Трусы на люстре, или И смех, и грех - Елена Амеличева

Глава 3. Сковородка

Глава 3. Сковородка

- Ты издеваешься? – прошипел в тот день Атамир, ворвавшись в спальню, когда дозволили повитухи. – Девки?! Две сразу?! Ты специально?! – муж начал ходить по комнате, как загнанный в клетку зверь. – Да, ты специально! Это все твой характер, Зоя, твой характер! Правильно мне матушка говорила, чтобы не брал такую в жены. Мама была права, но я не слушал, осел! Надо было отказаться от женитьбы! Ты из вредности!..

Не знаю, как, но я все-таки простила этого идиота. Ради детей, наверное. Как все женщины. Ради семьи. Чтобы сохранить то, что беречь не стоило. Склеить разбитую чашку. Я делала вид, что все хорошо, хотя из всех щелей наспех склеенного брака сквозило эгоизмом, что пробирал до костей, как лютый холод, и было пусто, потому что любовь ушла.

Врачи не советовали беременеть так скоро после сложных родов двойняшками, что едва не стоили мне жизни, но супруг возжелал сына – вновь. Эта навязчивая идея сидела в нем, как бес, что не слушал никого. И я снова родила.

Четвертую девочку. Мелиссу. Маленького рыжика, которого все зовут Лисенком. А супруг после родов даже не навестил меня. Не пришел посмотреть на ребенка. В тот день наш брак умер окончательно.

А сегодня муж самолично забил последний гвоздь в его гроб. Модный такой гвоздь, в розовых трусах с зелеными кружевами.

Мы стояли друг напротив друга. Я у дверей, он у кровати. Нас разделяло метров пять и пропасть в десять лет брака.

- Зоя, - сказал Атамир с хмурым видом. — Ты должна понять...

- Должна? - перебила его, приподнимая бровь. - Это я должна? Ты сейчас серьезно?

- Я дракон! - рявкнул он, видимо, решив, что лучшая защита - это нападение. - Я генерал! Я не обязан отчитываться перед...

- Перед кем? - уточнила с усмешкой. - Перед женой, что родила тебе четырех детей?

- Девочек, - не упустил случая напомнить супруг – с ехидцей. – Ты так и не соизволила произвести на свет наследника! – Мерзавец явно с довольствием бил по самому больному месту.

- Зато я десять лет вела твое хозяйство, принимала твоих гостей, терпела твоих сослуживцев с их дурацкими шутками про «бабу на корабле». И, между прочим, до сих пор не убила тебя, хотя сейчас очень близка к этому.

Муж нахмурился сильнее.

- Не хотел, чтобы ты узнала вот так, - бросил он.

- А как ты хотел? - поинтересовалась с любопытством. - Чтобы жена сама догадалась? Чтобы мне дети рассказали? Чтобы эта... девица прислала мне письмо с подробностями?

- Не знаю! - запустил пятерню в волосы. — Я вообще не знаю, как это вышло!

- О, позволь, расскажу, - оживилась я. - Это называется измена. Очень распространенное явление среди драконов, как погляжу. Модное в этом сезоне. Прямо эпидемия какая-то среди драконов. Ты, видимо, решил, что раз ты большой и страшный, то тебе всё можно. А я буду сидеть дома, растить детей и делать вид, что ничего не замечаю?

- Ты не понимаешь...

- Я прекрасно всё понимаю! - рявкнула уже по-настоящему. - Понимаю, что ты идиот! Понимаю, что эта дешевка - дочь какого-нибудь твоего сослуживца или, хуже того, чья-то подосланная шпионка! Понимаю, что ты даже не подумал о детях! О том, что будет с ними, когда узнают, что их отец...

- Они не узнают! - перебил дракон.

- Узнают, - развела руками. - Потому что я знаю. А я не умею врать детям. Они по моему лицу всё прочитают.

Атамир побледнел. Представил, видимо, допрос с пристрастием от собственных дочерей.

- Зоя, давай решим это мирно, - сделал шаг ко мне.

- Стой, где стоишь, - выставила руку. - Не приближайся. У меня в руке, между прочим, сковорода. – Я подхватила чугунную утварь с решетки.

- Ты не посмеешь, - сказал с надеждой, глядя на мою правую руку.

- Атамир, я десять лет терпела твои закидоны. Твои командировки. Твоих сослуживцев, которые жрали мои запасы и хвалили мою стряпню. Твою маму, которая постоянно приезжала без приглашения и учила меня жить, критикуя абсолютно все – от моих бровей до детей. Твою сестру, которая одалживала мои драгоценности и «случайно» теряла их. Я рожала в поле, потому что ты не удосужился довезти меня до лекаря вовремя. Я выхаживала детей, когда у них была драконья лихорадка, и ты был в очередной командировке. Я всё это терпела, потому что думала... - голос дрогнул. - Потому что думала, мы - семья.

Я замолчала, потому что если бы сказала еще хоть слово, то разревелась бы. А я не хотела плакать при нем. Не заслужил.

- Зоя... - снова шагнул.

- Я сказала - стой! - рявкнула так, что забытые нашей любовницей сережки на полу подпрыгнули испуганно. - И слушай сюда, дракон ты этакий.

Супруг замер. Даже дышать перестал.

- Сейчас я пойду к детям. Уложу их спать. А потом подумаю, что мне делать с тобой и с этой ситуацией. Но запомни одно: если ты подойдешь ко мне сегодня ближе, чем на десять метров, я тебе этой сковородой... - замолчала, подбирая слова. - Я тебе этой сковородой так наваляю, что даже твоя драконья регенерация не поможет. Понял?

Он кивнул.

- И ещё, - добавила, уже разворачиваясь. - Завтра утром я уезжаю к тетушке Филиппе. Детей забираю. А ты... ты разбирайся со своей жизнью сам. И с этой девицей. И с тем, что от тебя останется после моего отъезда.

- Куда? К тетушке? - дракон даже растерялся. - В эту дыру?

- Это дыра, - согласилась, кивнув. - Но там хотя бы нет драконов, которые изменяют женам.

Я вышла, аккуратно прикрыв дверь. Не хлопнула, хотя очень хотелось. Потому что хлопанье дверьми - это для истеричек, а я леди. Леди с чугунной сковородой в руке и четырьмя детьми, которых нужно спасать от идиота-отца.

Глава 4. В детской

Глава 4. В детской

Я вышла в коридор и прикрыла дверь с таким тщательным спокойствием, что костяшки пальцев побелели, а на душе поселилась странная пустота - будто кто-то взял и вынул из меня всё, что грело последние десять лет. Сковорода