Дитя Беларуси - Хитрый Лис

— Я чувствовал крайнюю степень разочарования в системе, Ваша Честь, — холодно, с идеальной вежливостью ответил я, — и чёткое понимание того, что в той комнате закон меня больше не защищал.

Журналисты на задних рядах начали судорожно строчить в блокнотах и планшетах. Мой абсолютно хладнокровный, лишённый истерики ответ сработал на публику лучше любых слёз. Я выглядел не как запуганный мальчик, а как стоик, не сломленный произволом.

Адвокат со стороны города, въедливого вида женщина, попыталась свести обсуждение в иную сторону.

— Ваша Честь, мы признаём, что процедура была нарушена, но это была личная инициатива отдельного детектива, которую планируется объявить в розыск! Департамент не может нести полную ответственность за…

— Возражаю, — голос Рут Гинсбург разорвал воздух, подобно удару хлыста.

Корпоративная акула "Старк Индастриз" медленно поднялась со своего места. Если Мёрдок был скальпелем, вскрывающим моральные нарывы, то Гинсбург была гильотиной, падающей на шею городского бюджета. Она даже не посмотрела на адвоката защиты, обращаясь исключительно к судье.

— Личная инициатива? Ваша Честь, защита пытается свести беспрецедентный акт произвола к банальной халатности, игнорируя не только факт того, что остальной участок молча взирал на вопиющее процессуальное нарушение, но и не учитывая масштаб последствий, — Гинсбург поправила очки, её тон был сухим, деловым, но совершенно безжалостным, — ущемление конституционных прав мистера Фокса — это трагедия. Однако я здесь для того, чтобы представлять интересы корпорации "Старк Индастриз" и лично мисс Аниты Старк.

Она взяла со стола увесистую папку и приподняла её.

— Мистер Фокс является не просто гражданином. Он — официальное лицо глобальной рекламной кампании медицинского подразделения нашей корпорации и главный амбассадор грядущей "Старк Экспо". Его незаконное удержание, угрозы в его адрес и последующий стресс поставили под угрозу срыва контракты, общая стоимость которых превышает сотни миллионов долларов.

Гинсбург сделала шаг к центру зала.

— Действия полицейского департамента Нью-Йорка нанесли прямой репутационный и финансовый ущерб "Старк Индастриз". Это уже не просто нарушение прав одного человека, Ваша Честь. Это деликтное вмешательство в контрактные обязательства градообразующего предприятия. Мы требуем не только возмещения морального ущерба для мистера Фокса, но и покрытия всех потенциальных финансовых рисков корпорации. Город должен понять: нападение на партнёров Аниты Старк обходится слишком дорого, чтобы списывать это на "личную инициативу" отдельной сотрудницы.

Зал ахнул. Адвокат мэрии рухнула обратно на стул, обхватив голову руками. Суммы, озвученные Гинсбург, несли риск пробить брешь в бюджете мегаполиса. И я видел по лицу судьи Харрисон, что она прекрасно понимает: если Старк решит перенести свои офисы и производства или заморозить благотворительные фонды из-за этого скандала, Нью-Йорк ждёт экономический коллапс.

Мёрдок, повернув голову в мою сторону, едва заметно, уголком губ, хищно усмехнулся. Первая фаза нашего юридического блицкрига прошла безупречно. Система была зажата в тиски между праведным гневом общественности и безжалостным финансовым шантажом Железной Леди.

Судья Харрисон, чьё лицо к этому моменту приобрело стойкий землистый оттенок, объявила двадцатиминутный перерыв для детального ознакомления с предоставленным мисс Гинсбург пакетом документов. Нас в сопровождении хмурых судебных приставов провели в комфортабельную комнату ожидания для истцов.

Мэтт Мёрдок, тихо напевая себе под нос какой-то джазовый мотив, устроился в кресле и неторопливо пил минеральную воду. Рут Гинсбург, не теряя ни секунды, что-то быстро строчила в своём планшете, явно готовя контрольный выстрел для финальной части заседания.

