Нико Вайсхаммер - Сергей Извольский
«Послушай, сразу мы с тобой мир не спасем», — проигнорировал мое замечание Раскалов. «Если двинуть прямо и верно, нас прикопают еще до того, как до крыльца серьезной власти дойдем. Ведьмы инкорпорированы в самую верхушку Дракенордена — вот кому об этом рассказать? Понимаешь масштаб проблемы? Куда еще они инкорпорированы? Пока мы не доберемся до нужного важного лица, набрав авторитет слова и массив доказательств, я вовсе не хочу страдать как истязающий себя соблазнами праведник. Я не Святой Бенедикт, мне терновник не поможет»
— Могу специально для тебя в публичный дом раз в неделю заходить, — пошел я на компромисс.
«Пфф. Уж лучше тогда в душевой пару раз передерни»
— Стоп-стоп, сейчас мы с тобой вступаем на тонкий лед запрещенной пропаганды. Нельзя такие слова говорить — нас и КГБ, и твоя инквизиция за такие дела накроет.
«Scheisse! Не смешно!»
— А это и не шутка.
«Слушай, я не призываю тебя сразу стать взрослым мальчиком или Казановой. Но если женщина языком тела кричит что хочет тебя — давай не будем отказываться»
— Ты же сам говорил, что женское обаяние — это страшное оружие.
«Не вижу противоречия. Без меня любая гимназистка может сделать из тебя послушную веревку и вить узлы, у женщин есть такая сверхспособность. Но с тобой темный охотник Раскалов, и у меня все под контролем. Братиш, подумай — это твоя лестница к свету»
— Ты уверен, что я твой братиш? — задал я давно интересующий, но умело задвигаемый на задворки сознания вопрос.
«Не понял?»
Вслух говорить не стал, просто «громче» подумал о том, что после последнего воспоминания Раскалова у меня иногда возникало подозрение, что я ребенок убившей его ведьмы после той самой памятной ночи, потому и владею его памятью.
«Да не, брось, исключено. В кровати малышки Эльзы я оказался уже после твоего рождения, так что банально хронология не сходится. Да и у ведьм это стандартная практика — украсть или купить младенца для ритуалов или, как сейчас уже понимаю, для наказания неугодных»
Подумав, я кивнул — Раскалов темный охотник по прозвищу «Молот ведьм», кому как не ему отбывать наказание в посмертии в моем теле. Которое было прервано только невероятным стечением обстоятельств импакта от банды вивисекторов, а то он еще бы болтался бесплотным и бессильным духом, не в силах ни на что повлиять.
«Так что, как насчет моих условий?»
— Я подумаю над этим. Давай пока сделаем оружие.
«Братиш, я бы хотел услышать ответ»
— Я не буду соблюдать целибат, но и под каждую юбку лезть не намерен.
«Давай просто не будем бегать от возможностей?»
— Я и не собираюсь. Просто не готов идти навстречу возможностям, чувствуя твое сопение за плечом. Так что про тех, кто рядом, даже не думай, — не стал я вслух упоминать Арину, на которую Раскалов явно глаз положил.
«Какой ты токсичный, откуда все это?»
— Ты мне скажи.
«Ну хорошо, давай без драмы под крышей дома, но мы ведь можем поискать приключений на стороне? Ты видел, как на нас рыжая ведьмочка смотрела?»
— Можем. Но знаешь, я помню обрывки твоих воспоминаний. Десятки женщин…
«Вообще-то сотни, и это только если за год считать», — перебил меня Раскалов.
— Что?
«Ну ладно, десятки»
— Десятки женщин, водоворот и карусель плоти во время которого теряется интерес, процесс превращается в рутину. Какой-то фестиваль случки в поисках неизвестно чего, в результате которого тебя еще и убили.
«Это кто тебя таким словам научил?»
— Это я по собственному впечатлению.
«Братиш, это печальное впечатление»
— Какое есть.
«Ладно. Слушай, я готов смириться с тем, что ты будешь думать над моим вопросом и даже потом замылишь эту тему, подарив мне пару раз свидание с проституткой. Но дай мне одно обещание: Арина Александровна»
— Слушай, вот здесь давай я уже без тебя разберусь.
«Ладно, я не мог не попробовать. Нам нужен кузнец и музыкальный магазин, где можно купить бас-гитару», — резко сменил тему Раскалов.
— Что?
«Чтобы сделать оружие, нужен кузнец — желательно самый лучший в губернии, и музыкальный магазин, где можно купить бас-гитару»
— Магазин не обязательно лучший в губернии?
«Я думаю в этой губернии всего один музыкальный магазин с бас-гитарами и скорее всего он находится в самом центре Тамбова. Так что нужно просто уточнить, работает ли он в выходные. Вот с кузнецом сложнее, но его найти надо как можно скорее, работа непростая и небыстрая»
Достав телефон, я подумал немного и набрал номер. Трубку довольно долго не снимали, но вскоре раздалось заспанное «Алло».
— Арсентий Савельевич, доброе утро. Это ваш друг и коллега, Нико Вайс беспокоит.
— Доброе… — Хряпунов замер на полуслове.
Видимо тоже, как и я сейчас посмотрел на часы и увидел, что время к пяти утра только приближается. Ну, как приближается — четыре часа семь минут. Хотя технически от четырех к пяти стрелка двигается, значит приближается к пяти, а пять утра — уже более прилично, чем четыре.
— Арсентий Савельевич, мне категорически нужна ваша помощь.
— Да-да, конечно. К слову сказать, чем могу? — Хряпунов понемногу просыпался.
— Мне нужен кузнец. Желательно самый лучший в Тамбовской губернии, а еще нужен музыкальный магазин. Хороший, где можно купить бас-гитару. Как местный и уважаемый в Моршанске человек, поспрашиваете у знакомых на предмет?
— К слову сказать, сегодня уже воскресенье, и опять же по-хорошему…
— Арсентий Савельевич, на кону наши будущие победы.
— Да-да. Я понял, да, конечно. Опять же по-хорошему я сейчас не со всеми могу связаться, но часам к девяти утра вам перезвоню.
— С нетерпением жду, спасибо, — завершил я вызов.
«Почему ты Благочестивцеву не позвонил? Зачем тренера в это дело втягиваешь?»
— Нельзя нагружать людей слишком большим объемом забот. Господин директор мне поможет в другом.
«В чем же?»
— Нужно договориться с ним об использовании школьной лаборатории.
«Ты собираешься варить стекло в женской гимназии?»
— А где еще его варить, здесь? Ты знаешь, сколько дыма в процессе выделяется? Или, может быть, нам купить трейлер и уехать куда-нибудь в лес или в поле, чтобы нас потом в этом трейлере и взяли за жабры? Это же химико-некрологические процессы, там все птицы в округе передохнут, да и вообще любой коптящий сарай вызывает как минимум недоумение и вызов полиции.
«Ладно, братиш, не газуй. Я понял, делим сферы ответственности
