Универсальный солдат III - Стив Мейсон

— Прошу, господа, — проговорил один из них, приглашая гостей к проходной.

В небольшой комнатке с прозрачными стенами из бронированного стекла, «надетой», как чехол, на входные двери, стоял маленький столик с компьютером, за которым сидел солдат. Он проверил личные жетоны и пропуска у каждого, даже у тех двоих, которые встречали военную делегацию. Вдоль одной из прозрачных стен на стульях расположились ещё трое военнослужащих. Полностью вооружённые, они внимательно наблюдали за процедурой, готовые действовать, если понадобится, в любую секунду. После окончания проверки один из них проводил гостей к лифту.

Через несколько минут большая, отделанная зеркалами кабина лифта остановилась на третьем этаже, где дежурил ещё один солдат. Однако его пропуска приехавших уже не интересовали. Он просто по-военному отдал честь, взяв под козырёк, и проводил гостей взглядом.

Офицеры, однако, нисколько не были удивлены подобными предосторожностями — напротив в их взглядах читалось одобрение. Такую хорошо организованную охрану не так часто можно встретить в подобного рода учреждениях.

Гости остановились возле одной из дверей, на которой висела массивная никелированная табличка с одной-единственной буквой «L».

— Заходите, господа,— проговорил один из встречающих, который, войдя первым, любезно распахнул перед ними двери. — Здесь уже ждут вас.

Военные вошли в просторный кабинет и, как по команде, выстроились в линию. К ним тут же подошёл невысокий коренастый мужчина лет сорока пяти с большой залысиной на крупной круглой голове. Он протянул руку офицеру с погонами полковника, очевидно старшему в группе, и произнёс:

— Рад видеть вас, господин Кафарни. Мы ждём вас с нетерпением, — он приветливо улыбнулся.

Полковник ответил на рукопожатие и, улыбнувшись в свою очередь, проговорил:

— Доброе утро, мистер Сэйлем. Я тоже рад встрече. Позвольте мне представить вам моих спутников, которым поручено продолжить дело, так успешно начатое вами, — он указал рукой на военных, прибывших вместе с ним, и приступил к церемонии. — Это мистер Барви — наш психоаналитик, Ванхан — хирург, Шаймар — ваш коллега криобиолог, и, наконец, мистер Грейли военный инструктор.

Представляемые чеканно кивали головами, по очереди пожимая руку хозяину кабинета.

— Очень приятно, господа, — вежливо произнёс он, когда церемония представления закончилась. — Со своей стороны, я бы хотел познакомить вас с некоторыми из исполнителей вашего заказа. — Он повернулся и указал рукой на большой стол под коричневым сукном, занимающий почти всё пространство кабинета. За столом сидели двое мужчин в белых халатах, по-видимому, обязательных для всех сотрудников института. — Проходите, пожалуйста, к столу, присаживайтесь, сказал гостеприимный хозяин. — Это мои коллеги Шари Сандар — лучший нейрохирург нашего института. И Мазар Бэлли — биохимик. Они отдали много сил и времени этому проекту. Вы, полковник, их отлично знаете.

— Конечно, — Кафарни кивнул. — Мы действительно давно знакомы. Мне очень нравится ваша работа, господа.

— Итак, — менее официальным тоном произнёс Сэйлем, — сегодня мы можем с гордостью и радостью сообщить вам, что ваш заказ выполнен на все сто процентов. Лаборатория доктора Сандара проводила заключительный этап работ и справилась с этим просто блестяще. Наверное, вы и начнете, Сандар?

— Хорошо, — тот поправил на переносице большие очки и, покашляв в кулак, приступил к отчёту. — Скажу откровенно, господа, ваш заказ был крайне интересен и актуален. Он оказался важным не только для прикладной медицины, но и для формирования, так сказать, наиболее передовых взглядов современной науки на проблемы сверхнизких температур. Содержимое криостатов серии N потребовало не только применения новейших, ранее ещё не опробованных технологий, но и создания принципиально новых подходов к решению многих проблем. О каждом из экземпляров, которыми мы занимались последний год, можно написать не одну диссертацию, но я лишь в общих чертах расскажу о проделанной работе, так сказать, для ознакомления присутствующих. А более подробный отчёт вы получите в сопроводительной документации. Мы подготовили два комплекта дискет: один — с информацией, необходимой пользователю, к которому попадут объекты нашего исследования; а другой — с полными теоретическими выкладками.

— Великолепно! — полковник Кафарни удовлетворенно кивнул, давая понять присутствующим, что это именно то, на что рассчитывало его ведомство.

— Как вам известно, господа, — продолжил Сандар, — многие из доставленных нам объектов имели значительные повреждения не только второстепенных органов, но и таких жизненно важных, как, например, головной мозг. Некоторые случаи представлялись нам особенно тяжелыми. Гак у одного объекта, к примеру, сохранилось всего 18,6% тела. Более того, не весь предоставленный материал оказалось возможным использовать для восстановления, поскольку до консервации, как оказалось, он был обработан достаточно высокими температурами. Говоря проще, из бульона не вытащишь живую курицу.

— Однако, доктор, вам это блестяще удалось сделать, — заметил полковник.

— Да, пожалуй, — нисколько не рисуясь, согласился руководитель лаборатории. — Так вот. Проблем с восстановлением опорно-двигательной системы у нас, естественно, не возникало. Эта технология уже достаточно давно применяется в клиниках всего мира. Поэтому описывать проблемы создания пластиковых костей и суставов и выращивания неповрежденных мышц я не стану. Проблема искусственной кожи тоже решена довольно давно, тем более что с такими быстрорастущими клетками, как клетки эпителия, вообще никогда ни у кого проблем не возникало.

Военные медики единодушно закивали, и Сандар продолжил:

— Наиболее интересным, по-видимому, является вопрос восстановления органов, состоящих из медленнорастущих клеток, а также восстановление нервных волокон, которые не растут совершенно. Их увеличение в объеме всегда настолько незначительно, что заведомо не способно решить задачу восстановления даже относительно небольшого поврежденного участка. Более того, в доверенных нам объектах не все органы оказались необходимыми для дальнейшего функционирования. Наконец, некоторые из них, абсолютно необходимые для жизнедеятельности традиционного организма, в нашем случае оказались не только не применимыми, но даже вредными. Для наглядности приведу пример. Обогащение крови кислородом необходимо обыкновенному человеку, но просто недопустимо в нашем случае, так как дает толчок неконтролируемым энергетическим процессам, которые невозможно остановить. Поднимая температуру объекта, они, так сказать, сжигают его изнутри. Избежать этого нежелательного эффекта нам удалось благодаря уникальной программе, созданной на основе новейшей технологии восстановления органов, которая позволяет вносить изменения в воссоздаваемый в соответствии с генетическим кодом орган.

— Об этом, если можно, поподробнее, — попросил полковник Кафарни, взглядом призывая своих спутников слушать очень внимательно.

— С удовольствием. В нашей лаборатории разработан новый, более совершенный метод выращивания тканей и органов. Он отличается от ранее известного, где в питательной среде из достаточно большого количества клеток выращивается то, без чего