Красный шайтан - Валерий Николаевич Ковалев
– Насчет мавра не знаю, не слыхал, – нахмурился Шульга. – Но иного выхода у нас нет. Сами понимаете.
– Ладно, мы подумаем, – кивнул Поспелов. – А пока давайте пообедаем, вы как-никак гость. Дежурный!
В двери появился Музафар.
– Прикажи накормить бойцов, что приехали, а лошадям задать овса.
– Яхши, – приложил тот к груди руку.
На обед все втроем прошли к начальнику, где в беседке Соня уже накрывала стол. Михаил представил гостя, все расселись по местам, и жена, пожелав приятного аппетита, ушла кормить в дом дочек.
Пока Корх, орудуя половникам, разливал по тарелкам борщ, Михаил вынул пробку из стеклянного графина, разлил по стопкам.
– За знакомство, – поднял свою стопку, выпили, стали есть.
– Домашний, давно не ел такого, – оценил первое гость.
– Из дома-то давно? – подул в ложку Корх.
– А как призвали на службу, так больше и не был, сначала война, потом революция.
– И где служили?
– В Либаве, на эсминце «Новик», минёром.
– Далековато занесло, – покачал головой Михаил.
– Это да, – кивнул бывший матрос.
Под тушеную картошку с бараниной выпили по второй, закурили, а потом вернулись к казармам. Там тоже начинался обед. Повар наливал бойцам в котелки суп, помощник оделял хлебом, те рассаживались за вкопанным под деревом столом и с аппетитом ели.
– Ну что? Приятно было познакомиться, спасибо за хлеб-соль, – пожал руки офицерам гость. – Жду вас, Михаил Дмитриевич, завтра в Ашхабаде с решением. Вот пропуск, – достал из полевой сумки и протянул бумагу с печатью. – Только погоны снимите. А то наши ненароком шлепнут.
– М-да, круто заворачивает, – поиграл темляком шашки Корх, когда тачанка, выехав с территории, запылила по дороге. – Что будем делать, господин ротмистр?
– Думать, Сережа, думать.
К вечеру, взвесив все «за» и «против», решили продолжить службу. Сказалась привычка и то, что новая власть поддерживалась народом, а это для них было главным.
На рассвете Поспелов выехал по назначению. На нём была выгоревшая полевая форма без погон, из оружия маузер через плечо и шашка. Ворон шел ходкой рысью, долина вскоре осталась позади, за перевалом открылась волнистая, с россыпью алых маков степь и уходящая вдаль дорога.
В областной центр он добрался к полудню, город походил на муравейник: на вокзале разгружался воинский состав, улицы были запружены пехотой с кавалерией, по булыжникам катили в запряжках артиллерийские батареи. С интересом осматриваясь, Михаил неспешно продвигался к центру, пока не был остановлен патрулем.
– Куда следуете? – задрал голову старший. – Документы.
Михаил достав из кармана пропуск протянул, а когда тот, шевеля губами, прочел, спросил:
– Где находится реввоенсовет?
– Во дворце бывшего губернатора, – вернул начальник патруля бумагу.
Доехав до знакомого здания, за оградой которого что-то разгружали, а у парадного входа стоял часовой, Михаил спешился у коновязи, где стоял ещё десяток оседланных лошадей. А когда привязывал к ней повод, услышал за спиной звук клаксона.
Обернулся, во двор въехал зеленый «Руссо-Балт», остановившись у подъезда, из него вышли незнакомый, перетянутый ремнями человек и вчерашний гость.
– Товарищ Шульга! – направился к ним Поспелов.
Когда подошел, Шульга пожал ему руку и представил незнакомцу:
– Тот самый ротмистр, Михаил Васильевич.
– Будем знакомы, – протянул руку незнакомец. – Командарм Фрунзе. Так вот вы какой, – внимательно оглядел.
