Универсальный солдат II. Проект «Унисол». Книга первая. - Иван Владимирович Сербин

Скотт вышел из оружейной комнаты и осмотрел сидящих в креслах унисолов. У двоих он заметил слабое подрагива­ние век, а это означало, что скоро они придут в себя.

«Не пройдёт и часа, — решил сержант, — и всё его подразделение будет боеспособным. Все они смогут вы­полнять возложенную на них задачу. А именно — защи­щать свою страну от ви-си и прочей красной твари. Разве не этого от них добивались».

На него вновь навалились воспоминания из той, про­шлой жизни. Дождь, страшный ливень, грязь под ногами и чёрная фигура репортёрши. Он даже ощутил гладкий прохладный металл на своих пальцах. И Скотт точно знал, что делать дальше. Ему нужно убить её, убить сраную репортёршу во что бы то ни стало. Она — предательница, она — враг.

Унисол резко развернулся на каблуках и тяжёлым взгля­дом уставился на дремлющего в кресле Люка Девро.

«Лягушатник». Почему он здесь? Он должен был убе­жать, спрятаться, скрыться. Потому что его ждет кара, справедливое наказание за измену. Измену своей стране. Измену звёздно-полосатому флагу. И за дезертирство.

Скотт подумал секунду. Он не станет делать этого сейчас. Пожалуй, стоит подождать, пока проклятый «ля­гушатник» придёт в себя. Только он знает, как отыскать репортёршу. Хотя так ли это важно? При известном ста­рании её все равно можно будет найти. В первую очередь надо уяснить обстановку.

Держа пистолет наготове, Скотт оглядел ледяную ка­меру.

Айзек Дункан боялся. И этот страх не шёл ни в какое сравнение со страхом погибнуть от руки Маршалла. Здесь было совсем другое. Унисол — враг, которого практичес­ки невозможно уничтожить. Любой из этих универсаль­ных солдат сможет регенерировать, залечить собственные раны. «Вакцина Грегора» наделяла их такой способнос­тью. Правда, для этого нужен холод, но чего далеко ходить, вон морозильная камера. Разве что угодить пря­мехонько в череп. Разнести мозг. Без мозга даже унисол ничто. Всё их существование основано на этом, на работе мозга, поскольку их тело уже умерло.

Однако к обычному страху примешивался ещё другой. Ощущение чего-то сверхъестественного, витающего рядом. Дело в том, что Айзек узнал унисола. Он готов был поклясться, что это Джи-Эр-13. Сержант Эндрю Скотт. Этого не могло быть, но факт оставался фактом. Доктор не знал имени унисола, поэтому так и стал его называть — «Джи-Эр-13». Так было проще удерживать свое сознание на плаву, не дать ему провалиться в бездну безумия. А то, что происходило сейчас в лаборатории, не могло быть ничем, кроме безумия.

Айзек Дункан не верил в трепотню о реинкарнации, переселении душ. Но ведь он совершенно точно знал, что сержант Скотт умер. Люк Девро уничтожил его, превра­тив в труху при помощи газонокосилки. В обычную кро­вавую кашу. Как же случилось, что Джи-Эр-13 вновь оказался жив?

«Нет, — поправил себя Айзек, — не Джи-Эр-13, а сержант Скотт. Это куда хуже, гораздо хуже. Этот унисол, как две капли воды, похож на погибшего сержанта. Од­нако “вакцина Грегора” не предусматривает ничего по­добного».

Доктор тщетно пытался понять, что произошло. Он наблюдал, как сержант расхаживал по холодильной каме­ре, как он открывал дверь и возился в оружейной комнате.

«О, Господи, — подумал Айзек. — Что же теперь будет со мной? Это вам не пятеро ополоумевших от страха врачей. Этому парню не споёшь “Гуадеамус”. Если он что-то заподозрит, то всадит мне пулю в башку так же просто, как проделал это с остальными год назад. Вуд­ворт и Гарп, здравомыслящие люди, работавшие с унисо­лами несколько лет, знавшие их привычки и слабые места, и те не смогли справиться с этим полоумным. Что же требовать от него, от несчастного задыхающегося старика со сломанной ногой?»

Дункан попытался пристроиться поудобнее. Одно он уяснил для себя точно: Скотту лучше говорить правду. Ложь в любой момент может выплыть наружу, и тогда ему придёт конец. Сержант Скотт не знает страха и жа­лости, поэтому надеяться на спасение не приходится. Нужно понять, что с ним произошло, и тогда, возможно, появится какой-то шанс уничтожить унисолов. Впрочем, доктор знал ещё один метод. Нужно отключить генератор температуры в морозильной камере, и тогда все унисолы погибнут. И возможно погибнет сержант Скотт. А воз­можно и нет. Он в сознании и прекрасно соображает, что происходит.

Айзек вздохнул. Вряд ли этот способ пригодится. Скотт либо должен умереть быстро, либо он не умрёт вообще. И этого, собственно, доктор боялся больше всего.

«Боже мой, — подумал Дункан, — неужели я, человек, не смогу перехитрить этого бездушного истукана? Я дол­жен лучше соображать, быть хитрее и изворотливее».

«Ни хрена подобного, — вяло пискнул в его голове толстяк. — Ты ведь читал газеты, правда? Читал все отчёты о том, что натворил этот мясник. Он убил почти двадцать человек».

«Сержант Скотт! — едва не заорал Дункан. — Пони­маешь, сержант Скотт. Но мы знаем, что этот человек НЕ МОЖЕТ быть сержантом Скоттом».

«Ну да, конечно, — по-прежнему вялым тоном пробор­мотал подросток. — Он НЕ МОЖЕТ быть сержантом Скоттом, однако он — сержант Скотт. Ты слышал это собственными ушами. Даже эта привычка навязывать всем словечко “сэр”. Об этом писали все газеты. Так что, не обольщайся. Это Джи-Эр-13 в чистом виде».

Унисол вышел из ледяной камеры, и Айзек вздрогнул, повернув к нему голову. В руке Джи-Эр-13 темнел массив­ный пистолет. Дункан не очень хорошо разбирался в оружии, но всё же понимал, что если из этой пушки ему угодят в голову, то вряд ли от черепа останется что-ни­будь, кроме костяного месива да пары клочков кожи. Ему представлялось очень сомнительным, что будет хотя бы один шанс из ста выжить после ранения такого калибра. Недаром же он был медицинским работником, врачом.

— Итак, рядовой, — Скотт подошёл к операторскому креслу, забрызганному кровью, и спокойно уселся в него. Он не был брезглив, как не был брезглив и второй живу­щий в нем человек. — Коротко доложите мне обстановку. Где мы и что происходит.

— Я не знаю, что это за место, — пробормотал доктор.

— И условимся сразу, — Скотт улыбнулся пустой бесцветной улыбкой. — Не советую пытаться обвести меня вокруг пальца. Сами понимаете, это ни к чему хо­рошему не приведёт.

— Да, но я действительно не знаю, — морщась заявил Айзек. — Я знаю только, что эта ферма, похоже, принад­лежит ЦРУ.

— Что это за штат? Какие города есть поблизости?