Блюдо, которое подали холодным - Сергей Линник
Уже вечером, когда начало смеркаться, на полуторке приехал первый пацан, Мишка Картуз. Это он так просил себя называть. На машину прицепили какие-то левые номера, перегрузили ящики с метизами и пулемет, и потихоньку поехали на Каменный мост. Часов в десять грузовик заглох у обочины и водитель полез под капот разбираться, почему эта железяка не хочет ехать.
Минут через десять возле них остановился мотоцикл ОРУД и целый старшина долго проверял документы и путевые листы, смотрел под капот, а потом даже залез в кузов, но, запутавшись ногами в распустившейся бухте проволоки, полез назад. Ни Сидора, ни Матвея он не заметил.
Еще через двадцать минут возле кремлевской стены кто-то попытался зажечь фонарик, который трижды загорался и тут же тух. Наверное, контакт был плохой. Пулемет лег на подпорки в ожидании. Сидор передернул затвор, еле дотащив тугую железяку до щелчка, и вдруг понял, что у него вспотели ладони. Он вытер их о полы бушлата, потом еще раз, так как они снова намокли. А потом уже было некогда.
Тяжелый ЗИС плавно повернул на мост и не спеша поехал. Разгоняться не было никакой нужды — пока наберешь скорость, и тормозить уже надо. Расстояние становилось всё меньше и меньше, а Сидор как завороженный смотрел на приближающиеся фары. Наконец, не выдержал Матвей и почти крикнул ему в ухо: «Чего ждешь? Давай же!». Он поправил ствол и нажал на спусковой крючок.
Он увидел, как первая пуля попадает в толстенное лобовое стекло, которое сначала пошло змеистыми трещинами, а потом рассыпалось, сразу после второго попадания. Третья пуля попала в водителя, а через какие-то мгновения следующим попаданием разнесло в клочья сидевшего рядом с ним охранника, после этого прилетело и в пассажира. А потом время закрутилось с обычной скоростью, и он отпустил спусковой крючок. Боец Сидор стрельбу закончил. Цель поражена.
Хотелось выпрыгнуть из кузова, подойти к врагу и все же плюнуть на его труп, но он понимал, что времени в обрез, сейчас тут будет очень людно. Оказалось, думал так не только Сидор. Не успел он крикнуть Матвею: «Ходу!», как машина, дернувшись, рванула с места и полетела со всей возможной скоростью по Большой Якиманке, да так, что чуть не проехала нужный поворот. В Первом Спасоналивковском полуторка загорелась, чему сильно поспособствовали две бутылки смеси бензина с гудроном. Пока они дошли до Большой Полянки, сзади уже пылал неслабый огонь и кто-то кричал в темноте, чтобы звонили пожарным.
«Эмка» простояла в ожидании несколько часов, и второй добровольный помощник, Костя Леший, дал по газам как только они сели внутрь.
***
Сидор пришел домой уже под утро. Устал как собака. Думать, стало ли ему легче, не хотелось. Наверное, нет. Ведь смерть врага — просто смерть. И жизни ничьей не вернула. Просто он сделал то, что должен был.
И что дальше делать, думать не было никакого желания. Здесь его уже ничего не держало. Что ему эта квартира и сундук с деньгами? Надо собираться и ехать. Вон, адрес есть, а границу всегда перейти можно, главное, знать у кого спросить, как.
Разделся и полез мыться в ванную. В горячей воде наконец-то отпустило. Сидор даже задремал, буквально на минутку, но успел увидеть прекрасный сон.
Откуда-то появились лица таких дорогих ему людей, которых он потерял за свою жизнь. Сначала они кружили кучей, похожей на развешанные на стене фотографии, а потом разделились и пошли одно за другим, улыбаясь Сидору и радуясь, что встретились наконец.
Трифон.
Григорий.
Батя.
Матушка.
И Софико, его любовь, шагнула к нему и протянула руку.
Послесловие
Спасибо, это всё. Весь Сидор Иванович. Никакого продолжения, где он заведует рестораном русско-грузинской кухни “Софико” и передает полезный жизненный опыт маленькому Марку. Больше ничего.
Я хотел показать жизнь человека, живущего осуществлением своего обещания. И вырвал из этой жизни только интересующие меня куски. Остальное осталось за кадром. Разжевывать в многотомной эпопее день за днем его существование, присовокупляя цветистые метафоры и выдумывая шуточки было бы слишком жестоко по отношению к персонажу и слишком несправедливо по отношению к автору. Или наоборот? Уже и не разберешь.
Я очень надеюсь, что вы увидели в этой книге не стрельбу и ограбления под гипнозом, а боль и печаль от утраты, тоскливое одиночество и жажду простого счастья - быть рядом со своими близкими.
Благодарности
Моей жене Танечке за поддержку и веру в то, что и эту книгу я смогу закончить.
Моему редактору Perrycox за оперативность и терпение. Эта книга была бы намного хуже без твоих красных вкраплений в текст черновика.
Николаю за поиск информации. Без тебя книга бы писалась намного дольше.
Александру Поволоцкому за сведения о военной медицине.
Sal, Дибутил Фталат, Олег - ваши попытки графического воплощения главного героя бесценны.
Спасибо всем, кто помогал искать материалы, поддерживал добрым словом и пытался (иногда небезуспешно) вселить в автора энтузиазм, когда его не хватало. Всем, кто замечал неточности, задавал вопросы (иногда даже вредные!) и просто сообщал о своих впечатлениях от книги - вам, читатели, моя отдельная благодарность.