Я же подошёл к телевизору, висевшему на стене. Трансляция из зала суда прервалась, уступив место обсуждению из студии телеканала. И то, что там происходило, было, в некотором роде, даже интереснее процессуальных баталий.

На экране, за широким столом-подковой, сидели две ведущие в строгих костюмах и один приглашённый эксперт-мужчина. Обычно выдержанные и профессиональные лица журналисток сейчас выражали неподдельный шок, граничащий с благоговением.

— …пока судья Харрисон изучает предоставленные документы, социальные сети Нью-Йорка просто разрываются на части от новых подробностей! — взволнованно вещала первая ведущая, блондинка с идеальной укладкой. — Сейчас начала поступать совершенно шокирующая информация!

Картинка на экране сменилась. Пошли любительские, трясущиеся кадры, снятые на камеру мобильного телефона из окна какой-то высотки. Я мгновенно узнал оцепленный периметр вокруг "Элизиума". В темноте мелькали красные и синие маячки, чёрные фургоны без опознавательных знаков, а главное — ослепительные вспышки света, пробивающиеся сквозь крышу клуба.

— Жители этого района подтверждают: два дня назад там развернулась полномасштабная боевая операция! — подхватила вторая ведущая, её глаза горели от возбуждения. — Свидетели видели на месте саму Железную Леди и народную любимицу, Девушку-Паук, которая в одиночку удерживала периметр, сплетая гигантские коконы из паутины. Но самое главное не это!

На экране появилась на удивление качественная для ночного времени фотография, на которой было отчётливо видно, как из дверей клуба, залитых водой и заваленных обломками, выходят три фигуры. Анита в своей броне, Логан (к счастью, сливающийся с тенями) и я — в своём тёмном плаще, с абсолютно спокойным лицом.

— Очевидцы, снимавшие это из соседних зданий, клянутся, что мистер Фокс вышел оттуда не как спасённый заложник! — голос ведущей сорвался на восторженный фальцет. — Он шёл плечом к плечу с Железной Леди! Абсолютно спокойный, собранный, как равноправный партнёр! Более того, есть кадры, где Девушка-Паук встречает его с явным уважением и почтением!

Камера вернулась в студию. Приглашённый эксперт-мужчина, приглаживая дрожащими руками галстук, выглядел так, словно сейчас расплачется от гордости в прямом эфире.

— Вы… вы хоть понимаете, какой колоссальный сдвиг парадигмы сейчас происходит на наших глазах? — его голос дрожал от переизбытка эмоций. — Мы, мужчины, за долгие десятилетия привыкли, что нас нужно защищать. Мы прячемся за широкими спинами наших великолепных женщин-героинь, пока они рискуют жизнями ради нашего блага. Но мистер Фокс… Он не просто красивое лицо с обложки! Он не хрупкая драгоценность, которую нужно прятать в сейф! Он шагнул в самое пекло вместе с Железной Леди и вышел оттуда победителем!

— Сара, если эти слухи — правда, то мы являемся свидетелями исторического события! — первая ведущая подалась вперёд, сцепив руки в замок. — Сильвер Фокс — не просто модель. Он — супергерой! Мужчина-супергерой!

— Это уму непостижимо! — выдохнула вторая журналистка, прижимая ладонь к груди. — В последний раз мужчина надевал форму и сражался на передовой наравне с величайшими силами нашего мира ещё во времена Второй мировой войны! И теперь, спустя столько десятилетий, у нас появился новый идол. Не просто картинка, а настоящий воин, защитник, стоящий плечом к плечу с богами нашего времени!

— И именно этого человека, этого героя, наша полиция посмела заковать в наручники и бросить в допросную?! — эксперт-мужчина в гневе стукнул кулаком по столу. — Это не просто произвол! Это государственная измена и