Зло - Виктория Э. Шваб

Серена чуть отодвинулась, глядя на него холодными голубыми глазами. Эли видел в них дьявола – сладкоголосого и хитроумного – и не в первый раз подумал, что следовало убить ее, пока была возможность.

IX

Прошлой осенью

Меритский университет

Громкость музыки была такая, что картины на стенах тряслись. На лестнице обжимались ангел и колдун. Две шаловливые кошечки перетягивали друг у друга вампира. Парень с желтыми контактными линзами завыл, а кто-то пролил стаканчик дешевого пива, чуть не попав Эли на ноги.

Он утащил рога у дьявола, оказавшегося у входа, и водрузил их себе на голову. Эли видел, как та девица вошла в дом в компании Барби и школьницы-католички (в ее форме было сразу несколько нарушений). А вот на ней были джинсы и толстовка, и распущенные светлые волосы падали на плечи. Эли потерял девицу из виду всего на мгновение – ее подруги все еще пробирались через толпу, высоко подняв сцепленные руки, – а она исчезла. Она должна была бы выделяться: отсутствие костюма на хэллоуинской вечеринке нельзя не заметить – но ее нигде не было видно.

Эли прошелся по дому, отвергнув заигрывания нескольких симпатичных студенток, которые попытались его задержать. Это было лестно, да и выглядел он соответствующе (он уже десять лет выглядел соответствующе), но сюда пришел по делу. Он несколько раз безрезультатно обошел первый этаж, и тут она сама его нашла. Рука втянула Эли на лестницу, в полутень.

– Привет, – прошептала она.

Музыка, крики, и все равно он почему-то ее слышал.

– Привет, – шепнул он ей на ухо.

Переплетя свои пальцы с его, она повела его вверх по лестнице, прочь от оглушительной вечеринки, в спальню, где она не была хозяйкой – судя по тому, как осмотрелась, прежде чем входить. «Студентки! – весело подумал Эли. – Ну не прелесть ли они!» Он закрыл за ними дверь, и мир в комнате стал благословенно тихим: музыка превратилась в глухой гул. Лампы не горели, и они не стали их включать, так что единственными источниками света оказались луна и уличные фонари.

– Хэллоуин без костюма? – поддразнил ее Эли.

Девушка вытащила из заднего кармана лупу.

– Шерлок, – объяснила она.

Она двигалась медленно, почти сонно. Глаза были цвета зимней воды. В чем ее способности, он не знал. Эли недостаточно долго изучал девушку и не дождался демонстрации – или, точнее, изучал и наблюдал уже несколько недель, но так и не смог распознать ее дар, в чем бы тот ни заключался, а потому решил подобраться чуть ближе. Это нарушало его правила, и он это сознавал, и все-таки оказался здесь.

– А ты кто? – спросила она.

Эли понял, что из-за его высокого роста ей не видно. Он наклонил голову, указывая на закрепленные на макушке рога. Они были обклеены красными блестками и сверкали в затемненной комнате.

– Мефистофель, – пояснил он.

Девушка рассмеялась. Она училась на филологической специальности – это он узнал. Весьма уместно: один демон приманивает другого.

– Оригинально, – сказала она со скучающей улыбкой.

Серена Кларк. Такое имя значилось в его файлах. Она была красива эдакой небрежной красотой, очень легкий макияж, похоже, нанесла на скорую руку. Эли вдруг понял, что ему трудно разорвать зрительный контакт с ней. Он привык к хорошеньким девушкам, но Серена оказалась другой – в ней было нечто большее. Когда она притянула его к себе для поцелуя, он чуть не забыл про хлороформ у себя в заднем кармане. Ее ладони скользнули вниз по его спине, и Эли едва успел перехватить их, прежде чем она нащупала пузырек и сложенную тряпицу. Он отвел руки девушки, поднял и прижал к стене у нее над головой, продолжая целовать. У нее был вкус холодной воды.

Он собирался вытолкнуть ее в окно.

Вместо этого Эли дал ей завалить себя на чужую кровать. Хлороформ врезался ему в бедро, но когда Эли отвел глаза, она вернула его взгляд и внимание всего лишь одним пальцем, улыбкой и тихим приказом. Эли охватил трепет. Тот, которого он не испытывал уже много лет. Желание.

– Поцелуй меня! – велела она, и он послушался.

Эли никак не сумел бы удержаться от поцелуя – и когда их губы встретились, она игриво завела его руки ему за голову. Ее светлые волосы щекотали ему лицо.

– Кто ты?

Эли заранее решил, что этим вечером назовется Гиллом, но когда он открыл рот, то неожиданно сказал:

– Эли Эвер.

Какого черта?

– Красиво звучит, – одобрила Серена. – Что привело тебя на вечеринку?

– Хотел найти тебя.

Признание вырвалось раньше, чем Эли осознал, что говорит. Он напрягся: каким-то уголком сознания он понимал, что все плохо, что ему нужно встать. Однако, когда он попытался высвободиться, девушка проворковала: «Останься, не шевелись», – и тело его предало, расслабляясь под ее прикосновениями, хоть сердце у него отчаянно колотилось.

– Ты заметный, – сказала она. – Я уже тебя видела. На той неделе.

На самом деле Эли следил за ней уже две недели, надеясь подсмотреть ее способность. Ничего не получалось. До этой минуты. Эли приказал своему телу двигаться, но оно желало лежать под ней. Он сам желал лежать под ней.

– Ты меня преследовал?

Ее вопрос прозвучал почти игриво, но Эли ответил:

– Да.

– Зачем? – спросила она, выпустив его руки, но оставшись на нем верхом.

Эли сумел приподняться на локтях. Он пытался проглотить ответ, словно жгучую отрыжку. «Не говори – чтобы убить тебя. Не говори – чтобы убить тебя. Не говори – чтобы убить тебя». Слова раздирали ему горло.

– Чтобы убить тебя.

Девушка сурово нахмурилась, но не сдвинулась с места.

– Почему?

Ответ удержать было невозможно.

– Ты ЭО, – сказал он. – У тебя есть способность, которая противоречит природе, а это опасно. Ты опасна.

Ее губы изогнулись:

– И это говорит парень, который пытается меня убить.

– Вряд ли ты поймешь…

– Я понимаю, но ты меня сегодня не убьешь, Эли. – Она произнесла это так небрежно. Видимо, он нахмурился, потому что она добавила: – Не смотри так разочарованно. Ты всегда можешь попытаться снова. Завтра.

В комнате было темно, за стенами продолжала грохотать вечеринка. Девушка подалась вперед и сорвала с его темных волос рога с красными блестками, пристроив их на свои светлые локоны. Она была чудесна, ему с трудом удавалось собирать путающиеся мысли, вспоминать, почему она должна умереть.

И тут она сказала:

– А знаешь, ты прав.

– В чем? – спросил Эли.

Он соображал ужасно медленно.

– Я опасна. Я не должна существовать. Но почему