Силвервид-роуд - Саймон Крук
Джапетто взобрался на табурет. Он успел вынести стулья, вынудив гостей остаться на ногах. Ольга Фосс подозрительно оглядела помещение, не упустив и выстеливший мастерскую пластик. Ольга состояла из сплошных углов: обесцвеченное каре, как у человечка из Лего, остроугольные оценивающие глазки, острый треугольник рта. Под кожаной байкерской курткой проглядывала картинка на футболке – из «Суспирии». В глухой сумрачной мастерской атмосфера между хозяином и гостями сгущалась.
– Ладно, – нарушил молчание Дамьенн, – где они? Феликс, Милт… – Взгляд Поста уперся в красный бюст на верстаке. – Это я?
– Незаконченный, – сказал Джапетто. – Скоро доделаю. Сувенир. Я к каждому фильму такие делаю. Прощальный подарок – вам от меня.
Пост прищурившись, подозрительно разглядывал бюст – щедрость Джапетто не внушала ему доверия. Может, взятка, чтобы не забыли упомянуть в титрах?
– Глаза не такие, – нахмурилась Ольга. – Бородка хороша, отдаю должное, а вот нос… над ним тоже нужно поработать.
– А, я и для вас делаю, – сказал Джапетто, запустив руку под верстак. Рядом с бюстом Дамьенна встал второй.
– Ну, Ольга, – заметил Дамьенн, – ты должна признать, тебя он ухватил.
Ольга пристально всматривалась в глиняную группу. Джапетто передал ее угловатые черты с неприятной точностью.
– Верхняя губа совсем не удалась, – заявила, скрестив руки на груди, Ольга.
За занавеской в пыльном углу пульсировали козлиные глаза Могона. Тело Джапетто пробрал знобкий черный жар. Не позабавиться ли, прежде чем браться всерьез? Незаметно запустив ладонь за бюст Дамьенна, он отвесил глине шлепок ладонью.
– Какого беса? – взвился Дамьенн. Он потер затылок под съехавшей набекрень шляпой. И в недоумении уставился на Ольгу.
– Зачем это, – не сводя с нее взгляда, вопросил Джапетто, – вы его ударили?
– Ничего подобного! – возмутилась Ольга и толкнула Дамьенна в грудь.
Их разделила пропасть подозрения. Джапетто глубже вбил клин.
– Кто убил моего Могона?
Завертелись головы, заметались горящие взгляды. Дамьенн заговорил о том демоне, о котором все молчали.
– Ладно, поговорим о настоящем деле, – сказал он. – Где он? Где костюм?
Джапетто повторил, жестко растягивая слова, превращая вопрос в утверждение:
– Кто. Убил. Моего Могона.
Пауза. Пропасть. Рты приоткрылись, готовясь извергнуть ложь.
– Это потому, что другой, – сказала Ольга, – в десять раз лучше.
Дамьенн хлестнул ее взглядом.
– А что? – Ольга пожала плечами. – Все равно он бы рано или поздно узнал. Могона сделали в «Скинуокер». С бо-ольшими усовершенствованиями. Дамьенну нужна была модель, реагирующая на движения актера, верно, Дамьенн? Ваш дурацкий костюм – только основа для компьютерной графики.
– Основа? – задохнулся Джапетто. Чека Ла Граната выдвинулась из корпуса. – Основа? Вы извели девять месяцев моей жизни, чтобы тупой Брайан Кокс мог встать на нужную отметочку? Vaffanculo!
Взгляд Джапетто впился в отвергнувших его Могона. Теперь ясно, почему Дамьенн не спешил подобрать актера под его костюм. Чека гранаты со звоном вывалилась. Еще чуть-чуть, и рванет.
– Потому-то нам и нужен ваш Могон, – сказала Ольга. – А теперь отвечайте на его вопрос. Где костюм?
Джапетто был сыт по горло. Он развернул бюст Ольги затылком к себе. Его не тянуло улыбаться, но Баал-Берит требовал. Застывшая улыбка разрезала его лицо, сморщив бледную кожу щек. Черный жар хлынул в пальцы. Джапетто вдавил в бюст Ольги большой палец. Мазнул по прохладным глиняным губам. Крик прозвучал на удивление приглушенно, будто из-под воды. Джапетто поднял глаза. Губы Ольги стянулись в одну раздавленную малинину.
