Таривердиев - Анна Михайловна Ветлугина
Таривердиева такое предложение не обрадовало:
– Эльдар, я плохо себе это представляю.
Рязанову стало совсем неудобно, и он дал Микаэлу Леоновичу почитать сценарий с двумя выбранными стихами для песен – Цветаевой и Евтушенко. Они совершенно не подходили под жанр будущего фильма, казались слишком серьезными для легкой лирической комедии. Таривердиев подумал и обложился поэтическими сборниками. Помимо Цветаевой, взял еще поэзию своей близкой знакомой Беллы Ахмадуллиной, Пастернака, других хороших поэтов… Выбрал из всего десять текстов, на свой страх и риск сочинил двенадцать песен и принес их на суд всей съемочной группе Рязанова. Половину из них тут же утвердили, и режиссеру пришлось отказаться от идеи задействовать в фильме нескольких композиторов.
Правда, есть версия, что планировалось пригласить не семерых, а четверых композиторов, среди которых был и Андрей Петров, постоянный соавтор Рязанова. Возможно, режиссер хотел таким образом извиниться перед Петровым за досадное несовпадение творческих графиков. По этой версии, все композиторы согласились, но потом отказались, сославшись на занятость, и остался один Микаэл Леонович.
Сказать, что фильм стал популярен, – это значит ничего не сказать. Работа Рязанова из любимой кинокартины превратилась в настоящую народную традицию. Много десятилетий его показывали под Новый год, и все воспринимали это как должное, снова и снова пересматривая сцены, которые уже знали наизусть. Явление под названием «Ирония судьбы, или С легким паром!» оказалось шире российских границ. В 2022 году, спустя почти полвека после выхода фильма Эльдара Рязанова, в Голливуде сняли фильм «About Fate» («О судьбе»). В аннотации сообщается, что снят он на базе русской «Иронии судьбы». Вот так выглядит текст анонса:
«Марго и Гриффин вполне могут стать идеальной парой. Единственная проблема в том, что они никогда не встречались, и оба собираются связать себя узами брака с другими людьми. Но все это вот-вот изменится, когда судьба сведет их вместе и откроет глаза на настоящую любовь».
Как объяснить феномен популярности этого киношедевра? Лучше всех это сделал Таривердиев в своей книге. «Для меня этот фильм – рождественская сказка, – пишет он. – Сказка о том, что все мы – независимо от возраста – ждем, когда с неба (без всяких наших на то усилий) свалится на голову принц или принцесса. Прекрасные, очаровательные, любящие, которые нас поймут, как никто до этого не понимал. Это – сказка (у кого-то, быть может, она сбывается, но, думаю, мало у кого!). О ней мечтают все и всегда с особым теплом и доброй иронией об этом думают».
Как и в «Вокзале для двоих», снятом шестью годами позже, вдохновением для сюжета «Иронии» стала история из жизни. Возможно даже, что к розыгрышу приложил руку все тот же Богословский, который и поведал Рязанову эту историю (по другой версии, сценаристы Эмиль Брагинский и Эльдар Рязанов прочитали об этом в газете).
Смысл был таким: московская компания отмечала чей-то день рождения, попавший на 31 декабря. Один гость пришел на вечеринку после бани, и алкоголь на него подействовал сильнее, чем на всех остальных. Он заснул где-то в углу, а добрые, тоже не совсем трезвые друзья решили организовать для него волшебную телепортацию. Его отвезли на Киевский вокзал, заплатили проводнице и общими усилиями загрузили его на третью, багажную полку в плацкартном вагоне. В те времена паспорт для поездки на поездах дальнего следования не требовался. Очнулся бедолага уже в Киеве, где долго пытался найти выход к своему московскому дому. Лавстори с ним не приключилась, ее додумали Рязанов и сценарист Брагинский – куда же без нее в новогоднем фильме…
Как корабль назовешь, так он и поплывет. История кинохита наполнена мелкими ироническими усмешками судьбы. Начать с того, что съемки новогодней сказки назначили на весну и лето, а качественного искусственного снега тогда еще не придумали. Задействовали всё, что под рукой – вату, бумагу. Добывали белые шарики, ломая пенопласт, и раздували снежные бури феном. Забавно и то, что изначально Рязанов и Брагинский просто хотели сделать что-то новогоднее для зарабатывания денег, и у них получилась театральная пьеса, а вовсе не сценарий фильма. Новогодняя тематика оказалась востребована, творение соавторов взяли в репертуар более 100 советских театров, правда, все – провинциальные. В столицу Рязанову пробиться не удавалось, несмотря на известность – на дворе стоял 1974 год, столетний юбилей Ленина, все премьеры так или иначе вертелись вокруг вождя мирового пролетариата. Единственное место, где удалось договориться, был Театр мимики и жеста, куда расстроенный Брагинский даже отказался идти на премьеру. Рязанов, наоборот, сходил и был поражен игрой актеров.
После просмотра такого экзотического варианта своего творения Рязанов твердо решил переделать пьесу в фильм, но дело застопорилось. И Мосфильм, и Госкино категорически отказали режиссеру – идея снимать двухсерийную комедию никого не вдохновила. Спасло экранизацию телевидение, а вернее – конкуренция между начальниками теле- и киноведомств. Председателя Комитета по кинематографии звали Филипп Ермаш, а его коллегу из Комитета по радио и телевещанию – Сергей Лапин, и они издавна испытывали друг к другу антипатию. Когда Лапин услышал, что Ермаш сценарий «зарубил», он тут же решил снять этот фильм, и как можно скорее.
Начались съемки. Бюджет оказался невелик, но много и не требовалось – ведь почти все действие вчерашней пьесы происходило в квартирах героев. Правда, в самом начале фильма планировался вертолет – для съемки панорамы города, а денег на него не выделили. Вот почему на свет появился запоминающийся мультик с шагающими домами. Иногда отсутствие средств стимулирует фантазию. Кстати, в этом фильме оператор Владимир Нахабцев применил новую для того времени технику трехкамерной съемки с разных точек. Это позволяло не переснимать сцены для смены ракурса, что очень радовало и монтажеров, и актеров.
Что касается музыки, то быстрое утверждение песен перед началом съемок сполна компенсировалось долгим подбором певцов и весьма трудоемким, а порой даже мучительным процессом записи. Сложность была вызвана и «серьезностью» романсов, и выбором актрисы на роль главной героини. Надю, женщину, перевернувшую судьбу главного героя, Рязанов искал долго и требовательно. Микаэл Леонович постоянно уговаривал его взять на эту роль Алису Фрейндлих, она даже пробовалась, но режиссер ее отверг. Пробы прошли также многие другие известные актрисы – Антонина Шуранова, Людмила Гурченко, Тамара Дегтярева, Марина Меримсон, Людмила Зайцева. Искала себя в роли Нади и Светлана Немоляева,
