Маньчжурский гамбит. Том 2 - Павел Барчук

— Ты сегодня искал медь? Спрашивал? «Разведчиков» отправлял в город?

— Отправлял, Павел Александрович, — Селиванов тяжело вздохнул, — Наш грузинский князь и еще трое. Если говорить точнее, они ездили на Пристань, к скупщикам. Медь исчезла. Совсем. Говорят, японцы из «Иокогама Спеши Банк» выгребают всё подчистую. И листы, и лом, и даже церковную утварь. Где за деньги, а где и так — за «спасибо». Складывают на портовых пакгаузах под охраной. Готовят к отправке в метрополию. Стратегический ресурс.

Японцы… Любопытно…

— Значит, официально купить не выйдет, — констатировал я. — А неофициально?

— Есть один человечек на КВЖД, в ремонтных мастерских. Познакомился с ним, еще когда стояли на Восьмой ветке. У него, вроде как, имеются несколько листов. Но он просит за них золото. И еще… поговаривают, в Старом Харбине на одном заброшенном пивном заводе остались медные чаны. Но там сейчас территория хунхузов. Те за медь горло перережут не раздумывая.

— Хунхузы, значит… Пётр, готовь на завтра выезд. Надо посмотреть на этот завод со стороны. Подумать. Профессор, — я повернулся к Бессонову, — составьте точный список. Сколько конкретно нужно меди и какой. Мы не можем позволить себе роскошь ошибаться.

Бессонов кивнул, принялся что-то чёркать на своей бумажке. А мы с Селивановым отправились к бане. Мне и самому хотелось помыться. Считай две недели, как оказался в одна тысяча девятьсот двадцатом году и до сих пор ни разу нормально не искупался.

Утро следующего дня началось с глухого раздражения. Я проснулся, приготовился к перевязке. Однако Манью не появилась. Ни через полчаса, ни через час. Просто не пришла.

Возможно, это связано со вчерашней сценой. Когда китаянка распсиховалась от невинного намека на симпатию.

В итоге, так и не дождавшись внучку мастера Шэня, я отправился к Сергею Петровичу. Все это, конечно, прекрасно, но хотелось бы, чтоб рану проверили и перебинтовали.

— Не приехала? — удивился доктор, разматывая мои бинты. — Странно. Вообще она пару дней назад оговорилась, что ей почитай еще неделю к вам ездить.

Я промолчал. Воздержался от комментариев.

Когда повязка была снята, Сергей Петрович замер. Наклонился к самой моей груди, будто не верил своим глазам.

— Невероятно… Просто физиологический нонсенс.

— Что там? — хмуро спросил я.

— Потрясающе! Рана практически закрылась. Края стянулись так, будто прошел месяц, а не пять дней. Удивительно.

Доктор минут пять охал и ахал, потом все-таки обработал рану, наложил повязку. Я благополучно вернулся к себе. Походил по кабинету. Подумал. Психанул.

Не пришла — да и ладно. Как говорится, умер Ефим — черт с ним.

Вместо того, чтобы маяться ерундой дальше, занялся насущными делами.

Во-первых, мне сегодня надо заглянуть в Управление КВЖД и самолично сдать вагоны. А то знаю я, как это бывает. Если не получу бумажку со всеми подписями и печатями, что эшелон был возвращен железной дороге, эта железная дорога через месяц выставит мне какой-нибудь счет. Украли, пропали, сгорели. Что угодно. А так — сдал? Сдал. Все. Идите лесом.

Потом проведаю Соломона. Имеется у меня к нему деловой разговор. А дальше… Будем решать по факту.

— Тимофей, — позвал я вахмистра, — ты говорил, Шаховская передала для меня вещи своего покойного сына. Где они? Там найдётся приличный костюм? У нас сегодня важная встреча.

— Да, ваша светлость, — оживился вахмистр. — Вера Николаевна не просто отдала, а сама всё пересмотрела, почистила. Очень приличные вещи, я мигом!

