Системный Кузнец VI - Ярослав Мечников
Мужчины говорили мягко, почти бережно, как говорят с человеком, который отказывается принять очевидное.
— Но… — начал я.
— Парень, — перебил Гюнтер.
Лысый мастер шагнул вперёд, массивные руки повисли вдоль тела — голос был грубым, но в нём слышалось сочувствие.
— Мы все понимаем, каково тебе сейчас — ты вложил в клинок душу в прямом смысле. Но дикарь прав — мы сделали всё, что могли. Остаётся только ждать.
Ждать — слово царапнуло, как ржавый гвоздь.
Я подошёл к столу, оперся о край обеими руками, склонив голову. Дерево под ладонями было шершавым.
«Ждать», — повторил мысленно. — «Они хотят, чтобы я ждал». Но внутри поднималось что-то упрямое и горячее. В памяти вспыхнуло яркое воспоминание.
Землетрясение. Международная миссия в соседней стране — четвёртый день после катастрофы, жилой район, обрушившийся комплекс из трёх зданий. Под завалами — люди. Датчики засекли движение, слабые голоса пробивались сквозь тонны бетона и арматуры.
«Есть два варианта», — сказал тогда командир. — «Либо разбираем слева, где сигнал сильнее, либо справа, где доступ проще, на оба не хватит времени — конструкция нестабильна, через шесть часов рухнет окончательно».
Два варианта. Либо одно, либо другое. Всё как сейчас, но я тогда не принял этого, а нашёл третий вариант. Подвал соседнего дома, который не обрушился — туннель через фундамент, рискованно и узко, на грани обвала, но возможно. Четыре часа работы вместо шести, и они успели — спасли всех.
Поднял голову.
— Всегда есть ещё варианты, — произнёс тихо, но твёрдо. — Всегда.
Свен, до этого молча стоявший, шагнул ближе. Рыжая борода качнулась, когда плотник наклонил голову.
— Что ты имеешь в виду, парень?
— Не знаю, — честно ответил я. — Пока не знаю, но чувствую, что не стоит сдаваться. Не сейчас.
Выпрямился, отпуская край стола.
— Мастер Хью, — обратился к старому ювелиру. — Губка Эфира — вам удалось найти что-нибудь?
Хью тихо взрогнул.
— Увы, нет, — произнёс старик, в голосе звучало сожаление. — Ничего подобного нет в текстах — ни в древних трактатах, ни в архивах Горнила. — Он покачал головой. — Глава Торгрим тоже ничего об этом не знает. Камень слишком редок и далёк от наших земель.
Ещё один тупик. Очередной.
— А Рита? — повернулся к Гюнтеру. — Слепая Рита, почему она до сих пор не здесь?
Лысый мастер нахмурился, изуродованная сторона лица стянулась в гримасу.
— Когда за ней пришли, старухи уже не было на месте, — буркнул тот. — Нора её пустовала. Соседи сказали, что она ушла накануне ночью, никому не сказав куда. — Гюнтер пожал плечами. — Мы не стали её искать — времени не было, да и другие дела навалились.
Разочарование накатило волной.
— Когда ты последний раз спал?
Услышал грубый голос Гюнтера.
Я замер — вопрос застал врасплох. Попытался вспомнить и понял, что не могу. Ночь ковки? Нет, после неё был короткий отдых, но это нельзя назвать сном, а до этого?
— Кажется позавчера, — признался честно.
— Вот-вот, — Гюнтер скрестил руки на груди. — Парень, ты на ногах который день? Третий? Четвёртый? — Мужик покачал головой. — Знаю такое, сам пару раз так работал, в осаду Крествальда — потом едва не упал в горн лицом.
«Не чувствую усталости», — хотел сказать я, и это было правдой. Тело гудело от напряжения, но не от желания спать. Стресс? Пятая ступень Закалки с её «Стальной Кровью»? Или просто привычка — в прошлой жизни тоже случались смены, растягивавшиеся на двое суток, когда приходилось разбирать завалы после катастроф…
— Сейчас не время для таких вопросов, — произнёс с лёгким раздражением, которое постарался сдержать. — Прошу… давайте сосредоточимся на том, что можно сделать.
Мастера переглянулись снова, во взглядах читалось: «Парень не слышит нас, отказывается понимать».
И может быть, они были правы — действительно цеплялся за соломинку, но отпустить её… признать, что остаётся только ждать — не мог.
— Губка Эфира?
Голос Ориана прозвучал резко, не так, как раньше — в нём была неподдельная заинтересованность.
Все обернулись к алхимику.
— Вы говорили про некую Губку Эфира? Камень? — переспросил ещё раз Ориан. Он стоял между стеллажами, и глаза смотрели на меня с новым выражением узнавания.
Глава 15
— Да, — ответил, не понимая реакции. — Камень, который впитывает вита-частицы: сильные намерения, эмоции, желания. Как та клятва, что произнёс Барон перед уходом. — Я пожал плечами. — Проблема в том, что это редкий минерал с юга — здесь, в Пределе, о нём никто не знает. Только в старых текстах упоминается.
— Мы пытались его найти, — добавил Хью, поправляя пенсне. — Безуспешно.
Ориан не отвечал. Алхимик стоял неподвижно, и на изможденном лице происходила какая-то внутренняя борьба. Тонкие губы сжались, пальцы побарабанили по склянке, которую держал в руках.
— Как выглядит этот камень? — спросил мужчина наконец.
Хью откликнулся первым:
— Согласно текстам… — старик прикрыл глаза, вспоминая, — … пористая структура, подобная губке или пемзе. Цвет — бледно-жёлтый, почти как старая кость. Очень лёгкий, почти невесомый. При касании создаёт ощущение… — Хью замялся, подбирая слова, — … втягивания. Словно камень тянет что-то из пальцев — не энергию в привычном смысле, а нечто более тонкое.
Ориан хмыкнул — звук был странным и неопределённым.
— Значит, так он называется, — пробормотал алхимик.
— Что? — Я шагнул к нему. — О чём вы говорите?
Алхимик поставил склянку на полку и повернулся к нам полностью. Бледное лицо было непроницаемым, но в провалах глаз что-то блеснуло.
— В годы моих странствий, — начал тот, голос стал тише, — я прошёл через многие земли, после того как… покинул Академию. Срединные земли, юг, восток… — Ориан сделал неопределённый жест рукой. — Жил как придётся, лечил тех, кто платил. Иногда даже тех, кто не мог.
Мужчина замолчал. Огонь в лампах потрескивал, заполняя паузу.
— Однажды ко мне пришёл человек, — продолжил алхимик. — Бывший расхититель гробниц, судя по шрамам и повадкам. У него была рана — глубокая, гноящаяся. Ловушка в какой-то древней усыпальнице, и лезвие было отравлено чем-то, чего прежде не встречал.
Гюнтер хмыкнул.
— Расхитители гробниц, — буркнул с презрением. — Падаль.
— Падаль, — согласился Ориан. — Но умирающая падаль, и я… — пауза, — … помог ему, не знаю почему. Может, хотел проверить, смогу ли справиться с незнакомым ядом. Может, просто устал от одиночества и хотел с кем-то поговорить. — Мужчина пожал плечами. — Как бы то ни было, я потратил месяц на его лечение — месяц работы, редких реагентов и бессонных ночей.
— И он выжил? — спросила Серафина.
— Выжил. — Ориан кивнул. — Но расплатиться ему было нечем — ни монет, ни добычи — всё потерял в той усыпальнице, кроме… — он сделал паузу, — … одной вещи.
