Три Ножа и Проклятый принц - Екатерина Ферез
–Никогда прежде не слыхал о таких как я… Что ж, верно, теперь, раз я на глаза Судьбе попался, нет смысла больше прятаться и следы путать. Слушайте мою историю.
Верно, вы слышали много историй про дав? Про то, что все давы колдуны? Про то, что могут украсть вашу судьбу, ваших не рожденных детей, здоровые зубы поменять на свои порченные, нарочно заразить холерой и чесоткой? Много болтают про дав всяких небылиц, но кое-что из того, чем пугают непослушных деток – чистая правда. Есть среди дав те, кто читает прошлое и будущее. У каждого на коже написана его судьба. Да-да, у каждого! Только вот у нас дав эти самые печати всякому видны. У всех остальных скрыты. Нужно знать, как смотреть и раздобыть особенное зеркало. Мы, давы, знаем, что от судьбы не скрыться, судьба свое возьмет. Так что если проступил на коже знак, то нет больше выбора как жить. Начертанное должно быть исполнено. Если попробуешь увернуться, то ничего кроме боли и страданий не жди, любая дорожка только туда и приведет. Вижу, вы хотите спросить, а что же черные печати? Их давы ставят себе сами, верят, что так привлекут Фортуну. Привлекут к себе желанное. Тут, конечно, частенько выходит ерунда. Но бывает и удачно, если умелый человек за дело берется. Я тому живое подтверждение. Я уж до того ловок, что сумел от всех предназначенных мне судьбой печатей спрятаться и все по-своему в жизни устроить. Вот на груди у меня корабль, а вот якорь и вот прекрасная дева-русалка – все сбылось. А ведь я сирота из дав, вовсе без семьи.
Я появился на свет сразу пятилетним мальчишкой на вид. Вылез посреди ночи из кучи хлама, брошенного на заднем дворе у торговца пчелиным воском. Помню, посмотрел на яркий месяц над головой и тут же ощутил удар прям посередке тела, такой силы, что повалился навзничь. И с тех пор этот треугольный знак ношу на себе.
У торговца воском не было детей. Его жена, тощая и уже наполовину седая, все еще надеялась на чудо. Потому изводила себя и мужа снадобьями, припарками, настойками, кровопусканиями и клистирами, доведя обоих до изнеможения. Всем и каждому без устали докладывала о своем здоровье самые неловкие и стыдные подробности. Потому, когда торговец нашел меня по утру в траве, то сразу решил взять в семью, дать мне имя и воспитать, как собственного ребенка. Думаю, он просто хотел раз и навсегда покончить с клистирами. Его жена сперва ошалела от счастья и нянчилась со мной, как с младенцем. И порой так душила заботой, что я всерьез задумывался ни сбежать ли от нее куда подальше. Откровенно говоря, ум у нее слегка набекрень съехал от всех тех горьких настоек, пиявок и припарок, что ей годами подсуропливали ярмарочные шарлатанки, выдававшие себя за знахарок и ведьм. Так минуло пять лет моей жизни, а на вид мне давали десять. И хоть приемная матушка все еще обращалась со мной, как с несмышленышем, я был весьма смышлен. Однако, где-то на шестой год в доме торговца начались неприятности, или, как их называли мои тогдашние родители – шалости. Вы, верно, знаете, что давы частенько выдают себя жестом или движением? Конечно, вы знаете! И меня подловили на глаз судьбы. Что ж я не в обиде. Сразу смекнул, что вам, уважаемый Ремуш, ума не занимать, хоть с виду и не скажешь.
Так, значит, на пятый или шестой год, уж не припомню точно, начал я шалить – то на месте волчком покручусь, то по лбу себе стукну. Матушке это сильно не нравилось. Она ведь не собиралась никому в округе докладывать, что я давенок. Надеялась это скрыть, потому что никаких других знаков на мне не было, кроме как посередке туловища. За каждую шалость била она меня нещадно. Только это совсем не помогало. И вот как-то раз одна из ее подружек-шарлатанок нашептала, что живет на нежборских болотах ведьма из дав огромной силы, сведущая в делах деторождения, как никто другой. Хозяйка болот ее называли. Тогда еще про нее мало кто слышал. Это потом, через несколько лет, на поклон к ней ехали со всех концов Карилара. Вот матушка моя дождалась, когда муж отправиться скупать воск по всей округе, схватила меня в охапку и отправилась по Реке в Нежбор, а оттуда наняла лодку до болот.
Тут мне надо рассказать вам про Хозяйку болот, чтобы было ясно, почему матушка поступила так, как поступила. Хозяйка… Она-то была настоящая ведьма, не то что эти жалкие старушонки с тусклыми зеркалами, жгущие без толку шалфей на всех ярмарках. Хозяйка знала, что такое настоящее колдовство, и что сколько черные свечи в полночь на кладбище не жги, свою волю Судьбе не навяжешь. Ее великий дар заключался в том, что она могла видеть прошлое ясно, как настоящее. А будущее являлось ей словно сквозь грязное стекло, будто смутные тени. Однако же, она могла разглядеть больше, чем кто-либо другой в целом свете. Потому, когда к ней приходила несчастная в надежде на помощь в зачатии здорового дитя, Хозяйка смотрела на женщину в зеркало и видела, суждено ей стать матерью или нет. Она говорила, что у большинства женщин это всегда хорошо видно. Если суждено, то брала деньги за фальшивое снадобье и отправляла восвояси. А если нет, говорила, что помочь не сможет. Солгала она за все годы своего промысла на болотах единственный раз – моей матушке. Сама мне потом рассказала, когда я подрос. Сказала ей, что совсем скоро та станет матерью своего собственного ребенка – прекрасного, умного и доброго мальчика, с золотыми кудрями, какие были в молодости у его отца. Матушка пришла в такой восторг, что отдала Хозяйке почти все, что имела. Деньги, серьги, кольца, браслеты… И в придачу оставила на болотах меня, рассудив, что так для всех будет лучше. Так и сказала: «Диньчик, тебе тут будет лучше, среди своих…», залезла в лодку, и больше я ее никогда не видел.
Вам, конечно, интересно, почему Хозяйка так поступила? Сама она говорила, что хотела для своей дочки найти товарища из подлунного народа, чтобы ей не было одиноко в глуши. Да вот только не знаю, можно ли верить ее словам. Может, Ануйка ей и не дочь. В те годы Хозяйка уже выглядела как старуха – голова