Тимоха выскочил в коридор, но быстро вернулся. На его руке, согнутой в локте, будто вахмистр не вояка, а официант, висело несколько костюмов. Вместе с одеждой он принёс плотный конверт.

— Вот, ваше сиятельство. Вот — одежда. А ещё… Нарочный приходил. Только что. Сказал, лично в руки князю передать.

Я взял конверт. Покрутил его. Бумага плотная, дорогая, с вензелями. Сургучная печать. Любопытно…

Открыл. Внутри оказалось послание, написанное витиеватым каллиграфическим почерком.

«Господин Ван Цзинчунь, заместитель начальника службы пути КВЖД, будет весьма признателен, если князь Арсеньев почтит его своим присутствием для дружеской беседы. Сегодня. В одиннадцать часов, до полудня».

Я усмехнулся. Покрутил бумажкой, показывая ее Тимофею.

— Кажется, на ловца и зверь бежит. Меня хотят видеть в КВЖД. Сегодня. Вроде бы вежливо приглашают. Но при этом указали точное время. Азиаты… Любят они все прятать за своими шёлковыми любезностями.

— Кто приглашает, Павел Саныч?

— Да какой-то Ван Цзинчунь. Ладно. Все равно собирался к ним наведаться. Надо закрыть вопрос с эшелоном. Давай, Тимофей, костюмы. Будем выбирать.

Через полчаса я уже стоял переодетый, причёсанный, но по-прежнему раздражённый. Чертова Манью! Засада мне в голову. Не могу никак выкинуть из мыслей факт ее отсутствия.

Подошел к зеркалу, которое Тимоха притащил с первого этажа. Оценил свой внешний вид.

Неплохо. Костюм погибшего Шаховского сел на меня идеально. Тимофей тоже преобразился. Я велел ему найти в нашем гардеробном «общаке» пальто и шляпу. Теперь он выглядел как заправский агент охранки. Правда, чувствовал казак себя в «гражданском» скованно.

— Тимофей, ну надо. Понимаешь? Мы должны соответствовать тому статусу, который заявляем. А ты не просто вахмистр и моя круглосуточная охрана. Ты, Тимоха, — правая рука. Самый близкий и надежный соратник. Так что шинель теперь одеваем только в случае необходимости. Вообще, по-хорошему, нужно найти портного и заказать у него приличной одежды.

— Да я понимаю, ваше сиятельство, — вахмистр тяжело вздохнул, посмотрел на меня с надеждой, — Но мне ведь не каждый день в таком виде надо ходить?

— Не каждый, — усмехнулся я, — Только когда предстоят деловые встречи. Теперь давай, бегом разыщи князя Михаила. Сегодня нам может понадобиться его знание языков.

Тимоха рванул выполнять мое распоряжение. Ну и заодно, собирался найти нам транспорт.

Кстати, насчёт транспорта. При первой же возможности надо будет приобрести себе автомобиль. Не ради шика, а исключительно с практичной точки зрения.

Лесопилка находится чуть в стороне от главных улиц и центральных районов. Каждый раз, когда надо выехать, Тимоха бежит хрен его знает куда, чтобы найти извозчика. Лишняя трата времени.

Я вышел на крыльцо минут через двадцать. Морозный воздух привычно хлестнул прямо в лицо.

Во дворе уже стояла пролетка, возле нее топтался Михаил. В строгом костюме, галстуке, в сером пальто.

— Хорошо выглядите, князь, — отметил я.

— Благодарю, Павел. Вера Николаевна помогла подобрать соответствующий гардероб. Она сказала, намечаются серьёзные встречи?

— Верно, — кивнул я, — Вас беру с собой на всякий случай. Вдруг понадобится переводчик. Меня пригласили к одному китайцу. Письмо прислали на русском, но не факт, что оно написано лично. Даже, скорее наоборот.

Мы уселись в пролётку. Тимофей — на облучке, я и Михаил