Пост не успел опомниться, как Джапетто занялся его бюстом. Ему тоже запечатать рот? Или прежде попробовать другое? Он прищемил ему нос пальцами. Мягкая красная глина смялась под подушечками.
Дамьенн вскинул руки к лицу. Между пальцами потекли красные ручейки. Джапетто смотрел, как корчатся, выплясывая в ритме боли, его селяне. Сдавленные стоны Ольги слились в мрачном дуэте со стонами Дамьенна.
Взметнув полы пальто, Дамьенн сгреб Ольгу и качнулся с ней к двери мастерской. Джапетто полюбовался, как Пост в панике толкает и рвет запертую дверь. Из прищемленного носа струилась кровь. Пост выхватил из чехла телефон и в расчете на немедленный ответ нажал мгновенный набор Милтона Хайндса.
По мастерской разнеслась мелодия рингтона.
Взгляд Дамьенна заметался, отыскивая источник звука. Округлившиеся глаза остановились на печи у стены мастерской. Джапетто обругал себя: не растоптал хорошенько телефон Милтона.
– Какого хрена телефон Милтона делает у тебя в печке?
Ольга отползла спиной к двери, зажимая ладонью перекрученные губы. Джапетто завертелся на табурете. Мимо в развевающемся пальто метнулся Дамьенн. Остановившись у печи, припал ухом к дверце. За ней чирикал телефон Милтона. На макушке у Джапетто проступили бусинки пота. Дамьенн распахнул дверцу печи.
Закаленный постановщик фильмов ужасов никогда еще не видел мертвецов. Милтон Хайндс стал первым. Под тяжестью головы верхняя половина его туловища вывалилась из печи. Захрустели хрящи перекрученной шеи. Один глаз был закрыт, другой открыт. Пост отшатнулся от дверцы, метнул перепуганный взгляд на Джапетто. Тот уже держал бюст Дамьенна на коленях, как отрубленную голову на блюде. Занеся открытые ладони для хлопка, Джапетто с маху, от локтя отвесил две хлесткие затрещины по глиняным ушам.
Шляпа свалилась на пол мастерской. Руки Поста взметнулись к вискам, пораженным громовым ударом. Дрожащие гитарной струной глаза остановились на бюсте. Там, в полутемной мастерской, Дамьенн проникся ужасающей властью Джапетто.
– Голову, Джапетто. Отдай мне мою голову. Не знаю, что это за дерьмовое вуду, но верни мне, на хрен, мою голову.
Джапетто подтянул бюст к груди на манер защищающего мяч вратаря. Помотав головой, он раскинул руки, грозя взрывом аплодисментов. Дамьенн съежился под взглядом единственного глаза на обвисшей голове Милтона и, устрашенный, поспешно сменил тон.
– Ты только скажи. Все, что хочешь. Джапетто Савини первый в титрах. Хочешь на хреновы афиши выше Брайана Кокса? Лично гарантирую. Давай сторгуемся. Отдай голову, получишь своего Могона!
Джапетто, не убирая занесенных ладоней, обдумал предложение.
– Оригинальный дизайн? Мой дизайн? Полная свобода творчества?
– Что угодно! Только отдай голову, Джапетто. Голову отдай. И Ольгу исправь.
– Девять месяцев ты мне лгал, – бушевал Джапетто. С взрывом гранаты на его губах вздулась пена. – Говорил, полная свобода творчества, компьютеры – барахло. Салонные шуточки. Ты зачем меня погубил?
Джапетто выпустил бюст, вцепился себе в кудряшки волос.
– Зачем ты…
Пока он бушевал, Дамьенн сделал свой ход. Выбросив руки, он рванулся от печи за своей головой. Джапетто откинулся на табурете и проворно вдавил в бюст большие пальцы. Глина наплыла на глазницы, лоб слился со щеками. На глаза Дамьенна розовыми
