Дитя Беларуси - Хитрый Лис

— Я просто не верю в свою удачу… — обречённо простонала Петра, убирая бесполезный кусок пластика и стекла в карман. — Забыть поставить телефон на зарядку на ночь! Гвен, нам срочно нужно найти столик у розетки. У меня сейчас начнётся ломка без новостей!

Стейси изящно перешагнула небольшую лужу и бросила на подругу слегка насмешливый взгляд.

— Ты дёргаешься с самой первой лекции, Паркер. И что-то мне подсказывает, что тебя волнуют вовсе не результаты вчерашнего теста по биохимии, — Гвен чуть улыбнулась, — признавайся, это из-за мистера Фокса? У твоего загадочного манекенщика сегодня какие-то проблемы? Ты всю неделю светишься, как радиоактивный изотоп, когда о нём заходит речь, а сегодня сама не своя.

Петра слегка покраснела, радуясь, что прохладный ветер скрывает румянец на её щеках.

— У него сегодня… очень важная встреча, — уклончиво ответила она, стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо, — ну, знаешь, юридические вопросы. Контракты, адвокаты. Мне просто обещали, что всё пройдёт идеально, но я всё равно волнуюсь. Не могу выбросить это из головы. Хочу убедиться, что он в порядке.

— О, милосердные небеса, — театрально вздохнула Гвен, закатив глаза. — Петра Паркер влюбилась. Причём по уши. Настолько, что даже думает, будто я не в курсе самой громкой новости во всём городе… Петра, ну ты серьёзно? Да буквально все знают, что сегодня открытое заседание! — Гвен саркастично закатила глаза. — И да. Ты ведь понимаешь, что такие мужчины, как он, обычно привыкли, что мир вертится вокруг них? Хотя… Как раз о нём ничего такого не слышно. Хм-м-м-м… Да, должна признать, вкус у тебя отменный. Он определённо отличается от типичных избалованных мальчиков из высшего света. В нём есть какая-то… глубина.

— Ты даже не представляешь, насколько, — тихо пробормотала Петра, вспоминая ночной "Элизиум" и холодный блеск дробовика в руках Сильвера.

Они свернули в узкий переулок, чтобы срезать путь к кофейне и здесь их повседневный, лёгкий разговор стих, внезапно столкнувшись с непредвиденным препятствием — им преградили путь.

Пятеро женщин откровенно маргинального вида, затянутых в дешёвую кожу и потёртую джинсу — они выглядели так, словно только что вылезли из самых грязных притонов Бронкса. Но странным было не их присутствие в этом районе — кого только не водился в закоулках Нью-Йорка — напрягало их состояние. Байкерши были бледными, их руки откровенно тряслись, а глаза бегали, как у загнанных в угол крыс. Они боялись. И этот этот страх, к сожалению, делал их даже более опасными.

— Эй, блондиночка, — хрипло бросила самая крупная из них, доставая из кармана куртки тяжёлый выкидной нож. Лезвие щёлкнуло, блеснув в тусклом свете пасмурного дня, — пойдёшь с нами. Тихо и без криков.

Гвен замерла, её пальцы крепче сжали ручку зонта. Лицо девушки немного побледнело, но она постаралась сохранить достоинство, а другая рука медленно поползла в сторону кармана пальто.

Петра же инстинктивно сделала шаг вперёд, заслоняя собой подругу. Рефлексы Девушки-Паука, дремавшие под маской неуклюжей студентки, мгновенно проснулись.

— Слушайте, дамы, — примирительно, но твёрдо начала Петра, поднимая руки, — мы не хотим проблем. Вы явно обознались. Давайте просто разойдёмся, и мы никому не…

— Заткнись, сучка! — рявкнула вторая бандитка и рванула к Петре, замахиваясь для удара кулаком в лицо.

Это была фатальная ошибка.

Петра даже не моргнула. Мир вокруг неё замедлился. Она легко, словно скучающе, ушла с линии атаки. Её рука взметнулась вверх, перехватывая одной рукой запястье нападавшей, а вторую кладя ей на плечо. Ловкое движение и рука бандитки повисает плетью, вывернутая из плечевого сустава, а сама она, взвыв, падает на колени.

Остальные четверо, опешив на долю секунды, бросились на неё разом. Петра окончательно сбросила маску "серой мышки". Она двигалась с почти невероятной скоростью. "Лёгкий" толчок рукой впечатал одну из нападавших в кирпичную стену с такой силой, что посыпалась штукатурка. Вторую Петра просто схватила за куртку и швырнула через весь переулок прямиком в мусорный бак. Третья попыталась ударить ножом, но Петра перехватила её руку, вывернула сустав и нанесла точный, вырубающий удар ребром ладони по шее.

Весь бой занял какие-то жалкие секунды. Гвен, благоразумно отошедшая в сторону и прижавшаяся к стене, смотрела на свою "неуклюжую" подругу с нервной усмешкой.

Петра шагнула к предводительнице банды, которая в ужасе пыталась отползти по мокрому асфальту, прижимая к груди ушибленную руку. Паркер безжалостно схватила её за грудки и вздёрнула в воздух, прижав к кирпичной кладке. Зелёные глаза девушки сейчас, казалось, были готовы метать молни.

— Кто вас прислал?! — прошипела Петра, и её голос был далёк от привычного, робкого тона студентки. — Говори, или я сломаю тебе вторую руку!

— П-псих! — заикаясь, выплюнула бандитка, её глаза были круглыми от ужаса. — Какой-то бледный урод в дорогом костюме! У него клыки! Он сломал мамочке руку и сказал, что убьёт нас всех, если мы не притащим ему девчонку Стейси!

— Опиши его! Живо! — рявкнула она, в ответ получив сбивчивую, но предельно исчерпывающую информацию.

Петра и Гвен мгновенно переглянулись. Описание было слишком знакомым. Майкл Морбиус.

Петра отшвырнула бандитку в лужу, а в её голове зароились мысли. Зачем Майклу Гвен? Месть за отвергнутые ухаживания? Но почему сейчас?

Ответ пришёл быстрее, чем она ожидала — огромный рекламный экран, видневшийся в конце проулка, внезапно сменил свой режим показа, теперь выводя прямую трансляцию экстренного выпуска новостей. Гвен и Петра синхронно повернули головы.

Камера тряслась, но картина была более чем понятной. В центре развороченной, паникующей площади стоял Майкл Морбиус. Его лицо было искажено нечеловеческой яростью, изо рта торчали клыки. А перед ним…

Петра перестала дышать. Сердце в груди пропустило удар, а затем сорвалось в бешеный, панический галоп.

На экране Морбиус чудовищным ударом отбросил в сторону какого-то мужчину и Сильвер, лишённый своего арсенала, остался с разъярённым монстром один на один. Майкл схватил Фокса за горло и с пугающей лёгкостью швырнул его прямо в припаркованную полицейскую машину, которая смялась от удара.

— Сильвер… — одними губами прошептала Петра. Её ноги налились свинцом. Липкий ужас парализовал её тело. Мужчина, которого она любила, сейчас умирал в прямом эфире, а она стояла в десятках кварталов от него, абсолютно бесполезная. Ступор сковал её разум.

Звонкий хлопок вернул её в реальность.

Стейси, отбросив свой прозрачный зонт, отвесила Петре хлёсткий, отрезвляющий подзатыльник.

— Эй! — рявкнула обычно сдержанная Гвен. — Хватит пялиться в экран! Беги туда!

Петра ошарашенно