Трусы на люстре, или И смех, и грех - Елена Амеличева

Глава 21. Едем к демону

Глава 21. Едем к демону

Она снова уставилась в письмо, водя пальцем по строчкам.

- Магистрат, значит. Суд. Он уже и там постарался, любитель молодок без труселей. Видать, пока ты ехала, он уже и заявление настрочил, и судей подмазал. Быстро работает, гад.

- У него связи, - глухо сказала я, чувствуя, как внутри разливается холод. - Он генерал, у него друзья в магистрате, в правительстве. А я кто? Просто жена. Которая, по его словам, еще и виновата во всем.

- Ты - мать его детей, - отрезала Фифа. - И наследница моего рода, между прочим. Мы, бабы из рода Ветровых, просто так не сдаемся. Помнишь, я тебе рассказывала про мою бабку, которая мужу сковородой по голове дала, а потом сама губернией править стала? А он только кивал, когда велено было?

- Помню, - кивнула, и на душе чуть-чуть потеплело.

- Ну вот. А твоя мать, моя сестра, она вообще из пекла демонов вытаскивала раненых, когда война была. Так что не смей раскисать. У тебя кровь Ветровых течет. А Ветровы - они, знаешь, какие? Их ветром не сломаешь, их только огнем можно спалить, да и то не факт.

Я глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в руках. Страх никуда не делся, но теперь к нему примешивалось что-то еще. Азарт, что ли? Злость, переходящая в холодную решимость.

- И что ты предлагаешь? - спросила тетку. — Судиться с ним? У меня нет ни денег, ни связей. Он все заберет.

- А кто тебе сказал, что судиться надо в его магистрате? - хитро прищурилась Фифа. - У нас тут, знаешь ли, тоже свои законы. Мы тут, в глуши, не очень-то жалуем столичных выкормышей. У нас свой суд есть. Соседский. И судья у нас - Модюс.

- Демон? - переспросила я, вспомнив вчерашний рассказ о соседе с рожками.

- Он самый, - кивнула тетушка. - И он, знаешь ли, столичных драконов на дух не переносит. Особенно генералов. У них там свои счеты, давние. Если грамотно попросить, он такое решение вынесет - твой Атамир свою чешую не узнает.

Я задумалась. Идея была безумная, но в ней что-то было. Демон, ненавидящий драконов. Суд на окраине империи, где свои законы. И тетушка Фифа, которая, судя по всему, с этим демоном на короткой ноге.

- А он... Модюс этот... он не опасен? - осторожно спросила я.

- Для своих - нет, - усмехнулась Фифа. - Для чужих - еще как. Но ты, считай, уже своя. Племянница моя. А я для него... ну, скажем так, он мне кое-чем обязан.

Она многозначительно замолчала, давая мне время переварить информацию. Посыльный тем временем потихоньку приходил в себя и даже осмелился сделать глоток чая. Девочки, видя, что мама больше не плачет и даже, кажется, собирается дать бой, тоже расслабились. Мелисса даже осмелилась сползти со скамьи и подойти ко мне, прижаться к ноге.

- Мама, мы ведь не поедем к папе? — спросила она, заглядывая мне в глаза.

- Нет, милая, - погладила ее по рыжей макушке, чувствуя, как решимость крепнет с каждой секундой. – К папе мы не вернемся. Вы будете со мной. Всегда!

- А что мы сделаем? - подала голос Виктория, вставая и подходя ближе. В ее глазах горел тот самый огонек, который я так хорошо знала по себе. Огонек борьбы.

- Мы, - оглядела свою разношерстную команду: тетку с ружьем, четверых девчонок, кота, ворона и хомяка, - мы будем воевать. По-нашему, по-бабьи. Сковородками, хитростью и поддержкой демонов!

Каркуша на спинке кресла встрепенулся и заорал:

- Кар-р-р! Бей драконов!

- Вот, - одобрительно кивнула Фифа. - Даже ворон за нас. А это хороший знак. Птицы плохому не научат.

Посыльный, который все это время сидел тише воды ниже травы, вдруг подал голос:

- А можно я... это... того... может, я тоже чем помогу? А? Мне все равно теперь деваться некуда. Кучер тот меня, считай, волкам скормил. Назад ехать с ним - он меня точно прибьет, чтоб я не нажаловался. А у вас тут... ну... тепло. И волки, оказывается, не кусаются, если по-хорошему.

Мы с тетушкой переглянулись. Фифа хмыкнула:

- А ты, парень, не промах. Смекаешь, где выгода. Ну что, Зоя, берем пополнение? Посыльный в хозяйстве всегда пригодится. Тем более, он знает, где у этих столичных судей рыльце в пушку.

Я посмотрела на "одуванчика". Он, конечно, был жалок, перепуган и совершенно бесполезен на первый взгляд. Но, с другой стороны, он выжил после встречи с волками и даже не обмочился (насколько я могла судить), а это уже кое-что значило. И потом, лишние руки в предстоящей битве с драконом точно не помешают.

- Как звать-то хоть? - спросила я.

- Фролом кличут, - парень даже приободрился. - Фрол Лутоха я. Из посыльных при магистрате. Но я это... я не за ними, я за правду! - поспешно добавил он, заметив мой скептический взгляд.

- За правду, значит, - я усмехнулась. - Ну-ну. Ладно, Фрол Лутоха, оставайся. Покажешь себя. А там видно будет.

- Спасибо, госпожа! Век не забуду! - парень так обрадовался, что даже вскочил и поклонился, расплескав остатки чая на ковер.

Пип, воспользовавшись моментом, запрыгнул на освободившееся кресло и свернулся клубочком, всем своим видом показывая, что теперь это его законное место. Каркуша перелетел на люстру и оттуда внимательно наблюдал за развитием событий. Шмякс шмякнулся с пледа, добежал до моей ноги, потерся о щиколотку и шустро забрался в карман Мелиссы, откуда и высунул нос, довольно жмурясь.

Я посмотрела на этот бедлам, на это сборище чудиков, и вдруг поняла, что впервые за последние дни чувствую себя не жертвой обстоятельств, а человеком, который способен эти обстоятельства менять. Да, у меня нет денег, нет связей, нет больше мужа (и слава демонам, что нет!). Но у меня есть тетка с ружьем и связями в демонических кругах, четверо дочерей, которые за меня горой, кот, готовый порвать любого за мою юбку, ворон-подстрекатель, хомяк-террорист и теперь еще посыльный-предатель (пусть пока и неясно, чей).

- Фифа, - сказала я твердо, - веди к своему демону. Прямо сейчас. Пока Атамир не наделал