Нежданная кровь - Эльхан Аскеров

– Да ты хоть знаешь, как его везти сюда?! – взвыл купец, размахивая руками.

– На то и жизнь купеческая. Какой ни есть товар, а всё одно везти надобно, – равнодушно хмыкнул Беломир. – С того и живёшь.

– Выходит, обманули меня? Сказывали, казаки народ щедрый, да и сталь им сильно потребна. А вы?

– А что мы? – не понял парень. – Ты, почтенный, щедрость с глупостью-то не путай. Сталь да железо разное нам и вправду потребны, да только по той цене, что ты ломишь, они нам золотыми встанут. Нет, почтенный. По твоей цене мы ничего брать не станем. Мы свою деньгу кровью добываем, – подытожил Беломир, поворачиваясь к нему спиной.

– Это что ж выходит, мне теперь весь товар обратно везти? – растерянно уточнил купец.

– То твои дела, – равнодушно пожал Беломир плечами. – Погоди до скончания торга, может, кто и купит.

– Так он через три дня кончится, – развёл купец руками.

– А от меня-то ты чего хочешь? – удивился парень. – Сказано, по твоей цене я ту сталь брать не стану. Векша, а как товар у него? – вдруг повернулся он к приятелю.

– Латунь добрая. А вот сталь не очень, – спокойно отозвался кузнец. – Я у других купцов лучше брал. Да только не пришли они в этот раз.

– Бывает, – понимающе кивнул Беломир.

– Это как так, сталь плохая?! – снова взвыл купец. – Да что ты в том понимаешь, рожа немытая.

– Рот закрой, – рыкнул парень так, что купец поперхнулся и, резко замолчав, осторожно отодвинулся назад, поближе к слугам. – Что понимает, спрашиваешь? – зашипел Беломир, вытягивая из ножен кинжал. – А вот это ты видал?

– Никак булат! – ахнул купец, разглядев на клинке знаменитый узор.

– Он и есть. И ковал его вот он, – ткнул кинжалом в сторону приятеля парень. – Так что в железе всяком он получше всех вас вместе понимает.

– Постой, казак, – вдруг оживился купец. – Давай меняться.

– И чего тебе надобно? – насторожился Беломир.

– Сколь у тебя таких клинков имеется? – быстро спросил купец.

– Один и есть, – пожал парень плечами. – Шашку свою я тебе всё одно не отдам. К ней привычку иметь надобно. Да и нельзя тут без оружия. А ножи мои тебе и не продать будет. Их Векша под меня ковал.

– И что, никто кроме тебя более тех ножей и пользовать не сможет? – не сдавался купец.

– Ну, может, и есть где умельцы такие, да только я их не знаю, – отмахнулся Беломир. – Да и ковались они под мою руку.

– Выходит, не станешь меняться? – уточнил купец с обречённостью в голосе.

– Ты, почтенный, который раз на наш торг приходишь? – удивлённо спросил парень.

– В первый раз пришёл. Да только мыслю, что более и не приду.

– То дело твоё. Да только прежде, чем цены задирать, надо было по торгу пройтись да узнать, как другие купцы торгуют. А ты решил всё под себя гнуть. Не будет тут так, – отрезал Беломир, окончательно теряя интерес к разговору.

– Сталь, говоришь, плоха? – повернувшись к Векше, уточнил вдруг купец.

– Варили её второпях, – кивнул кузнец. – Станешь из неё лить чего, а оно после ломаться станет. Да и заточки держать не будет.

– И ты всё это вот так, с одного погляда понял? – не поверил купец.

– За такое любой толковый коваль знает, – отмахнулся Векша. – Наука нехитрая. Глаз только зоркий иметь надобно.

– А у тебя, значит, зоркий, – зло усмехнулся купец.

– Не жалуюсь, – пожал кузнец плечами. – Да и стали разной немало повидал. Давно делом кузнечным промышляю. Всякое видеть доводилось.

– На службу ко мне пойти не желаешь? – вдруг спросил купец.

– С чего бы? – растерялся Векша. – Я в станице своей сам себе хозяин, а ты, небось, станешь булата секрет требовать да вечно ковать его тебе заставишь. Нет уж. Я казак вольный, мне хозяева не надобны.

– Не станет вас вскорости, – помолчав, зло усмехнулся купец. – Вот соберёт князь войско и похолопит всех. Вспомнишь тогда меня.

– Ну, до того ещё дожить надобно. Тому же князю, – фыркнул в ответ Беломир, хищно усмехаясь. – А в жизни нашей всяко бывает. И князья иной раз мрут, аки мухи. Шёл бы ты отсель, почтенный, подобру-поздорову.

– Добре. Свидимся ещё, – со скрытой угрозой пообещал купец и, круто развернувшись, тяжело затопал куда-то восвояси.

– Твою мать! Дожили, – прорычал Беломир, глядя ему вслед. – Нас уже купец какой-то пугать задумал.

– Ты чего, брате? – удивился Векша, давно не видевший приятеля в таком состоянии.

– Ты к его стоянке ходил, много там народу с ним? – не отвечая, спросил парень.

– Я слуг с десяток видел, да два десятка воев, навроде холопов боевых, – подумав, ответил кузнец.

– Три десятка, значит, – задумчиво протянул парень.

– Мыслишь, что знает тот купец много? – подойдя, понимающе уточнил один из казаков.

– Верно. И то, что ему известно, нам бы знать надобно, – решительно кивнул Беломир.

– Так может, опосля торгу в степи переймём? – азартно предложил казак.

– Одёжу татарскую добыть сможете? – повернулся к нему парень.

– А сколь надобно? – деловито поинтересовался боец.

– Нас тут три с половиной десятка. Десяток с караваном оставим, остальные в степь пойдут. Выходит, на два десятка и надобно.

– Добре, найдём, – решительно кивнул казак, ввинчиваясь в толпу.

– Это ж разбой, друже, – подойдя, тихо прогудел кузнец. – Татьба, а не бой честный.

– Не так, брате, – качнул Беломир головой. – Купец этот от злости чуток того сказал, что обычно сказать и не помыслил бы. Выходит, знает он намного того более. И о том, что ему известно, нам знать надобно, потому как я и без него слышал, что какой-то князь супротив нас поход затевает. Хочет все станы наши порушить, а нас холопами забрать. Вот и думай, брате. Крепко думай.

– О чём? – не сообразил Векша, слушая его едва не раскрыв рот.

– А о том, хочешь ли себе судьбы такой и, того более, Ладушке своей. Про Верею и спрашивать не стану. Ей такая жизнь нож острый.

– Мыслишь, сумеешь у того купца вызнать всё? – хмуро спросил кузнец.

– А тут, друже, как спрашивать, – хищно усмехнулся Беломир.

– За поход княжеский тебе Расул сказывал? – помолчав, поинтересовался кузнец.

– Он. Сам в том городище был и своим глазом всё видел. Потому и хочу узнать, не ошибся ли перс.

– Расул купец умный. Просто так брехать не станет, – вздохнул Векша.

– Вот и я про то, – кивнул Беломир. – Да ты не журись, друже. Тебе всё одно доведётся караван в станицу вести. С остатним сами решим.

– Погоди! А ты как же? Это что же, я тебя