Дитя Беларуси - Хитрый Лис

Мы молча поднялись на лифте, я открыл дверь своим ключом. Она занесла кейсы в прихожую, поставила их аккуратно у стены, кивнула и удалилась. Я щёлкнул замком, повернулся и облокотился спиной на массивную стальную дверь.

Тишина.

Надёжная тишина моей крепости.

Долгий, глубокий выдох, которого я ждал, наверное, с момента того первого удара когтями по плечу, вырвался из груди сам собой. Напряжение последних дней — боль, ярость, настороженность, необходимость постоянно держать лицо — начало медленно, по крупицам, отступать. Здесь пахло кожей, деревом и моим кофе. Здесь не было внимательных врачей, жалостливых взглядов или давящего величия башни Старк. Здесь был мой дом.

Я провёл рукой по лицу, сгоняя усталость, и посмотрел на кейсы. Работы, как водится, невпроворот.

Первым делом — проверить "царский подарок". Я отнёс чемоданы в гостиную, к широкому столу из тёмного дерева, и щёлкнул замки. Они открылись с приятным, звонким звуком.

Внутри, в формованных ложементах из плотного чёрного пеноматериала, лежало не просто оружие. Тут лежала надёжность. Основной пистолет, запасной, ножи, патроны, кобуры, чистящие принадлежности — всё на своих местах, всё идеально новое и пахнущее оружейной смазкой. Я начал выкладывать это на стол и процесс этот был для меня почти медитативным. Знакомый вес в ладони, лёгкий скрежет затвора, щелчок магазина — это был язык, на котором я не говорил слишком долго. Язык уверенности, язык контроля.

Закончив раскладку, я отступил на шаг и окинул взглядом свой "скромный" арсенал. И только тогда обратился к молчаливому свидетелю.

"Что думаешь обо всём этом?" — мысленно спросил я, имея в виду не только оружие, а весь клубок событий и откровений сегодняшнего дня.

Внутри возникла привычная уже задержка, будто существо откладывало свои текущие процессы.

"Твоя эффективность возросла, — раздался ровный, лишённый интонации голос, — это хорошо. Мы сможем стать результативнее".

Я невольно усмехнулся. Типично. Эта лужа, похоже, крайне ценит прагматизм.

"Спасибо за похвалу, — чуть ухмыльнулся я про себя, — но речь не об этом. Я о ситуации в целом и о том, что сообщила Анита".

Пауза стала чуть длиннее. Я же в это время на автомате начал перебирать оружие, давая рукам привыкнуть к нему.

"Возможно, эта женщина несколько меньшая генетическая ошибка, чем остальные, — симбионт, как всегда, не менял своей мировоззренческой позиции, — тем не менее, её результативность не выбивается из допустимых рамок для женщины. Всё ещё бесполезна".

"Ладно, — махнул я мысленно рукой, решая не вступать в идеологический спор, — что будем делать с вопросом вампиров?"

"Конкретизируй свой интерес к этим низшим формам жизни, — попросил уточнений симбионт".

"Тебе знакома концепция закона подлости? — уточняю я для начала"

"Да, — ответил он без колебаний, — закон подлости — это именно то, в результате чего мы имеем неполноценную, несовершенную структуру. Закон подлости — это вся суть общества с женщинами во главе".

Я замер с патроном в руке.

"Кхм… — даже не знаю, что ему ответить на такое высказывание, — так вот. Поскольку с концепцией ты знаком, то думаю, понять мой интерес к вампирскому вопросу тоже сможешь. Раз они на меня уже напали, а я их убил, то даю почти гарантированную вероятность, что встреча с ними повторится — придут мстить или ещё чего в этом духе".

"Мы не котируем низшие формы жизни в качестве угрозы, — безапелляционно ответил он, — любая из них будет устранена при встрече".

"Это, безусловно, радует, — задумчиво ответил я, перекладывая тактический нож из руки в руку, — тем не менее, не в моей привычке ждать, когда враг сделает первый ход. Так что мы сами начнём их искать".

Внутри что-то едва уловимо шевельнулось. Не физически, а в том самом поле нашего контакта.

"Сокращение популяции низших существ. Мы одобряем это, — симбионт, казалось, задумался, — к тому же, наверняка там почти одни женщины… — в его голосе словно бы появились нотки… Воодушевления? — мы изменяем предыдущую формулировку. Мы настоятельно рекомендуем планомерное уничтожение низших форм жизни в доступном нам жизненном ареале".

— Да уж… — прошептал я вслух, глядя на воронёную сталь клинка. Мой "сосед" продолжает поражать своим мышлением…

План, тем не менее, был одобрен. Имело смысл начать действовать. Я собрал оружие обратно в кейсы, оставив на столе только нож, пистолет и два магазина — они будут моими повседневными спутниками. Потом отправился на кухню, чтобы совершить ещё один ритуальный акт возвращения к нормальности — сварить себе нормальный кофе. Не больничный, не тот, что из хромированного монстра в кабинете Старк, а свой, в простой турке, на медленном огне.

Пока аромат разливался по квартире, мозг, наконец-то свободный от адреналина и острых впечатлений, перешёл в режим планирования. Охота объявлена. Но на кого? Вампиры, вот уж сюрприз, не развешивали объявлений "Ищу донора-кормильца, обращаться по адресу…" на столбах.

Налив приготовившийся напиток, я сел на удобный бархатный стул, обхватив чашку ладонями, чувствуя тепло. План медленно формировался у меня в голове.

Во-первых, криминальные сводки. Газеты вроде "Дейли Бьюгл", статьи в интернете, объявления о пропавших людях. Нужно искать аномалии: странные убийства, трупы с обескровливанием, нападения в специфических местах — кладбища, заброшки, тёмные парки, ночные клубы. Всё, что хоть как-то не вписывается в паттерн обычного бандитизма.

Во-вторых, городская изнанка. Там, в подполье, всегда знают больше официальных лиц. Нужно найти информаторов, выйти на круги, которые торгуют не просто оружием или наркотой, а чем-то более… экзотическим. Проблема в том, что у меня тут нет совершенно никаких контактов. Придётся искать и выстраивать сеть с нуля.

В-третьих, полиция. Это был бы идеальный источник, но… Он абсолютно закрытый. Выхода к ним у меня нет. Было бы полезно иметь кого-то внутри, жаль, что пока таких знакомств нет…

Разумеется, есть ещё и Анита Старк. Она явно заинтересована в теме вампиров не меньше моего. У неё наверняка есть данные, доступ к которым мне и не снился. Но просить её сейчас… Нет. Она и так сделала для меня крайне много. Не стоит наглеть, не стоит превращаться в того, кто сидит на шее. Держать в уме как крайний, самый эффективный, но и самый дорогой вариант.

Впереди была куча рутинной, методичной работы. Но от этого мысли становились только спокойнее. Охота — она ведь не только в перестрелке и погоне. Она — в выслеживании. В терпении. В умении сложить два и два, когда другие