Три Ножа и Проклятый принц - Екатерина Ферез
– Глоткодером надо бы полечиться, – предложила Юри, – Мой батя говорит, что это гадкое зелье – лекарство от всех болезней. А другого у нас все равно нету.
Она подошла и протянула Маришке сорочку, а принцу флягу, полученную утром от Багоша.
– Глотните крепкого, ваше высочество, – предложила она, – Хуже не будет, но, может, хоть повеселеете.
Он, даже не взглянув на нее, ответил коротко:
– Нет.
– Дело ваше, – Юри пожала плечами, села рядом на перевернутый бочонок и отпила из фляги. Глоткодер жгучей волной прошел по телу, оставив во рту отвратительный привкус. Юри показалось, что вся ее кровь прилила к голове и в ушах зашумел прибой.
– Ну и гадость! – воскликнула она и протянула флягу подруге.
Но та только отмахнулась и сказала:
– Нам бы раздобыть хотя бы мазь с живицей… Раны такие горячие… Подойди, помоги мне, вот тут держи…
Юри послушалась и прижала к ране свежую повязку, пока подруга наматывала ленты из разодранной сорочки, которая еще недавно была частью ее небогатого приданного. Сердце принца билось ровно и часто. Среди речников ходили байки о странствующих знающих людях, которые могут по биению сердца определить характер и судьбу человека. Как бы сейчас Юри пригодилось такое умение! Этот принц лари был совсем не похож на знакомых ей с детства мужчин – братьев, отца, речников. Все в нем казалось странным – волосы слишком длинные, как будто он никогда не стриг их в подношение богам, глаза слишком яркие, слишком холодные, а кожа гладкая и нежная, как у Маришки. И самое главное – непонятный, волнующий, чужой запах. Юри так остро чувствовала исходящую от принца опасность, что едва сдерживалась, чтобы не убежать прочь из Дортомира как можно быстрее. Отчаявшись понять что-то по стуку сердца, она скользнула взглядом по баснословно дорогим украшениям в волосах и ушах. Потом посмотрела на золотые кольца с крупными камнями, надетые на каждый из длинных пальцев. «Надо же такое богатство и никакого от него сейчас толку», – подумала она. Разглядывая украшения, Юри заметила, что по руке от запястья до локтя вьется цепочка тонких аккуратных почти незаметных на белой коже шрамов. Их было больше десятка, не так много, как у нее, но все же немало.
– Юри, как думаешь, сможешь раздобыть мне хорошую лошадь? – спросил принц, глядя через открытое окно, как ворона клюет яблоко прямо на ветке.
– Это вряд ли, – ответила Юри, – Хотя бы потому, что у нас денег нет.
Она мысленно пересчитала лежащие в тайнике в доме отца медные и серебряные монеты, отложенные для уплаты в ведомство Усопших и Скорбящих. Их не хватит даже на дохлого ослика. Маришка недавно призналась, что все сбережения до последнего гроша потратила на платья и колдовство. А у принца полным-полно сокровищ, но вряд ли им удастся избежать подозрений, если попробуют продать хоть одну жемчужину, даже самую крохотную.
– Что у вас на уме? – спросила Юри.
– Хочу попасть в порт во Врате. Здесь мне нельзя оставаться. Очень скоро те, кто ищет меня, найдут это место.
Маришка вздрогнула и сказала вполголоса:
– Они же думают, вы погибли…
– Не найдут тела в реке у валунов, будут искать дальше. Как я понял из рассказа Юри, поисками руководит капитан королевской стражи Ролдари, а он знает, что у него есть только два пути – искать, пока не найдет или пока не умрет. Уверен, он сейчас обдумывает, что для него лучше, найти мое мертвое тело и повезти на материк или тут на Исле вскрыть себе вены по старому обычаю лари.
– Может, он будет рад найти ваше живое тело? – предположила Юри, – Давайте, сообщим ему, что вы живой?
– Не думаю, что Ролдари замешан в измене, но те, кто замешан совершенно точно сейчас рядом с ним. А он слишком тупой, чтобы догадаться об этом.
– Я так посмотрю, у вас все тупые и Миша, и этот Ролдари. Только вы один умный лари на свете, что ли? – спросила Юри, отпивая еще один глоток глоткодера, чей вкус становился все лучше и лучше.
– Может и так, – мрачно ответил принц, натягивая халат, – Хозяйка Дортомира, время ужина пришло. И еще вот что, сегодня же сожгите все, на чем осталась хоть капля моей крови.
– Да, ваше высочество, – ответила Маришка и пошла к двери, прихватив корзинку с окровавленными повязками. Юри замешкалась, но получив от подруги тычок в спину, вышла вместе с ней за дверь.
Солнце садилось. Поднялся ветер, и длинные тени от яблонь трепетали и скользили по земле. То тут, то там раздавался глухой стук падающих в траву яблок. Маришка остановилась у каменных ворот в сад и взяла подругу за руку.
– Послушай Юри, я все обдумала, – сказала она очень серьезно, – Мы должны отвести его в порт, во Врат.
– Что значит мы должны? – спросила Юри таким тоном, словно каждое слово отливала из свинца, и отдернула руку, – Ты имеешь ввиду, что это я должна отвести его на своей лодке? Ничего такого я не должна.
– Он же вознаградит тебя! Ты сможешь что угодно получить, я уверена. Хоть лодку с парусом, хоть десять лодок.
Юри молча смотрела на подругу.
– Прошу, пойми, я виновата, я так оплошала… ведь это все случилось из-за меня… Как же мне все исправить? – простонала Маришка, прижав руки к груди, – Прошу тебя, помоги мне, я ведь тебе не безразлична? Ты говорила, что любишь меня, разве ты лгала? Прошу, умоляю! Проси, что угодно взамен!
Юри помолчала с минуту, сложив руки за спиной, хмурясь и глядя себе под ноги, а потом спросила:
– И что, если я попрошу отступиться от этих твоих приворотов и всякого колдовства, ты согласишься?
Маришка подняла полные слез глаза и кивнула.
– А если я к тому же попрошу тебя, как вернемся, починить пресс и делать со мной вино на продажу, тоже согласишься?
Маришка снова смиренно кивнула.
– Что ж, вот два моих условия, – сказала Юри твердо, – И это касается только дороги до Врата по Реке. Когда вылезет из лодки в порту, дальше его дела отдельно от наших. Согласна?
– Согласна, – ответила Маришка, вытирая слезы, и приложила руку к груди в знак искренности своих слов.
Юри плюнула на ладонь и протянула подруге для рукопожатия.
– Речной договор.
