Универсальный солдат II. Проект «Унисол». Книга первая. - Иван Владимирович Сербин

Собственно, молодой человек и по­смотрел в него как в зеркало. И остался очень доволен собой. Вид у него был бравый, в духе рекламных плакатов от «дяди Сэма». Под два метра ростом, широченные плечи и грудь, узкие бедра и длинные стройные ноги. Его фигу­ра затянутая в парадный солдатский мундир, приобрета­ла какую-то дополнительную мощь. Он выглядел напорис­тым и сильным, как танк «М1 АБРАМС».

Да нет, Патрик и без формы был неплох собой. Симпатичный блондин, ничуть не хуже тех ребят, что улыба­ются среднему американцу с обложек киножурналов. Кое-кто находил, что он здорово похож на Роберта Редфорда. Но всё-таки форма — великое дело. Да, форма придавала ему ещё больше мужественности, хотя уж в чём в чём, а в этом-то он не нуждался.

Патрик улыбнулся собственным мыслям широко, в тридцать два зуба, ровных и белых, как у кинозвезды, отметив, что и с этим ему повезло тоже. Только у кино­звёзд он слышал, зубки-то фарфоровые, а у него свои, и не единой дырочки. Ни его отец, ни его дед — никто никогда не жаловался на кариес. Эти люди даже не знали, что означает слово «дантист».

Патрик посмотрел на часы. Без пяти двенадцать. У него ещё было время до предстоящего свидания. Он мог позволить себе завернуть в какой-нибудь кабачок и про­пустить рюмочку-другую. В тот же момент его начали одолевать сомнения относительно целесообразности возлияний. Та женщина, к которой он направлялся, кто знает, любит ли она, когда от мужчины пахнет алкоголем. С другой стороны, почти все девчонки, с которыми Пат­рику до сих пор доводилось иметь дело, не фыркали и не воротили нос, если от него немножечко попахивало виски.

«Алкоголь даже придаёт мужчине какой-то особый шарм», — решил Ли Джонс.

Ощупав в кармане наличность, две сотенные, полусо­тенная, двадцатка и десятка, молодой человек подумал, что пару рюмочек он всё же может себе позволить.

На пересечении Манчестер и Вестерн-авеню он зашёл в небольшой бар не слишком высокого пошиба, но вполне подходящий для людей вроде Патрика, и, заказав двойной виски, принялся ждать, обозревая зал ленивым взглядом. Обычно такой взгляд бывал у него перед настоящим, хорошим весельем. В такие минуты он чувствовал себя немного выше окружающих, хотя бы потому, что вот он, красивый, стройный парень, получающий неплохое жало­ванье и защищающий страну и всех этих людей, которые ходят вокруг, действительно умеет веселиться. А что у них? Забредут в кино, посмотрят боевичок, ну, на худой конец, порно, пожёвывая кукурузу в зале, так ведь порно и женщина — это не одно и то же. А вот у него всё в порядке. И деньги, в принципе, водятся, и карьера впере­ди маячит неплохая. Да и в женщинах у Патрика недо­статка не было.

Он испытывал удовольствие от жизни, в отличие от многих, попадавшихся ему навстречу на улице. В общем-то, служба в армии была именно тем занятием, на попри­ще которого он рассчитывал добиться больших успехов.

Недаром капитан Брустер сказал ему, что из него выйдет толк. Да нет, и в самом деле, у него всё в порядке. По рукопашному бою высший балл, по стрельбе — тоже, ориентация на местности — нет проблем, курс выживания он сдал на «отлично».

Иногда Патрик ощущал себя почти суперменом, Джо­ном Рэмбо. Таких ребят, как он, ещё поискать. Потому-то и эта позавчерашняя красотка на него клюнула. Они с ребятами расслаблялись в каком-то кабачке на окраине, в Олтодене. Или это был не Олтоден, а Сьерра-Мадре... Чёрт его знает, Патрик уже не мог припомнить отчетливо.

В общем, честно говоря, он и саму девицу помнил не очень хорошо, но ребята отзывались о ней превосходно. Сказали, такая куколка, закачаешься. Голливуд — город мечты. Сюда и стекаются самые красивые женщины со всего мира. Только на экран пробиваются единицы, а остальные оседают вокруг, в этом самом городе, всё ещё мечтая и в душе лелея свой шанс. Так и варятся в огром­ном котле под названием Лос-Анджелес. Дозревают.

Патрик свой шанс нашёл. Он и не мечтал никогда стать кинозвездой. Военный — вот это другое дело.

На следующее утро в части, когда Патрик полез в карман брюк, то обнаружил записку. Впрочем, это и за­пиской-то назвать сложно. Так, несколько слов. «15:00, двадцать девятое августа, Ирвинд-авеню, угол Сен-Бернардино-роуд». Вот и всё, что там было.

Вообще, честно говоря, Патрик не очень хотел идти. Собственно, мог выйти небольшой конфуз. А что, если он не узнает эту девицу или она ему не понравится? Хотя, ребята уверили его, что понравится, да ещё как,

— Такая девка, — брызжа слюной, жарко бормотал ему в ухо Ренди Мак-Кинли, — закачаешься. Упадёшь. Если бы такая киска поманила меня хотя бы пальцем, я бы побежал за ней, не задумываясь. И чего это, старик, она на тебя запала?

Патрик улыбался и поглядывал вокруг, вполне доволь­ный собственной судьбой. В конце концов, уже одно то, что все ему завидовали в этом плане, доставляло молодо­му человеку удовольствие.

«Но, собственно говоря, что плохого может произойти? — думал Ли Джонс, ощущая, как сердце замирает в сладостном предчувствии. — Ну, не придёт девчонка. А при­дёт, так он уж как-нибудь узнает её. А хоть и не узнает? Сама подойдёт. Не он же ей записки в карман совал».

Тем не менее, что-то, сидящее внутри него, шептало: «Придёт-придёт, не сомневайся».

А Патрик и не сомневался. Он знал, что красив, да и в постельном плане кое-что умел и кое-что знал. По крайней мере, ни одна из женщин, с которыми он крутил любовь, ещё не жаловалась.

Бармен поставил перед ним рюмочку, и Патрик опрокинул её, ощущая, как горячая жидкость обожгла желудок. В ушах приятно зазвенело, а перед глазами повисла легкая золотистая дымка. Какой-то парень устроился па соседнем сиденье. Высокий, белокурый, под стать ему. Хотя уж этого-то красавцем нельзя было назвать. Что-то там такое у него с носом. То ли чуть вывернут...

«Сломали, наверное, когда-нибудь в уличной драке», — подумал Патрик, исподволь, но с любопытством раз­глядывая соседа.

Тот заказал себе «хай-болл» и, лениво оглядевшись, улыбнулся Патрику.

— Хай.

— Привет-привет, — кивнул Патрик, расплываясь в ответной широкой улыбке. — Как дела?

Блондин кивнул. Его могучие руки легли на стойку. Патрик заметил, что были они большими и сильными. По крайней мере, казалось, что вместо бицепсов у блондина под кожей стальные шары.

— В порядке, да? — Патрик кивнул на руки атлета.

Тот улыбнулся и покачал головой.

— Да, ничего себе. Ты, Джи-ай,