Универсальный солдат II. «Воскресший». Книга вторая - Иван Владимирович Сербин

Скотт поморщился. Ненависть к гуковским шпионам разгорелась в нем настолько сильно, что он хотел было выпустить её, пристрелив этого парня, водителя. Однако ему удалось достаточно быстро совладать с собой.

Сэм Хопкинс, несомненно, приносил больше пользы, чем вреда. Во-первых, он хорошо знал все дороги, во-вторых, гуковская стерва разумеется воспользуется своей телекомпанией для того, чтобы ознакомить всех агентов с его, Скотта, внешностью. Она ведь прекрасно помнит его. И в самых опасных ситуациях Сэм Хопкинс мог выручить его. Если полиция остановит их где-нибудь на дороге, они, конечно же, будут смотреть только на водителя. Или, по крайней мере, в основном на водителя. Хочется надеяться, что этот парень действительно понял глубину своей вины, горечь предательства Скотту действительно хотелось на это надеяться, потому что никакого иного выхода у него не было. Хопкинс был нужен ему.

Когда у Джилы они выехали на Семидесятую дорогу, сержант встрепенулся.

— Почему мы выехали на шоссе? — спросил он, поднимая пистолет. — Отвечай, быстро.

Хопкинс испуганно взглянул на унисола.

— Иначе нам не проехать, сэр, — чуть заикаясь ответил он. — Там впереди соединяются две реки: Сен-Симон и Блю-Ривер. Дорога всё время тянется вдоль реки Джила и до Глоба шоссе пересекают ещё две реки. Там нет никаких троп.

Мы можем двигаться только по Семидесятому шоссе.

— Долго? — прищурившись спросил унисол.

— Около ста миль. И думаю, чтобы миновать их, сэр, нам понадобится около двух часов.

— Хорошо, остановись здесь.

Не мешкая ни секунду, Хопкинс свернул на обочину и остановился.

— Учти, — вновь повернулся к нему сержант, — что-нибудь не так, и я тут же стреляю.

— Да, сэр. Я понял, сэр, — испуганно ответил Сэм.

У него и в мыслях не было бежать. Да и куда? Этот человек в любом случае настиг бы его. Хопкинс в этом не сомневался. Но даже если и нет, то он, Сэм, провёл бы остаток своих дней в страхе, боясь того, что сам сержант Скотт или одиниз его людей когда-нибудь отыщут его, чтобы спокойно влепить пулю в голову. Нет, подобная перспектива Сэма Хопкинса не устраивала. Он был намерен держаться до техпор, пока спасение не будет очевидным. Тогда и только тогда он отважится что-нибудь предпринять.

Хопкинс наблюдал, как сержант Скотт выпрыгивает из кабины грузовика. Да, этот парень был чрезвычайно опасен Сэм никогда не мог пожаловаться на плохую память. В его воображении все еще стояла картина: полтора десятка трупов в небольшом зальчике кафе. Этот Скотт убил их всех практически голыми руками, а кое-кому ещё и отрезал уши, «Гирлянда» и сейчас висела у него на шее под курткой. Полтора десятка убитых! Что уж говорить о нём, жалком, одиноком Сэме Хопкинсе.

Сержант Скотт обогнул грузовик и распахнул обе створки кузова. В эту-то секунду Сэм и заметил впереди полицейскую машину.

— Вот дерьмо, — тихо пробормотал он. — Чёрт, дерьмо.

Сэм в отчаянии стукнул ладонью по рулевому колесу, Можно было бы вылезти и помахать полицейским, давая им знак остановиться. Однако что-то удержало Хопкинса от этого шага. Он сидел прямой и неподвижный, безумно напуганный, с побледневшим от ужаса лицом и наблюдал, как полицейский «плимут» подъезжает всё ближе и ближе. Bот уже можно было разглядеть лица патрульных. Одни из них, тот, что сидел за рулем, пристально всматривался в очертания машины.

В этот момент Скотт скомандовал своим унисолам встать. Семь покрытых инеем фигур вытянулись в темноте холодильника. Все они стояли, как и положено солдатам, по стойке «смирно», прижав кулаки к бедрам и чуть отставив локти, глядя в какую-то точку на лбу своего командира.

— Разобрать оружие, — коротко приказал Скотт.

В группе возникло короткое замешательство. Оно продлилось не больше полминуты, а затем в строю вновь восстановился строгий порядок. Только теперь на плече каждого из унисолов висел короткий, хищный «хеклер-кох». За поясными ремнями покоились «пустынные орлы», а в карманах лежали запасные обоймы.

— Ты и ты, — как не напрягал Скотт собственную память, он так и не смог припомнить имен собственных ребят, однако это не мешало ему обращаться к ним просто,

по-свойски. Точно так же, как он делал это во Вьетнаме. — Возьмите по гранатомету.

Двое унисолов моментально исполнили приказание. Скотт также забросил себе за плечо «хеклер» и, взяв из ящика четыре запасных изогнутых обоймы, рассовал их по

карманам куртки. Теперь, будучи полностью обмундированными

по-военному, его солдаты выглядели устрашающе. Пока Скотт не приказал им надеть бронежилеты. В данную минуту в этом не было особой нужды.

«Это позже, — подумал он. — Потом. Когда они прибудут на место».

« Лучше прикажи им сделать это сейчас, — проснулся в его голове неведомый собеседник. — А заодно и сам напяль эту штуку. Мне вовсе не улыбается, если тебя нашпигуют свинцом, как какую-нибудь сраную формочку для оловянных солдатиков».

«Пошёл нахер, — коротко оборвал торопливую речь собеседника сержант. — Умолкни».

Он поднял из ящика последний гранатомёт и проверил боекомплект. Всё было на месте, за исключением одной гранаты. Той самой, которой он подорвал лабораторию.

— Значит так, слушайте приказ. Если кто-нибудь попытается открыть кузов, кроме меня, незамедлительно стреляйте.

А для того, чтобы вы могли узнать меня по голосу, я буду пользоваться позывным «Холодная зебра». Всё ясно?

— Сэр, так точно, сэр, — рявкнули в ответ семь глоток.

Скотт довольно усмехнулся.

— Прекрасно. Как только грузовик будет останавливаться, боевая готовность номер один. Все ясно?

— Сэр, так точно, сэр, — эхом прозвучал хриплый мощный крик.

Скотт вновь улыбнулся.

— Все. Сидеть здесь.

Семеро солдат моментально исполнили приказание, опустившись на заиндевелый пол в узком закутке между последними рядами ящиков и стенкой кузова.

Скотт развернулся и зашагал по проходу к светлому, брызжущему солнцем жаркому прямоугольнику дня. Примерно на середине пути он увидел разворачивающуюся на шоссе полицейскую машину. Сержант замер. Он заметил,, что патрульных внутри «плимута» всего двое. А стало быть, с ними можно справиться без особых проблем.

Однако его тревожило другое — нет ли полицейских впереди. Сюда, в глубину кузова, плохо доносились звуки. Может быть, там стояла еще одна машина,