Умереть не до конца - Питер Джеймс
А ведь так оно и есть. Вот, например, одиннадцатого сентября стояла просто замечательная погода, и это особенно поразило ее. Когда Софи смотрела репортаж о теракте, то подумала, что кадры с врезавшимися в башни самолетами, возможно, не имели бы такого эмоционального резонанса, если бы небо в тот день было серым и моросил дождь. Вы как бы подсознательно ожидаете, что в ненастные дни произойдет нечто плохое.
А сегодня неприятности сыпались просто как из рога изобилия. Сначала известие о смерти жены Брайана, затем его холодный, отчужденный тон, когда она позвонила любимому по телефону, чтобы попытаться утешить. А теперь еще и осознание того, что все ее планы на выходные пошли прахом.
Девушка остановилась, проскользнула через промежуток в ряду шезлонгов и оперлась локтями о бирюзовые металлические перила, глядя вниз на пляж. Прямо под ней несколько ребятишек бросали друг другу яркий мячик. Родители болтали в нескольких ярдах от них, внимательно наблюдая. Софи тоже хотелось бы обзавестись потомством, смотреть, как ее дети играют со своими друзьями. Она всегда считала, что из нее получится хорошая мать. Да и собственные родители очень ее любили.
Они были очень милыми, порядочными людьми, все еще влюбленными друг в друга после тридцати лет брака. Они по-прежнему держались за руки, когда гуляли вместе. Мама с папой зарабатывали на жизнь тем, что закупали во Франции и в Китае кружевные салфетки и скатерти ручной работы и продавали их на ярмарках. Они вели бизнес из маленького коттеджа неподалеку от Орфорда в Саффолке, используя в качестве склада сарай на своем участке. Софи могла бы сейчас купить билет на поезд, чтобы увидеться с ними на следующий день. Родители всегда были рады, когда дочь приезжала домой на уик-энд, но она не была уверена, что хочет провести выходные именно так.
Софи вообще толком не знала, чего ей сейчас хочется. Как ни странно, но не встречи с Брайаном – впервые за все время их знакомства. Пожалуй, это даже к лучшему, что сегодня он дал ей от ворот поворот. Не хватало еще, уподобившись стервятнику, выжидать, когда ее любовник похоронит жену и закончится приличествующий период траура. Вообще-то, конечно, Брайан ей нравился. И даже очень нравился. Если говорить начистоту, Софи просто обожала его. Хотя, чего уж греха таить, отчасти ей просто льстило, что этот необыкновенно привлекательный и успешный мужчина средних лет был от нее без ума. И вдобавок ко всему он оказался также великолепным любовником, хотя и с некоторыми странностями. Но точно лучшим, насколько Софи могла судить по своему собственному, в общем-то, довольно ограниченному опыту.
Единственное, что никак не укладывалось у нее в голове: почему Брайан упорно отрицал, что они провели вместе прошлую ночь? Может быть, его телефон прослушивается? Или от горя бедняга стал плохо соображать? С возрастом Софи усвоила, что мужчины иногда бывают очень странными. Или, может, они такие всегда.
Девушка посмотрела за игровую площадку на пляж. Казалось, он весь заполнен парами. Влюбленные целовались, обнимались, гуляли рука об руку, смеялись, радуясь, что впереди выходные. В море до сих пор было много лодок. Половина восьмого. Еще какое-то время будет светло. Пока что вечера еще не очень темные, однако осень уже не за горами.
Внезапно Софи почему-то стало не по себе.
Она пошла дальше, мимо развалин Западного пирса. Долгое время девушка считала их отвратительным бельмом на глазу Брайтона, но теперь они начали ей даже нравиться. Остатки пирса больше не казались ей похожими на рухнувшее здание. Вместо этого почерневший от огня каркас напоминал грудную клетку монстра, всплывшего из океанских глубин. На мгновение Софи представила, какой поднимется переполох, если все море в окрестностях Брайтона вдруг заполнится такими существами.
Ну и чушь взбрела ей в голову. Наверное, она прочитала слишком много сценариев ужастиков. Или, может, это совесть наказывает ее за дурное поведение. Как ни крути, а спать с женатым мужчиной нехорошо. Да, это абсолютно неправильно, и никаких оправданий тут быть не может.
Когда Софи призналась во всем своей лучшей подруге Холли, та сперва пришла в восторг. Постоянно заговорщически усмехалась: еще бы, такой секрет. Но поскольку Холли была девушкой практичной и разумной, то, тщательно все обдумав, она нашла в романе с женатым мужчиной массу негативных моментов.
В какой-то момент между покупкой спелого авокадо, свежих помидоров и банки коктейля из атлантических креветок Софи твердо решила, что порвет отношения с Брайаном Бишопом.
Правда, надо сделать это тактично, а потому придется немного подождать. Софи вспомнила про сообщение, которое получила сегодня утром от Холли, насчет завтрашней вечеринки. А что, это, пожалуй, как раз то, что ей сейчас надо: потусить вечерок в компании ровесников.
Она подошла к дому. Ее квартира находилась на третьем этаже довольно старого викторианского здания с террасой, к северу от оживленной торговой улицы Чёрч-роуд. Замок на входной двери в гниющей рамке настолько расшатался, что любой мог открыть его, просто резко надавив и вырвав шурупы из дверного косяка. Домовладелец, дружелюбный миниатюрный иранец, постоянно обещал починить его; точно так же он давно сулил устранить протечку в бачке туалета, но так до сих пор этого и не сделал.
Софи вошла в парадную, где ее встретили запах мокрых ковров, слабый аромат китайской еды навынос и специфический запах травки. С другой стороны двери, ведущей в квартиру на первом этаже, доносилась неистовая ритмичная музыка. Почта валялась на потертом ковре в коридоре: похоже, всем плевать. Девушка опустилась на колени и принялась ее рассматривать. Так, что там у нас? Как обычно, драгоценные тропические леса уничтожались ради изготовления листовок. Чего только не рекламировали: пиццу навынос, одежду с большими скидками, концерты, страхование жилья и множество иной всевозможной ерунды. Наряду с листовками попалось также несколько писем и счетов.
Будучи от природы аккуратной, Софи рассортировала все на две стопки: рекламу и обычную корреспонденцию – и положила на полку. Затем она проскользнула мимо пары велосипедов, загромождавших большую часть прохода, и поднялась по изношенным ступеням лестницы. На площадке первого этажа она услышала звук телевизора миссис Харсент. Хриплый смех в студии. Миссис Харсент была милой старушкой восьмидесяти пяти лет, которая, на свое счастье, учитывая, что этажом ниже жили шумные студенты, была глуха как пень.
Софи любила свою квартирку на верхнем этаже, хоть и небольшую, но зато светлую и уютную, отремонтированную и со вкусом обставленную домовладельцем: бежевые ковры, кремово-белые стены и
