Рейтузы для дракона. Заклинание прилагается - Аллу Сант

Вечер выдался на удивление тихим. Аурелия заснула быстро, утомлённая собственными магическими подвигами, даже Лакомка устроилась под лавкой в мастерской и не хрюкал во сне, как обычно. Я, не зная, куда себя деть, машинально взялась гладить ещё одну заготовку — просто потому, что руки сами тянулись к ткани, а сердце искало ритм. Что-то простое. Знакомое.

— Ну что ж, — вдруг подал голос утюг, — а у кого-то день, похоже, прошёл хуже, чем у вас.

Я подняла бровь, но не отвлеклась от процесса.

— Интригуешь или делишься?

— Делюсь. В порядке дружеской болтовни. Ты ведь в курсе, что герцог Бранд теперь официально в списке персон, которым ни одна уважающая себя мастерская не сошьёт даже шарфик?

— Что? — Я чуть не прожгла рукав паром. — Герцог? Какой герцог?

На самом деле мне было совершенно наплевать на герцога, но мозг надо было чем-то отвлечь, так почему бы и не сделать это последними сплетнями?

— Единственный, кто сейчас на слуху, — томно протянул утюг. — Дарен Бранд. Дракон. Герцог. И, между прочим, один из самых завидных холостяков в стране. Был. До недавнего инцидента. С рейтузами. Ну точнее, он все еще холостяк и все еще весьма завидный, но уже точно с проблемками

— С какими? — интереса особого не было, но я уже поняла, что утюгу просто необходимо выдавать определенную порцию сплетней, иначе он начинал плохо работать.

— Ах, ты не знаешь? — голос утюга зазвучал с явным удовольствием, как у сплетницы, получившей возможность блеснуть, чем они там блестят. — Говорят, его штаны исчезли прямо у входа в собственный дом. В новый, укреплённый, зачарованный, заклятый по семи кругам. А когда он потребовал с портного возврата денег по гарантии, то попал во все черные списки, теперь у бедняжки будут проблемы с одежкой, хотя поговаривают, что и у портного рыльце в пушку, потому что штаны свалились не просто так, а после того, как портной устроил аукцион для желающих на роль герцогини.

Я уставилась на утюг.

— Аукцион. На что?

— На герцога, конечно! — счастливо сообщил он. — Легенда такая: мол, штаны исчезли, потому что судьба сказала «пора». А раз он остался без штанов, значит, согласно новому закону скомпрометировал даму, что была рядом и обязан на ней жениться.

— То есть, — медленно проговорила я, глядя на утюг, как будто он только что признался в участии в перевороте и подлом заговоре, — портной сам продал формулу, как снять с герцога штаны?

— Именно, — торжественно подтвердил утюг, — до того, как они… скажем так, покинули хозяина. Под видом эксклюзивной магической функции с ограниченным доступом. Только для избранных. И исключительно ради высокой цели — обретения судьбы.

Я едва не прожгла новую партию рукавов. С трудом отложила утюг в сторону и уставилась в воздух.

— Подожди. Значит, он сначала сшил герцогу защитную одежду, пообещал ему безопасность и полную неприкосновенность, а потом… продал чужим людям способ эту защиту обойти?

— Магически, юридически и риторически — да, — сказал утюг. — Продал заклинание, позволяющее активировать аварийное снятие. Только без ведома клиента. Это был, как бы тебе сказать… коммерчески замаскированный обряд «истинного совпадения». Мол, если штаны исчезли — значит, судьба рядом. Герцог, как ты понимаешь, об этом не знал.

— Это же подлог, — медленно произнесла я. — Настоящий. С элементами… да тут не элементы, тут полноценная подлость и пакость. И его после этого ещё в чёрный список? За то, что возмутился?

— Влиятельные мастера, — со вздохом ответил утюг. — Слишком много лет на рынке. Свои гильдии, свои советы. Портной сделал ставку — и оказался первым, кто выставил герцога не как жертву, а как капризного клиента. Удивительно, но сработало. Люди верят в романтику. Особенно, когда она завернута в драконью чешую.

Я оперлась локтями на гладильную доску и уронила лоб в ладони.

— Нет, ну ты понимаешь, — сказала я в пространство, — он ведь, выходит, доверился. Реально заплатил. А его использовали как рекламный щит и наживку.

— Так и есть, — мягко подтвердил утюг. — И, между прочим, именно поэтому этот скандал теперь обсуждают не только дамы в очередях, но и серьёзные маги. Все ждут, когда он сделает следующий шаг.

— Например?

— Найдёт нового портного. Или… — утюг выдержал драматическую паузу, — согласится на альтернативное решение.

Я подняла голову.

— Не хочешь сказать, что он будет заказывать одежду у… портних?

— Ну, если ты вдруг об этом подумываешь, — голос утюга сделался особенно невинным, — я бы рекомендовал сделать это очень аккуратно. Потому что после такого скандала любое взаимодействие с ним — это почти публичное заявление. А с твоей репутацией и дочкой на руках… тебе это надо?

Я молча разглядывала ткань, чувствуя, как где-то в глубине души поднимается желание послать к лешему все списки, портных, проклятые рейтузы и даже правила приличия. Потому что если уж никто не хочет обучать мою дочь — может, стоит по-настоящему рискнуть? Что я теряю?

Я ещё раз провела рукой по ровной глади ткани, но мысли упорно скатывались к одному: Аурелии нужен учитель, более того, если думать в долгую ей надо место в академии. Не сейчас, не завтра, но скоро — обязательно. Магия у неё сильная, дикая, упрямая. Такая, что даже я, ничего в этом не понимающая, ощущала её как жар под кожей, как дрожание воздуха вокруг дочкиных пальцев. И если уж артефактор сказал, что её магия похожа на драконью — возможно, помощь стоит искать у тех, кто с этим знаком. У кого это в крови. В пламени. В крыльях. В чешуе. Ну или где там у них магия, на самом деле я не сильна в драконьей анатомии и разбираться как-то особо не хотелось, У меня пока были другие приоритеты.

Я осторожно спросила утюг, хотя он определенно был не лучшим советчиком:

— А как думаешь, он бы… согласился? Помочь?

— Герцог? — уточнил утюг, и я кивнула, пусть даже вопрос был больше в воздух. — Мог бы. В теории. Но ты же понимаешь, это будет выглядеть… странно. Тем более, что ты шьешь в основном для дам и обладаешь весьма скандальной репутацией. Особенно если ты первая к нему обратишься. Ты совершенно точно настроишь против себя всех портных, но как они могут тебе навредить? Ну, только через