Одних лет с Михаилом, Фрунзе был невысоким, крепко сбитым и с приятным открытым лицом.
– Ну, пойдем, – втроем направились к входу. Внутри здания тоже было довольно людно – вверх и вниз бойцы таскали какие-то ящики и сейфы, поднялись на второй этаж в приемную, где стучал телеграф, какой-то военный читал выползавшую из него ленту, а второй говорил с кем-то по телефону.
– Ко мне никого не пускать, – бросил ему командующий.
Вошли в просторный кабинет с большой картой Туркестана на стене.
– Прошу, – Фрунзе указал на приставной стол, а сам, сняв фуражку, уселся за рабочий.
– И так вы подумали? – взглянул на Поспелова.
– Да, – последовал ответ. – Согласны служить трудовому народу.
– Ну, вот и отлично, – качнул Фрунзе лобастой головой. – Теперь о главном. В ближайшее время мы планируем наступление на Хиву с Бухарой с целью ликвидации там существующего режима и установления советской власти. А поскольку со сторону Персии ему может быть оказана военная помощь, ваша задача, товарищ Поспелов, перекрыть границу.
– Понимаю, – ответил, тот. – Однако моих наличных сил не хватит.
– Мы подумали об этом, – переглянулся с Шульгой, – ваш отряд получит необходимое пополнение. Подчиняться будете мне и Реввоенсовету.
– В таком случае вопросов нет, задача ясна, – утвердительно кивнул ротмистр.
– Тогда удачи, всеми организационными вопросами займется Виктор Петрович.
На этом стороны распрощались, и они с Шульгой вышли из кабинета.
– Давай для начала перейдем на ты, – предложил в коридоре бывший матрос. – Два дня общаемся, считай, старые знакомые.
– Не возражаю, – чуть улыбнулся Михаил.
– Молодца, – толкнул его в бок. – А теперь подожди во дворе, я быстро.
Поспелов спустился вниз и, выйдя наружу закурил, переваривая все услышанное. Взять под контроль границу, которую раньше охраняла целая бригада, казалось проблематичным, но он верил в свои силы. К тому же батальон – это уже что-то.
– Держи, – прервал его размышления появившийся из дверей Шульга и вручил бумагу.
Это был приказ командующего Туркестанской армией о назначении Поспелова Михаила Дмитриевича командиром особого пограничного батальона, с подписью Фрунзе и гербовой печатью. Прочтя, Поспелов аккуратно сложил его и положил в бумажник:
– Что дальше?
– А дальше пора пашамать, – вынув карманные часы, отщелкнул Шульга крышку. – Пойдем, здесь рядом.
Обошли дворец с тыла и направились к кирпичному флигелю позади.
– Здесь у нас комендантский взвод, – пояснил Шульга, войдя во флигель первым. Внутри было что-то вроде небольшой столовой, где, сидя на лавках за столом, подкреплялось отделение бойцов.
На раздаче оба получили по миске пшенной каши, куску черняшки и кружке морковного чая. Поев, вышли наружу.
– Ну а теперь, Михаил Дмитриевич, отправляйся назад, – свернул самокрутку Шульга, – и готовься к приему пополнения. А я тут пошурую, – чиркнул спичкой. – Кстати, вместе с ним пришлю тебе комиссара.
– Для чего он мне? – озадачился Михаил.
– У нас так положено. Для политического руководства и надзора.
– Ну, коли так, присылай.
Вернувшись назад, пожали друг другу руки, и, сев на коня, Поспелов выехал с территории штаба. На окраине города у него снова проверили документы, на этот раз Михаил предъявил приказ, и вскоре копыта Ворона застучали по степной дороге.
Через десяток верст он свернул чуть в сторону и остановился у знакомого ключа. Там, напоив коня, пустил его попастись на молодой травке, а сам улегся на спину и, заложив руки за голову, стал смотреть в высокое голубое небо, где трепетал жаворонок.
На территорию отряда он въехал
