Дымок - Дональд Уэстлейк

К сожалению, должен сообщить, мистер Нун, что если я не получу от Вас известий до 4 июля, то буду вынужден предположить, что Вы скончались или не являетесь тем самым Фредериком У. Нуном. В этом случае причитающиеся Вам двести одиннадцать тысяч семьсот восемьдесят долларов ($211 780) будут распределены поровну среди других победителей лотереи. Ещё раз поздравляю Вас, мистер Нун, и надеюсь вскоре получить от Вас звонок.

С наилучшими пожеланиями,

Банфорд Л. Уикс

Помощник контролёра

Комитет по игровому контролю штата Нью-Йорк

Различные варианты подобных писем в последние годы осторожно, но эффективно использовались правоохранительными органами, включая Департамент полиции Нью-Йорка, для поиска и задержания преступников, исчезнувших из поля зрения. Письмо отправляли на последний известный адрес в надежде, что его перешлют или передадут через кого-то из близких.

В конкретном случае, поскольку Фредерик Нун пребывал не в тюрьме и не в условиях УДО, единственный адрес, обнаруженный Барни в полицейских архивах, принадлежал дому его родителей в Озон-Парк. Телефонный номер предоставил Лит; кто-то из его людей ответит на звонок, если тот поступит. Дальше задача Лита – подцепить олуха на крючок; Барни полагал, что Лит в этом деле мастак.

– Очень мило, – наконец произнёс Лит. Сложив винную карту, он вернул её Барни со словами: – С нетерпением буду ждать возможности попробовать что-то из этого.

– Уверен, долго ждать вам не придётся, мистер Лит, – ответил Барни и отнёс винную карту обратно на кухню. Там он вынул письмо, сложил его вдвое, поместил в конверт официального вида, сварганенный парнем из копировального салона за углом, и бросил конверт в корзинку с исходящими оплаченными счетами. После чего вернулся к своим друзьям и клецкам.

Лит, конечно, не стал посвящать Барни во все детали, а Барни был достаточно сдержан, чтобы не выказывать любопытства, и слишком осторожен, чтобы совать нос куда-либо, пока не поймёт, чем там пахнет. Но чем-то определённо пахло – это он мог с уверенностью сказать. Принесёт ли это выгоду Барни Бойлеру? Сложно сказать.

Фредерик Урбан Нун – пустое место, грошовый воришка из Куинса, не связанный ни с чем, кроме чужого добра. Зачем он понадобился серьёзной корпорации вроде СААБР? Что он забыл в исследовательском центре, где изучали рак? Украл лекарство от рака? Барни покрутил этот сценарий в голове, но что-то не складывалось.

А может, всё наоборот? Может, этот мелкий пройдоха прихватил с собой нелицеприятные свидетельства деятельности табачной компании, которые они предпочли бы скрыть? И сейчас он пытается вытрясти отступные? Не нужен ли ему партнёр в этом деле?

Единственная проблема с этим вторым сценарием состояла в том, что у табачных компаний, учитывая, сколько уже о них известно, и как мало это их волнует (а также их клиентов, акционеров и власти), вряд ли осталось хоть что-то, сто́ящее сокрытия.

Это навело Барни на мысль, что ему тоже не помешает перекинуться парой слов с Фредериком Урбаном Нуном.

17

Фредди никак не мог привыкнуть расхаживать голышом средь бела дня по людным улицам, особенно в собственном районе, проходя мимо местных жителей, которых знал годами. Не знал лично, а просто узнавал, но всё же.

К примеру, эта пухлая молодая мамашка, выталкивающая из супермаркета коляску, заполненную пухлым ребёнком, чипсами «Чиз дудлс» и банками «Доктора Пеппера». Казалось, она смотрит прямо на Фредди, хотя, конечно, не видела его. С другой стороны, Фредди встречал её несколько раз раньше, но лишь сейчас впервые смог рассмотреть как следует и подивиться, как ей удалось так растолстеть, ещё не достигнув тридцати.

И это не всё. Фредди мог разглядывать хорошеньких девушек – если таковые попадались в этом районе; наблюдать за стариками у общественного клуба, как они разговаривают, жестикулируя и тряся подбородками; подмечать как по-разному люди ждут автобус; показывать нос патрульной машине, проползающей мимо – копы внутри травят байки о своих подвигах и ржут, будто на частной вечеринке; он мог выхватить пачку «Чиз дудлс» из коляски пухлого малыша – и копы даже не заметят.

Другими словами, Фредди мог проделывать тысячу разных вещей, чтобы развеять скуку, не прилагая никаких усилий.

Сейчас, в предобеденный час тёплого субботнего июньского дня, он занимался тем, что угождал Пег. Во всяком случае, старался. Вечером в четверг, после того, как они расстались с Джерси Джошем Кускиоско, у них с Пег состоялся долгий разговор в фургоне. В последнее время Пег охотнее общалась с Фредди после наступления темноты, пока она вела фургон, а он носил маску Барта Симпсона. Пег объяснила свои чувства, сказала, что не хочет расставаться с Фредди и всё такое, но её очень угнетает то, что она не может его видеть, в то время как он может видеть её.

Фредди сочувственно помычал, пока она изливала душу, и сказал, что понимает – он и правда понимал, хотя бы отчасти. Поскольку Пег не могла быть с Фредди единым целым, с тех пор, как он стал невидимым, ей нужно время, чтобы побыть единым целым сама с собой. Кажется какой-то бессмыслицей, но Пег умела объяснять так, что смысл появлялся, по крайней мере для неё. В итоге во время поездки Фредди предложил кое-какое решение, и Пег сразу же за него ухватилась.

Идея была такова: поскольку они с Пег больше не ели вместе – Пег до сих пор не знала, что еде требуется пара часов, чтобы полностью раствориться в невидимом теле и, если повезёт, она никогда этого не узнает – Фредди мог покидать квартиру в обеденное время каждый погожий день, гулять, смотреть дневной сеанс в кино (платить-то не придётся) или делать что заблагорассудится, пока Пег дома спокойно обедает и делает что ей заблагорассудится, не беспокоясь о том, что Фредди где-то затаился и подсматривает. «Затаился» – так сказала Пег, сам Фредди не использовал бы такое слово, но он просто кивнул в знак согласия, чего Пег, конечно, не увидела. А через час-другой Фредди мог вернуться в квартиру и съесть свой обед, который Пег оставит на кухонном столе. Это не решало проблему целиком, но помогло бы хоть немного снизить напряжение.

Поблизости был лишь один кинотеатр, и дневной сеанс там проходил только с четверга по воскресенье, причём все четыре дня показывали один и тот же фильм. Вчера Фредди посмотрел боевик, где плохих парней подбрасывает в воздух взрывами, словно на батуте, они летят, а их автоматы продолжают стрелять. Такой фильм невыносимо смотреть