Двуликая жена. Доказательство любви - Мария Шарикова

К вечеру дождь усилился, и я сидела в гостиной у камина, глядя на пляшущие языки пламени и прислушиваясь к каждому звуку за окном. Когда на подъездной аллее наконец послышался стук копыт и шуршание колес по гравию, я едва удержалась от того, чтобы не броситься к дверям.

Я заставила себя остаться на месте, сохраняя видимость спокойствия, но когда Лусиан вошел в гостиную - промокший, усталый, с каплями дождя в волосах и на плечах пальто, - я вскочила и подошла к нему прежде, чем успела подумать.

-Ты промок до нитки,-сказала я, принимая у него мокрое пальто и протягивая руки к его лицу, чтобы стереть влагу с щек.-Сядь к огню, я велю принести горячего чаю.

Он поймал мои руки и задержал их в своих. Его пальцы были холодными, но взгляд - теплым.

-Подожди,-сказал он тихо.-Дай мне просто постоять здесь минуту. С тобой.

Я замерла, глядя на него. В свете камина его лицо казалось вылепленным из бронзы и тени, и в этих тенях я видела не только усталость, но и что-то ещё возбуждение, смешанное с тревогой.

-Что случилось?-спросила я прямо.-Зачем ты ездил в Лондон?

Он вздохнул и, не отпуская моих рук, подвел меня обратно к дивану. Мы сели рядом, и он начал рассказывать.

-Я встречался с поверенным,-сказал он. — Тем самым, которого рекомендовал Себастьян. Он специализируется на делах, подобных нашему. Мы обсудили возможные сценарии, если Эдгар всё же решится подать в суд.

-И что он сказал?

-Что у нас есть шансы, но нужны сильные свидетели. Такие, как леди Харкорт. И ещё…-он запнулся, и я почувствовала, как напряглись его пальцы. — Он сказал, что нам нужно быть готовыми к тому, что Эдгар может попытаться дискредитировать не только меня, но и тебя.

-Меня?-удивилась я.-Каким образом?

Лусиан помрачнел.

-Твое прошлое, Фрея. Твоя… Неприязнь ко мне до свадьбы. Твои отношения с ним. Они могут представить это как доказательство того, что ты была против брака, что я тебя принудил, что ты - жертва, которую нужно спасти. И если они смогут убедить суд, что ты несчастна и боишься меня…

Я покачала головой.

-Но я не боюсь. И я не несчастна. Я могу засвидетельствовать это под присягой.

-Твой голос будет голосом заинтересованной стороны,-горько усмехнулся он.-Они скажут, что ты либо обманута, либо запугана.

Наступила тишина. Я смотрела на огонь, и в моей голове лихорадочно работали мысли. Они правы. Мое прошлое - моё самое уязвимое место. Изабелла знала каждую мою слезу, каждое моё проклятие в адрес Лусиана. Она сможет расписать суду такие картины, что любой поверит в мою «несчастную долю».

-Тогда нам нужно, чтобы кто-то другой говорил за меня,-сказала я наконец.-Кто-то, кто знал меня до свадьбы и видел, как я изменилась. Кто-то из прислуги, например.

-Элси?-предположил Лусиан.

-Элси безусловно может помочь. Но она горничная. Её слово против слова Изабеллы… Не знаю.-Я задумалась.-А что, если… Что, если мы пригласим мою мать?

Лусиан поднял брови.

-Твою мать? Но вы… Вы никогда не были близки. И она всегда поддерживала Изабеллу.

-Знаю,-кивнула я.-Но она всё равно моя мать. И если она увидит, что я счастлива, что я изменилась… Возможно, она сможет стать нашим свидетелем. Или, по крайней мере, не будет свидетельствовать против нас.

Это была слабая надежда, но другого у нас не было.

-Я напишу ей завтра, — решительно сказала я.-Приглашу в гости. Пусть увидит все своими глазами.

Лусиан долго смотрел на меня, и в его взгляде было столько нежности, что у меня защипало в глазах.

-Ты удивительная женщина, Фрея,-прошептал он.-Иногда мне кажется, что я сплю и вижу сон. Ты слишком прекрасна, чтобы быть правдой.

Я улыбнулась и придвинулась ближе, кладя голову ему на плечо.

-Я не сон,-сказала я тихо.-Я здесь. И я никуда не уйду.

Мы сидели так, прижавшись друг к другу, и я чувствовала, как дрожь пробегает по его телу - не только от холода, но и от того внутреннего напряжения, которое он носил в себе всегда. Его рубашка была влажной на ощупь, и я вдруг осознала, что он все еще в мокрой одежде, что он продрог до костей, пока ехал под этим ледяным дождем.

-Лусиан,-я отстранилась и посмотрела на него.-Ты ведь даже не переоделся. Ты промок насквозь. Так нельзя.

Он хотел возразить, но я уже встала и протянула ему руку.

-Идем. Тебе нужно согреться. Горячая ванна, сухая одежда. И никаких возражений.

Он посмотрел на мою руку, потом на мое лицо, и в его глазах мелькнуло что-то - может быть, удивление, может быть, благодарность.

-Ты командуешь мной, леди Грейсток,- сказал он тихо, но в его голосе не было протеста.

-Кто-то же должен,-ответила я, и он, наконец, взял мою руку и позволил поднять себя.

Мы вышли в холл. Гроув уже исчез, слуги разошлись по своим делам, и в доме было тихо, только дождь стучал по стеклам да где-то вдалеке потрескивал огонь в камине.

-Твои покои или мои?-спросила я, и этот вопрос прозвучал более интимно, чем я ожидала.

Луис замялся, и я поняла - он колеблется между желанием быть ближе и страхом, который всегда его останавливал.

-Мои дальше,-наконец сказал он.-И там холодно. Я редко топлю камин.

-Тогда мои,-решительно сказала я.-Там тепло и есть вода. Элси принесет все необходимое.

Я повела его наверх, чувствуя, как его пальцы сжимают мою руку. В моих покоях горел камин, и воздух был напоен ароматом сухих трав, которые я развешивала в шкафу. Я усадила Лусиана в кресло у огня и позвонила в колокольчик.

Элси появилась почти мгновенно, и я отдала распоряжения: горячая вода, полотенца, сухая одежда из гардеробной графа. Она кивнула с понимающей улыбкой и исчезла так же быстро, как появилась.

-Ты не должна…-начал Лусиан, но я приложила палец к его губам.

-Я должна,-сказала я твердо.-Ты мой муж. Ты промок. Ты замерз. И я хочу позаботиться о тебе. Позволь мне.

Он смотрел на меня долго, и в его глазах боролись те же старые демоны. Но потом он медленно кивнул.

-Хорошо.

Слуги принесли большую медную ванну и наполнили её горячей водой, добавив несколько капель лавандового масла - я попросила об этом, зная, как лаванда успокаивает. Когда они ушли, в комнате снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием огня и тихим плеском воды.

Лусиан сидел в кресле, глядя на ванну, и я