих глазах не было ни тени сомнения. Только любовь. Чистая, безусловная, удивительная.

-Я люблю тебя,-сказал он, и эти слова, которые он так долго держал в себе, наконец вырвались на свободу.-Я люблю тебя так сильно, что иногда мне становится страшно.

-Не бойся,-прошептала она.-Я здесь. Я никуда не уйду.

Они снова занимались любовью но уже медленно, нежно, словно открывая друг друга заново. В утреннем свете, под шум дождя за окнами, это было похоже на таинство, на молитву, на обещание.

И когда они снова лежали, обессиленные и счастливые, переплетя пальцы, Лусиан поймал себя на мысли, что впервые за многие годы не думает о болезни. Не думает о смерти. Не думает о том, сколько ему осталось.

Он думает только о Фрейе. О том, как пахнут её волосы. О том, как она улыбается во сне. О том, как её рука лежит в его руке.

-О чем ты думаешь?-спросила она, словно прочитав его мысли.

-О тебе,-ответил он честно.-Только о тебе.

Она улыбнулась и поцеловала его в плечо.

-Хорошие мысли?

-Самые лучшие мысли в моей жизни.

За окнами шумел дождь, но в комнате было тепло. Было уютно. Было правильно.

И Лусиан позволил себе поверить, что, возможно, чудо существует. Что, возможно, эта женщина - его чудо. Его спасение. Его дом.

Глава 18

Они спустились к завтраку много позже обычного часа, когда солнце уже поднялось высоко и даже серые тучи, наконец, рассеялись, позволив лучам залить столовую золотистым светом. Лусиан держал Фрею за руку, и этот жест,такой простой, такой естественный,всё ещё казался ему чудом.

В столовой их ждал сюрприз. Себастьян сидел за накрытым столом с чашкой кофе и газетой, но при их появлении отложил всё и уставился на них с откровенно-насмешливым интересом.

-Ого,-протянул он, поднимая бровь.-А я уж начал беспокоиться, не случилось ли чего. Дождь, знаете ли, такая непогода, так и тянет остаться в постели до полудня.

Фрея покраснела, и Лусиан почувствовал, как её пальцы дрогнули в его руке. Он сжал их в ответ, успокаивая, и спокойно встретил взгляд друга.

-Доброе утро, Себастьян,-произнес он ровно, но в его голосе звучали нотки, которых не было раньше. Мягкость, почти теплота.-Надеюсь, ты не скучал в одиночестве.

-О, я нашел чем заняться,-усмехнулся Себастьян.-Перечитал старые газеты, написал письма, погрустил над своей одинокой участью. Но теперь, вижу, мои страдания были не напрасны. Вы оба выглядите… Как бы это сказать… Подозрительно довольными.

Фрея фыркнула, пытаясь скрыть улыбку, и Лусиан не выдержав улыбнулся в ответ. Себастьян присвистнул.

-Боже правый, он улыбается!