Небесные корсары Амадеус - Григорий Гуронов
– Ладно. Вы все свободны. Думаю, больше мы не встретимся.
Как только капитан услышал, что двери, через которые они вошли, снова открываются, он сразу направился на выход. Несмотря на сказанное Гахаритом, Сэндэл чувствовал, что это не последняя их встреча.
* * *
Лейтенанты, а с ними Григорий и Ульве, отправились обратно на «Нептус». Но капитан решился отправиться ещё кое к кому.
Башня номер пять, считая от «сердца города». Уровень семнадцать, где проживают в основном работники с селекционных предприятий. Коридоры, как и везде, были чистыми. Время было ещё не позднее, но местная аллея, по которой обычно прогуливались парочки или отдыхали люди после смен, была почти пуста. Посередине всю эту артерию рассекала живая изгородь, состоящая из всевозможных деревьев и кустарников. На Земле они бы вряд ли росли в одной почве, но благодаря технологиям этого века всё было возможно. Такая аллея с парком имелась на каждом третьем уровне, начиная с первого. Это было обязательным при строительстве башни.
«Хорошо, что их поселили именно сюда. Сжалились», – с горечью и одновременно благодарностью подумал Сэндэл.
Он шёл вдоль изгороди в строгом тёмно-синем костюме и белой рубашке, внимательно вглядываясь в таблички на стенах, обозначающие номера жилых коридоров, находившихся по левой стороне. Капитан точно знал, какой ему нужен, но никак не мог остановиться считать их. Вдоль другой стены тянулись различные лавки, торгующие всякой всячиной. Сладостями, цветами, одеждой. Среди таких лавок ютилась выпивошная, где парочка работников резво опрокидывали кружку за кружкой пенистой браги.
Наконец Сэндэл увидел нужный ему номер коридора. Резко свернув, он чуть не столкнулся с двумя молодыми парнями и их дамами.
– Поаккуратнее, дядя! – рявкнул один.
– Во, нарядился-то! – подхватил его друг и попытался толкнуть капитана в плечо.
Ничего хорошего из этого не вышло. Сегодня ребяткам перепадёт только из жалости.
Идя дальше по жилому коридору, капитан поймал себя на мысли, что в их возрасте уже имел не один десяток боевых ранений.
Углубившись в воспоминания, Сэндэл тем не менее вовремя заметил номер жилого отсека, к которому он шёл. Капитан нажал на звонок возле двери, параллельно оглядывая себя, всё ли в порядке.
«Твою мать! Снова ничего не взял!» – с ужасом опомнился главарь корсаров, но, как и в случае с Катариной, было уже поздно. Дверь молниеносно распахнулась. За ней стояла старая низенькая женщина. Старая даже по меркам современного общества. Серебряные волосы были туго скручены в хвост. На её глазах была чёрная повязка.
– Чего молчишь-то? Думал, не узнаю? – резко начала расспрос старуха.
– Был уверен, что узнаешь.
– Угу. Ну так зачем явился?
Сэндэл не знал, что ответить, и просто молчал, глядя в слепые глаза.
– Алина! Кто там так поздно? – раздался голос откуда-то из другой комнаты.
– Да сын твой пришёл! – крикнула женщина, повернув голову назад, затем снова вернулась в то же положение и, обращаясь к капитану, уже тише добавила: – Ну, заходи, коли пришёл.
И с этими словами, прихрамывая, отправилась внутрь своего жилища. Её с ног чуть не сбил взявшийся откуда ни возьмись старик.
– Сэндэл!
– Отец…
В глазах старца стояли слёзы, его голова давно облысела и покрылась старческими пятнами. Ростом он был ещё ниже своей жены. Добежав до сына, он крепко обнял его за поясницу. Выше уже не доставал. Сэндэл обнял его в ответ.
– Сколько лет-то! Я думал, тебя убили! – тут он резко отпрянул, его лицо попыталось приобрести строгое выражение. – Хотел, чтобы мы с матерью волновались?
– Конечно, нет. Прости.
– Да это только ты переживал, – раздался с кухни голос матери.
– Хватит тебе! Наш сын дома! – грозно возразил расчувствовавшийся старик и потом, снова смягчившись, обратился к сыну: – Ну, раздевайся. Заходи.
И после приглашения побежал куда-то на кухню.
Сэндэл тяжело вздохнул, чувствуя грусть, переполнявшую его. Взглянул на дверь, раздумывая о том, чтобы уйти. Но тогда он точно больше не сможет вернуться.
Решившись, капитан нажал на кнопку закрытия двери и начал снимать пиджак.
Вечер шёл натянуто. Отец Сэндэла Магнус без устали расспрашивал сына о его приключениях, и капитан рассказывал одну историю за другой, стараясь пропускать нелицеприятные подробности. Мать не проронила ни слова за всё это время, и даже когда Сэндэл рассказывал о Катарине, она слушала без особого интереса. А потом в какой-то момент просто встала и ушла из-за стола, направляясь в гостиную. Капитан умолк, провожая её взглядом.
– Сынок, послушай меня. – Сэндэл повернулся к старцу, сидящему подле него. – Я рад, что ты здесь. И она рада. Но ты же знаешь, мы росли в тяжёлые времена. Идеологию, вбитую нам в голову, трудно просто забыть. Ты оставил наш легион, убил много братьев по оружию и других людей. – Старик замолчал, опустил глаза и покачал головой, как бы подтверждая собственные слова. – Но ты всё равно наш сын. Мне тоже было трудно всё это принять. Но я понял: главное, что ты сделал выбор, в котором не сомневаешься. Ты остался человеком, хоть и по другую сторону баррикад. Это лучше, чем если бы было наоборот, и сомнения грызли бы тебя каждый день твоей долгой жизни. И она тоже это знает.
Сэндэл кивнул и ответил:
– Спасибо, отец. Это важно для меня.
– Знаю, – улыбнулся тот. – А теперь иди к ней.
Капитан поднялся и направился в гостиную. Его мать сидела на диване и слушала древнейшие музыкальные произведения. Из динамика доносилось «разлилася, разлилась речка быстрая…»
Сэндэл не видел её глаз, но чувствовал, что она не спит. Он не мог подобрать слов и в какой-то момент решил, что обойдётся и без них.
Сев рядом, он положил свою голову старушке-матери на плечо и закрыл глаза. Он не спал, но отдыхал душой. И в какой-то момент почувствовал, что мать приобняла его за плечо. Сэндэл не знал, сколько времени прошло, и из забытья его выдернул её голос.
– Тебе пора, сынок. – Слова матери звучали мягко, не так, с какими она встретила его в дверях. – Попрощайся с отцом.
Капитан медленно встал.
– Я люблю тебя. Прощай.
Она ничего ему не ответила, но он и не ждал этого. Выйдя из комнаты, капитан направился на кухню. Его отец мирно спал, сложив руки прямо на столе и положив на них голову. Сэндэл наклонился, поцеловал своего старика в лоб и направился к дверям. Надев пиджак и нажав кнопку открытия дверей, перед тем как выйти, он услышал голос из гостиной:
– До встречи, сынок.
Глава 8. Работа как работа
