Рейтузы для дракона. Заклинание прилагается - Аллу Сант

Я открыла рот, но слов не последовало, я их просто не находила.

Лакомка между тем величественно зевнула, положила лапы перед собой, и посмотрела на меня с выражением, в котором читалось: «Чай, пожалуйста. И подушку, если несложно.»

— То есть ты хочешь сказать, — уточнила я медленно, — что это всё… временно?

— Совершенно временно, — обнадёжила меня дочь. — Учитель сказал, что трансформация самоустранится, если её не трогать. Главное — не нервничать и не повышать голос. А то Лакомка снова рычать начнёт. Она теперь чувствительная к шуму, ну и кушать будет немного больше.

Я села. Вернее, опустилась на ближайший стул, потому что все остальные действия казались невозможными.

— Аурелия, — прошептала я, сцепив руки в замок, — в следующий раз предупреждай меня заранее, чтобы я хотя бы смогла запастись достаточным количеством корма для гмм… Нашей собачки.

Глава 30. Любовь и прочие помидоры

Дарен Бранд

Проснулся я на удивление легко, без резких звуков, криков под окнами, магических вспышек камер журналистов и кошмаров о фиолетовых оборках. Утро было по-настоящему тихим и, смею сказать, почти уютным — настолько, насколько может быть уютно в покоях герцога.

Если учитывать, что ещё несколько дней назад я серьёзно обдумывал побег в горы или срочное магическое затворничество под предлогом неизлечимый и очень заразной болезни, то все было невероятно хорошо. Но теперь всё изменилось. Анна не только не выкинула меня в окно, но согласилась на мое предложение, спасая меня из лап мадам Сторн.

Я был настолько воодушевлён, что даже, проинформировал всех обо всем и не задумываясь, одобрил большую часть предложений, пришедших от императорской канцелярии. Пусть будет церемония, такая какую они хотят, я даже читать предложение не буду. Всё это можно пережить, если знать, ради кого ты всё это делаешь. Ведь мне удалось избежать фиолетового кошмара и трех падчериц в одном флаконе. Я был настолько доволен, что даже радовался свадьбе.

Я вздохнул, потянулся, глядя в окно, где лениво порхали зачарованные голуби, и уже собирался перейти к следующему пункту планов, когда коробка с вестниками замигала, намекая, что мне кто-то написал. Я тут же поспешил достать письмо, которое оказалось даже не письмом, а миниатюрным магическим свитком, аккуратно перевязанным розовой ниткой, с тонким ароматом клубники и каким-то подозрительным ощущением грядущей тревоги.

Послание был написано рукой, явно детской, неровной, местами с чернилами, размазанными пальцем. Так что я уже понял, от кого именно пришло это послание, ещё до того как развязал узелок.

Аурелия.

Я прочёл быстро, потом перечитал медленно. Затем третий раз — потому что с первого было невозможно поверить, что столь короткий текст может вызвать у взрослого дракона панику.

Уважаемый дракон,

Я вас уважаю, но очень разочарована.

Свадьба будет, а любовь где?

С уважением, Аурелия.

P.S. Без любви свадьбы скучные, я буду грустить, а значит хулиганить.

P.P.S. Лакомка тоже не одобряет.

Я перечитал короткое послание ещё раз, чувствуя, как внутри что-то неприятно кольнуло, точно старый шрам, который внезапно напомнил о себе в самый неподходящий момент. Когда-то я уже ощущал подобное — в тот день, когда Анна позволила себе без тени сомнения отказать мне, причём сделала это так уверенно и холодно, что моё тщеславие получило весьма ощутимый удар. Тогда я решил, что смогу просто оставить это в прошлом, ведь впереди были другие дела, и у меня хватало способов отвлечься. Однако теперь, когда она уже согласилась выйти за меня, пусть и из чисто практических соображений, воспоминание об этом отказе неожиданно ожило и зазвенело в голове, словно кто-то специально дернул за тонкую струну раздражения.

Я прекрасно понимал, что наш будущий союз в первую очередь продиктован обстоятельствами, и что ни о какой любви здесь пока речи не идёт, но от этого ситуация казалась ещё более вызывающей. В глазах Аурелии, судя по письму, это и вовсе выглядело как несправедливость мирового масштаба, а уж её угроза хулиганить в случае отсутствия романтики звучала куда опаснее любой интриги при дворе. И если дочь Анны успела разглядеть, что между нами нет настоящей близости, то как скоро об этом заговорят посторонние?

Меня никогда не пугали сплетни, но мысль о том, что кто-то может считать меня не способным вызвать интерес у собственной невесты, показалась не просто неприятной, а. Я не привык проигрывать даже в таких мелочах, а брак без эмоциональной составляющей выглядел как поражение в партии, которую я обязан был выиграть.

Я всегда умел добиваться желаемого, и в данном случае собирался использовать весь свой опыт. Если уж судьба распорядилась так, что мы поженимся, то я не только сохраню лицо перед императором и своим родом, но и позабочусь о том, чтобы этот союз стал полноценным. Наследники роду Брандов были нужны всегда, а подобное дело куда приятнее решать с женщиной, которая не просто разделяет крышу, но и испытывает к тебе что-то большее, чем сухое уважение.

Решение оформилось в моей голове с удивительной лёгкостью, словно и не требовало долгих раздумий. Я собирался завоевать Анну, но не через грубое давление, а так, как умею лучше всего — медленно, последовательно и с тем изяществом, которое не оставляет противнику ни единого шанса на отступление. Для этого потребуется терпение, немного тонкого расчёта, несколько тщательно подготовленных шагов и капля искренности, которой я всегда умел пользоваться в нужный момент.

Кроме того у меня было секретное оружие, которое весьма заинтересованно в моей победе. Аурелия. А в ее срсобностях я уже успел убедиться.

Эта маленькая союзница обладала такой природной хитростью и умением действовать неожиданно, что даже я иногда чувствовал себя рядом с ней учеником на первом занятии по тактике. Поэтому, собираясь на следующий шаг, я решил дополнить её талант своими методами, проверенными временем и не одной выигранной дуэлью за сердце прекрасной дамы.

Для начала следовало укрепить позиции в глазах Анны, а значит, джентльменский набор, состоящий из цветочного ансамбля, пары фамильных украшений и чего-то сладкого, был необходим. Я не питал иллюзий, что колье или редкие сладости мгновенно превратят нашу договорённость в романтический союз, но они могли стать первым штрихом к портрету будущего мужа, на которого не жалко потратить тёплую улыбку. Я уже упаковал лично отобранные украшения в бархатную коробку, велел садовнику собрать свежие магические орхидеи и заказал из кондитерской несколько тортов, где сахарная глазурь могла бы соперничать с полуденным солнцем по яркости.

Всё шло по плану, и настроение моё было по-настоящему хорошим, когда