Правила волшебной кухни 6 - Олег Сапфир
Домовые соревновались на импровизированной полосе препятствий, ртом и без рук доставали из ванны с Андреем яблоки, а сирен, стало быть, припрягли попами лопать явно подсдутые шарики. И конкретно в этом конкурсе победила не дружба, а зрители, потому как зрелище было действительно незабываемым. Признаюсь честно, эта энергичная тряска будоражила даже моё воображение.
Итого: всё шло по маслу ровно до того момента, пока Вася снова не набрался. После того, как домовой сложил с себя обязанности тамады, он снова начал ходить по залу с бутылкой и набухивать гостей. А точка невозврата наступила тогда, когда он слегка пошатываясь подрулил к столику, за которым сидели бодигарды дона Базилио. Парочка крепких домовых в чёрных пиджаках, с квадратными челюстями и одинаковыми стрижками под три миллиметра, они выпили лишь раз, — когда на этом настоял непосредственно жених, — а всё остальное время просто ели и пили соки. Ну и сканировали зал холодным взглядом, само собой. Всё-таки работа у них такая.
— А ну-ка, парни! — Вася выплеснул сок из их стаканов прямо на пол, и следом принялся начислять в них водку. — За здоровье молодых! Стакан! До дна!
Один из телохранителей как мог вежливо улыбнулся и сказал, что не может.
— Мы на службе.
— Кыкая, мативо, служба, а⁈ — не внял Вася. — Свадьба же! Праздник!
— У нас работа, — подключился второй охранник. — Мы обеспечиваем безопасность дона, а алкоголь притупляет реакцию.
Вася сморщился и покачал головой.
— Да какой же это алкоголь? Это традиция!
— Простите, синьор, но мы откажемся.
— Э-э-э-э…
Я видел, как мрачнеет Петрович, наблюдая за всей этой картиной издалека. А разгорячённый Жировит, что за время праздника уже успел закорешиться с Васей, тем временем спешит своему новому другу на помощь.
— Вы меня не уважаете, что ли?
— Уважаем, — осторожно ответили охранники, поглядывая на дона Базилио, у которого уважение было больной темой.
— Ну так пейте, значит, раз уважаете.
— Пожалуйста, синьор, не обостряйте.
— Во-первых, никакой я тебе не синьор! А во-вторых… это я обостряю? — выпучил свои красные глазёнки Вася. — Это вы обостряете!
— Что тут такое? — подоспел банный. — Что за шум, а драки нет? — и недобро как-то хохотнул.
— Да вот, — развёл руками Вася. — Пить со мной не хотят. Брезгуют, видишь ли.
— О-о-о-о, — протянул Жировит. — Беда.
— Вот и так думаю. Синьоры! Я вам последний раз предлагаю! — Вася снова подглядел на охранников, затем схватил стул с соседнего столика, залез на него и во весь голос принялся декламировать: — Пей со мною, гад такой! Пей со мной! — домовой шагнул на стол, и часть стаканов тут же с дребезгом повалилась на пол. — Излюбили тебя, измызгали! Невтерпёж! Что ж ты смотришь так синими брызгами⁈
— Иль в морду хошь⁈ — закончил Жировит за друга и заверте…
Крики домовых, визги сирен, звон посуды.
— Кхм-кхм, — прокашлялся я в кулак и обратился к Петровичу. — Ну свадьба же, верно? Какая свадьба без драки?
— Ага, — тяжко вздохнул Петрович.
— Да не переживай ты так. Помирятся.
— Да я не за это переживаю, — отмахнулся домовой. — Я к ним хочу, а мне нельзя. Жених же. Костюм попорчу.
А тем временем Васю уже вырубили. Внезапно, телохранителям Базилио оказалось достаточно одного удара, чтобы смутьян потух лицом в миске с цезарем. А вот Жировит, по всей видимости, решил взять реванш за последний проигранный бой не у Петровича, а у самого мира. Один против четверых, — оказалось, что ещё два бодигарда дона стояли на входе, — он держался в узком проходе между столиков и наотмашь лупил по обидчикам чем придётся. Кому ногой, кому рукой, а кому и пустым саджиком прилететь могло.
— У-у-у-ууу! — заорал банный. — Не возьмёте, гады! — а затем крутанул вертушку и отправил одного из телохранителей в полёт.
Второй воспользовался тем, что Жировит занят и попытался зайти сбоку, но тоже был бит. Банный схватил его за подмышки, как-то уж нереально сильно подкинул вверх, затем схватил за ноги и по широкой дуге со всей дури ударил бедолагой об стол. Стол тут же сложился под тяжестью, и охранник притих. Лежал теперь весь в еде, будто очень низкорослая и с перебором одетая нятаймори, — это так называются специальные модели-японочки, на которых сервируют суши.
Третий бодигард тем временем приложил Жировиту дубинкой по затылку. Чем, по правде говоря, лишь раззадорил банного.
— А-а-а-а!!! — заорал он и зашагал в его сторону, на ходу показывая «козу-рогатую». — Решил меня вырубить⁈ Русского банного⁈ И чем⁈ — тут Жировит отобрал дубинку и играючи разломал её об колено. — А-ну стоять!
Короче говоря, третий охранник перелетел через барную стойку на манер старых-добрых вестернов, а четвёртого банный зашвырнул прямо в ванну к Андрюхе. А теперь стоял посередь зала, тянул:
— У-уу-ууу! — и потрясал кулаком, обращаясь ко всем сразу и ни к кому конкретно.
И тишина. Лепреконы перестали играть, а гости замерли с открытыми ртами. Жировит же перестал яриться и раздувать ноздри. Вытер ладошкой кровь, сочащуюся с затылка, а потом обвёл взглядом всех собравшихся и спросил:
— Чо?
— Браво! — внезапно захлопал в ладоши дон Базилио. — Синьор Жировит, а вы, случайно, не ищете работу? Я мог бы придумать отличное применение вашим талантам и достойно заплатить за него.
— Благодарю, — кивнул банный. — Но у меня уже есть работа. Я свою баню никогда не брошу. И да… это самое… со всем уважением к вам, дон.
— Уважение!
Не удивлю, если скажу, что следующие несколько минут все мы слушали про уважение. Про то, как надо любить своё дело, и так далее и тому подобное. В конце концов дон Базилио предложил забыть этот досадный инцидент, и в подтверждение своих намерений выпил с Жировитом водки на брудершафт.
Вася пришёл в себя, и праздник продолжился. Причём не просто продолжился, а вошёл в свою кульминацию. Музыка зазвучала громче, в перерывах между песнями расслабившиеся гости начали наперебой толкать тосты, а я сбегал за второй порцией горячего и отпустил Марселло, пока не пробил колокол.
— За то, чтобы все!
— За то, чтобы всегда!
Паскудник Шон подговорил Конана и ещё парочку лепреконов танцевать на барной стойке.
