Три Ножа и Проклятый принц - Екатерина Ферез
Девушки Нежбора, следуя традиции, в знак приветствия кидали на мостовую перед процессией цветы, извлеченные из причесок. Проливным дождем летели вниз их нежные дары, чтобы вскоре погибнуть под копытами великолепного халлийского жеребца.
Принц приближался, и раскрасневшиеся от кипящих чувств девушки на балконе смогли наконец-то хорошенько рассмотреть его и убедится воочию, что людская молва нисколько не приукрасила правду.
– О, какой он высокий и стройный!
– Какое у него красивое лицо, никогда такого не видели!
– Какие великолепные у него волосы, какие длинные, какие блестящие, какие черные!
– Смотрите, смотрите, сколько драгоценных камней у него на пальцах…
– А почему у него нет меча?
– Ну ты и глупая! Принц никогда не носит ни оружия, ни денег. Для того при нем состоит рыцарь Золотой Орел, смотри, у него два меча на поясе, – пояснила всезнающая Харушка.
– О, рыцарь тоже хорош собой! Смотрите какой он статный!
– Но с принцем ему не сравниться!
– Да-да! Наш принц самый красивый мужчина на свете…
– Смотрите-смотрите! На его плаще вышит жемчугом белый дракон!
– Как красиво! Какой красивый! Какая красота!
Всю дорогу от ворот принц Ре сохранял на лице непроницаемое бесстрастное выражение. Он не смотрел по сторонам, и ни взмахом руки, ни движением головы не отвечал на приветственные крики горожан. Лишь у гостиницы «Радужный прием» на мгновение поднял лицо вверх и взглянул на балкон. Все потому, что его лучший друг рыцарь Мэлорик произнес совершенно серьезным тоном:
– Клянусь солнцем, на этот балкон набилось столько горячих девиц, что он сейчас рухнет!
Принц посмотрел наверх и не смог сдержать улыбку.
– Они могли бы куклу поминальную посадить на коня, разница была б невеликая, – заметил один из нежборцев, отдавших кучу денег за место в первом ряду балкона Речного правления.
– Кабы кто-то из местных мастеров смог сделать такую красивую куклу, – последовал ответ его спутницы, приправленный коротким язвительным смешком.
– Таков наш будущий король, – с горечью произнес, стоящий чуть позади, высокий и крепкий молодой мужчина с волосами красными, как мех лисы огневки, – Даже меча не носит…
– Вы что же думаете, принцу может понадобиться меч, пока он гостит на нашем благословенном острове? – ухмыляясь в пожелтевшие от табака усы, спросил расточительный нежборец из первого ряда.
– Что-то вы, любезный господин, не знаю вашего имени, забываетесь. Это не наш остров, это его остров, и он не гость здесь, а хозяин, – ответил рыжеволосый. Он говорил тихо и сдержано, но каждое слово было пропитано едким раздражением.
– Ох, вы, разумеется, правы! Все именно так и есть… – охотно согласился нежборец, – Конечно же, принц Ре наш будущий король и повелитель по неоспоримому праву рождения, законный наследник. А вы, господин Кириш Немо, кажется, не очень-то довольны таким положением дел под вечным солнцем?
После этих слов, лицо Кириша побагровело от ярости и стало в точности таким же, как у его отца Красного Миши. Сын наместника шагнул вперед, как будто намереваясь схватить тщедушного усача за горло и выкинуть с балкона под ноги марширующим пехотинцам. Но на его плечо опустилась рука, стоявшего за спиной неприметного человека. Кириш попытался стряхнуть ее, но не смог.
– Не стоит, друг мой. Оно того не стоит, – произнес мягкий спокойный голос.
Кириш едва слышно зарычал сквозь зубы, но отступил.
– Уходим, – сказал он и стремительно покинул балкон. За ним следом исчез и его спутник.
– Зачем ты дразнил его, любимый, – спросила усатого нежборца жеманная красавица, – Он все-таки сын наместника.
– Бастард всего лишь. То, что мы тут все делаем вид, будто не знаем, что его фамилия, как и у прочих ублюдков – Немо, вовсе не значит, что мы об этом не помним. К тому же Красному Мише недолго осталось коптить наше небо, того и гляди хватит удар от пьянства. Так этот наглый Кириш Немо, шлюхин сын, получит пинком под зад и со своей смешной должности, и из нашего славного Нежбора.
– А какая у него должность?
– Командир сыскной стражи. Выпроваживает из города нищих и разнимает пьяные драки.
– Какая нелепость…
– Пойдем, дорогая моя, похоже, представление подошло к концу.
– Пойдем, Юрик, – сказала Маришка, как только процессия приблизилась к украшенному гирляндами павильону.
– Ты не хочешь поглядеть, как Красный Миша будет кряхтеть, кланяясь перед его великолепием принцем Ре? – удивленно спросила Юри – С его-то пузом, это будет умора!
– Нет, нет, пошли скорее. У меня еще есть дела в городе, пока не стемнело надо успеть.
Юри послушно отправилась за подругой. Их места у перил тут же, грубо отталкивая друг друга, заняли девушки с задних рядов, желающие во что бы то ни стало досмотреть представление до конца.
– Какие такие дела, Мариш? Я думала мы поплывем к тебе, у меня пара бутылок сидра в лодке…
– Нет, Юрик, не сегодня… Переночуй у братьев, я приду к тебе на рассвете.
– Что за дела среди ночи, ты в уме? Давай, я пойду с тобой!
– Нет. Тебе туда нельзя.
Юри готовая спорить до победы, смутилась.
– Что, чумазая слишком? – спросила она с досадой.
– Не в этом дело, поверь, и, пожалуйста, не обижайся.
Маришка остановилась. В ее карих глазах сияло лихорадочное возбуждение.
– Ты же видела, что он улыбнулся мне?
– Почему ты думаешь, что тебе? Может мне? – спросила Юри с ехидством.
– Не шути так. Это ведь очень важно! Это ведь моя судьба.
– Мариш, разве это нормально, что ты готова выйти замуж за человека, которого совсем не знаешь? Ну правда, может он… – в голове у Юри пронеслось «жестокий», «злой», «насильник», но вслух она сказала, – нехороший человек…
– Конечно, не нормально! Это судьба, это чудо… Он такой красивый, ты видела?
– Да, я видела, он красивый, он богатый, он лари, он Саркани, наш будущий король, – Юри хотела добавить, «а ты всего лишь сирота без гроша», но сдержалась.
– А я всего лишь никто? Ты это хотела сказать? – спросила Маришка, глядя подруге в глаза.
Юри промолчала. Маришка распахнула дверь.
– Я приду на рассвете к вам в таверну. Не вздумай ходить за мной.
И выпорхнула на улицу, как прекрасная белая бабочка. Юри проводила взглядом легкую фигурку, уверено двигающуюся сквозь толпу в сторону Верхних Тупиков, и крикнула:
– Эй, господин Барташ!
И темноты коридора
