Нежданная кровь - Эльхан Аскеров
– К такому, случись беда, помощи не посылать, – жёстко отрезал Беломир. – И про то казакам сразу на сходе кричать. Пусть знают, чем глупость одного для всех обернуться может. Интриг княжеских нам тут не надобно. И без того чернорясные, почитай, весь уклад старый порушили и землю нашу под себя подмяли.
– И верно. Иного и не надобно, – оживился Елисей. – Коль так сложится, казаки того воеводу сами скинут. Тут почитай все знают, что станы наши живы, пока мы одним кулаком держимся. А как станем каждый за себя драться, так все и загинем.
– Да уж, придумали мы себе докуку, – вздохнул Беломир, ероша отросший хвост волос.
– А что делать прикажешь, брате? Сам сказал, иначе не выстоять нам, – развёл казак руками.
Их беседу прервала Дамира. Выйдя из дома, женщина окинула пустой стол удивлённым взглядом и, ехидно усмехнувшись, с ходу поддела парня, лукаво пропев:
– Ты никак приболел, Беломир?
– Здоров я, – отмахнулся парень, пребывая в своих мыслях.
– А чего ж тогда гостей не угощаешь? Иль не рад их видеть? Или чаю пожалел?
«М-да, косяк», – мысленно хмыкнул Беломир, признавая её правоту.
– Дело уж больно серьёзное, потому и забыл, – произнёс он, поднимаясь.
– Сиди уж. Сама спроворю, – рассмеявшись, махнула Дамира рукой. – Всё одно мне ваши штуки механические непонятны.
– Не про них речь, – вздохнул Елисей, качая головой.
– Добре, сейчас стол накрою да послушаю, чего вы там опять задумали, – удивлённо хмыкнув, пообещала амазонка.
Женщина медленно, но верно прибирала к рукам всю хозяйственную сторону жизни в доме. Со скуки и не такое учудишь, по её же собственному выражению. Впрочем, Беломиру это никак не мешало, и потому возражать или как-то оспаривать это он и не думал. В доме всегда было чисто, имелось что поесть, а больше ему и не требовалось. Уж постирать свои тряпки и помыть за собой посуду было проще пареной репы.
Дамира вынесла из дома пирог с ягодой и, расставив тарелки, принялась разливать чай. Глядя на её ловкие движения, парень продолжал обкатывать про себя всё услышанное, но ничего умного придумать не мог. Казаки привыкли жить вольно и любую власть воспринимали в штыки. Тут было только одно исключение. Большая драка. Приказы командиров в бою исполнялись чётко и без всяких оговорок.
Присев к столу, женщина глотнула чаю и вопросительно посмотрела на Елисея. Понимая, что должен ей что-то объяснить, казак принялся коротко пересказывать всё, о чём они говорили. Внимательно выслушав его, Дамира на несколько минут задумалась, а после прямо заявила:
– Сложится у вас только тогда, когда вот он, – тут она ткнула пальцем в парня, – заставит всех воевод себя слушать. Уж прости, Елисей, но даже вам, характерникам, с ними не сладить. А вот его слушать станут.
– Это с какой пьяной радости? – охнул Беломир, от удивления забыв, где находится.
– А с такой, что ты один знаешь поболе, чем все они, вместе взятые, – отрезала амазонка. – Я знаю. Сама такой была, – грустно добавила она, поднося к губам кружку.
* * *
Очередной выход в разведку Беломиру пришлось совершить с Елисеем. Как оказалось, Лютый обычно ходил один, но оценив все преимущества наличия напарника, решился попросить парня о помощи. Всё началось с того, что один из казачьих разъездов приметил в степи странную кавалькаду всадников. Чем они были странны и почему привлекли внимание казаков, Беломир так и не понял, но после всего случившегося был уверен, что всех подобных пассажиров нужно проверять сразу.
Из станицы они ушли спустя сутки после получения известия. Елисей, то и дело оглядываясь на парня, а точнее, на его коня, только вздыхал и головой качал. Будь он один, давно бы уже был в том месте, где приметили неизвестных. Но жеребец парня не выдержал бы подобной скачки. Заметив его реакцию, Беломир понимающе вздохнул и, не удержавшись, проворчал, погоняя своего рысака:
– Ну, прости, друже, нет у меня скакуна породистого. Да и не умею я на них ездить.
– Наука нехитрая. К тому же ты и теперь добре в седле держишься, – хмыкнул казак в ответ, умудрившись расслышать его ворчание даже сквозь конский топот. – А с буланым твоим что? Всё никак не сладится?
– Пугать его не хочу, – вздохнул Беломир, понимая правоту казака.
Трофейный конь, доставшийся от хазарина, ни в чём бы не уступил его Серому. Это даже такому дилетанту, как Беломир, было понятно. Но ехать на нём в поле, тем более воевать, парень пока был не готов. Елисей был прав, и между ними никак не складывалось наладить доверие. Конь или боялся своего нового хозяина, или просто не верил ему, ожидая боли или чего-то подобного. Вот и маялся парень, выезжая в степь на степном косматом коньке.
Во второй половине дня они выехали к точке, откуда казаки видели неизвестных, и Елисей, быстро осмотревшись, уверенно повёл их небольшой караван дальше. Ещё примерно через час они добрались до тропы, которой прошли всадники, и казак, спрыгнув с коня, принялся осматривать след. Стоя в сторонке, Беломир внимательно отслеживал каждое его движение, мысленно жалея, что никогда не служил в разведке и подобных навыков просто не имеет.
Ещё минут через двадцать Елисей снова вскочил в седло и, оглядевшись, задумчиво протянул:
– Странные они. Полтора десятка коней, из них три заводных. Давно идут.
– А что у нас в той стороне? – осторожно поинтересовался Беломир, кивая туда, куда вёл след неизвестных.
– Да вроде как ничего, – удивлённо проворчал казак, подумав. – Станов наших там точно нет. Лес только.
– И чего простым людям в лесу делать? – задал Беломир следующий вопрос.
– Думаешь, шкоду какую удумали? – моментально подобрался казак.
– Не знаю. Может, и так, а может, кто-то от князя или боярина своего сбежать решил, – мотнул парень хвостом.
– Теперь так редко бывает, – качнул Елисей чубом. – Боятся люди в бега идти. Да и холопы княжьи таких быстро переймут. Знают, не станет людей, что в поле работают, им и самим не жить. Останется только на тракт с разбоем идти.
– Поехали, друже. Гадать долго можно, а узнать надо, – вздохнул Беломир.
– То верно, – кивнул казак, сжимая колени.
Могучий породистый жеребец взял с места широкой рысью, с ходу оставив Беломира и заводного коня далеко позади. Понимая, что гнаться за ним бесполезно, парень испустил очередной вздох и, толкнув своего степняка каблуками, повел его привычной рысью. Таким аллюром его косматый
