Дымок - Дональд Уэстлейк

два дня подряд. Даже один раз – уже перебор. К тому же на дневной сеанс действовала скидка для пожилых, а старики в кинотеатре в разгар дня ведут себя в точности так же, как восьмилетние школьники: болтают и орут, пересаживаются с места на место, заслоняя при этом экран, что-то едят и бросают обёртки на пол, спрашивают друг у друга, что только что произошло на экране. Единственная разница – они не бегут, а ковыляют по проходу, и направляются не к прилавку со сладостями, а в туалет.

Так что Фредди не горел желанием в ближайшее время вновь пережить этот опыт. Разве что взять с собой воздушный змей в виде Старухи с косой и гонять его над головами зрителей, пока зал не опустеет.

Вместо этого он разглядывал богатую панораму уличной жизни, коротая время, и заодно подыскивал телефон. Пег предложила ему звонить перед тем, как вернуться домой. И хотя она утверждала, что это поможет ей вовремя выставить обед для него на стол, Фредди догадывался, что в глубине души Пег не до конца ему доверяет и хочет быть уверенна, что он действительно покидает квартиру и звонит ей из какого-то другого места.

Вчера Фредди пробрался в кабинет управляющего кинотеатром, пока тот управлялся с двумя старыми хрычами, которые в процессе спора о том, виновен ли Уолтер О’Мэлли в преступном выкрадывании «Доджерс» из Бруклина,[35] принялись лупить друг друга тростями. Фредди набрал номер, заверил Пег, что наслаждается просмотром фильма – «Срань Господня 3» или как он там назывался – и убрался с дороги управляющего, который вернулся в кабинет с кровоточащим носом.

Сегодня всё было иначе. Фредди ни за что не хотел снова идти в «Мегаблок Стар» даже для того, чтобы воспользоваться телефоном в кабинете управляющего. Он не мог воспользоваться уличным таксофоном, так как не имел четвертака; собственно, у него вообще ничего с собой не было. А других телефонов на улице не сыщешь. Если зайти в помещение – приёмную стоматолога, бакалейную лавку, копировальный салон или химчистку – придётся каким-то образом воспользоваться телефоном под взглядами – и на слуху, не забывайте про слух – сотрудников и клиентов.

А если вернуться домой, не позвонив, Пег может сделать вывод, что он вообще не уходил – а это никуда не годится. Меньше всего на свете Фредди желал подпитывать её сомнения и паранойю. Он и так уже заслужил известность как лжец и вор, во всяком случае в глазах окружающих, так что, если Пег временами охватывали подозрения, не стоило её строго судить.

И тут появился парень, говорящий по телефону. В бежевом костюме, бледно-зелёной рубашке, тёмно-зелёном галстуке и коричневых туфлях, на вид лет тридцати, с тонкими усами песочного цвета и волосами, подстриженными так коротко, что оттопыривались большие уши. Одно большое ухо, во всяком случае; второе, вероятно, тоже оттопыривалось, но сейчас к нему был прижат сотовый телефон. Парень шёл, помахивая портфелем в другой руке, и болтал на ходу.

Сперва Фредди двигало чувство зависти, заставившее его побежать вслед за парнем, уворачиваясь от встречных прохожих. Из услышанной половины разговора Фредди понял, что это страховой агент, который созванивается со своей конторой, отчитывается о сегодняшних деловых встречах и спрашивает, нет ли для него сообщений. По идее такой звонок не должен был занять много времени, сообщений для парня не поступало, да и особых событий на встречах не произошло, но он затягивал разговор, явно наслаждаясь тем, что идёт по залитой солнцем оживлённой улице в Бруклине и разговаривает по своей новомодной игрушке.

Но разговор рано или поздно подошёл бы к концу, ведь секретаршу, или кто там сидел на другом конце линии, ждала её работа, она не могла трепаться по телефону весь день. Прислушиваясь к затянувшимся прощаниям, Фредди увидел коренастую пожилую женщину, медленно идущую навстречу; она только что покинула супермаркет, отягощённая тяжелыми пластиковыми пакетами в каждой руке, и ковыляла по тротуару на негнущихся ногах, не обращая внимания на окружающий мир и на высокого страхового агента в бежевом костюме, говорящего по телефону на ходу.

Пока-пока-пока. Главное – рассчитать время. Женщина приближалась, парень еще раз сказал «пока», затем ему в голову пришёл какой-то дурацкий вопрос, и он начал его озвучивать. Женщина разминулась с ним, направляясь в противоположную сторону, и в эту же секунду Фредди выхватил телефон из руки парня и бросил его в один из пакетов с покупками в руках женщины.

Парень произнёс еще пару слов, прежде чем осознал, что телефона в руке больше нет. Он остановился, пробормотал: «Чё?» и поднёс пустую ладонь, всё ещё сложенную так, словно она держала телефон, к лицу, уставившись на неё в крайнем изумлении.

Тем временем Фредди отошёл в сторонку, подальше от потока пешеходов, прислонился спиной к прохладному стеклу витрины – «Женская одежда, новые модели, скидки на одежду больших размеров» значилось на ней – и стал наблюдать за развитием событий. Женщина устало тащилась домой со своими покупками, не подозревая ни о чём, а парень в бежевом костюме заметался на одном месте, оглядываясь во все стороны. Пара детишек, проходивших мимо и увлечённо болтавших, остановились посмотреть на странного взрослого. Взрослый прекратил метаться, свирепо взглянул на них и заорал:

– Где он?!

– Где что? – переспросил один ребёнок, а второй, более умудрённый опытом общения со взрослыми, добавил:

– Мы не брали.

– Где мой телефон?

– Вон там на углу есть телефон, – посоветовал смышлёный ребёнок.

– Мне нужен мой телефон!

Мужчина средних лет с кипой журналов подмышкой остановился рядом.

– Что случилось? – спросил он.

– Мой телефон! Я… – Парень готов был рвать на себе волосы, не будь они слишком короткими. – Я говорил по нему, и вдруг он исчез!

– Ваш телефон исчез?

– Да!

– Прямо из руки?

– Да!

– Это напоминает исчезновение Амброуза,[36] – сказал мужчина.

Фредди и оба ребёнка обратили на новоприбывшего более пристальное внимание, решив, что он интереснее, чем поначалу казалось. Страховой агент с выпученными глазами вскричал:

– Амброуз? Амброуз?

– В точку, – ответил мужчина средних лет. – Кто-то забрал Амброуза, Чарльз Форт[37] так написал.

Страховой агент ожидал скептицизма, недоверия. Насмешек, но никак не Амброуза.

– Какое, чёрт возьми, это имеет отношение, – неистово закричал он, – к моему телефону?!

Мужчина достал свои журналы и принялся перелистывать их, словно там могла оказаться статья, объясняющая судьбу телефона страхового агента.

– А был